Пурпурные грозы (СИ)
Вдалеке показалась красивая полная женщина. Увидев нас, она всплеснула руками и бросилась вверх по улице, крича во весь голос:
— Приехали! Приехали!.. Супруги Магици уже здесь!
— И нам пора, — сказала Кира, подхватив котенка. — Мы так рады вам, госпожа Мэй! И вам, господин Дэр. Мама говорит: дай Цахтал счастья!
Дэр опустился на колено и погладил по голове сперва одну, потом вторую, и последним почесал грудку котенку. В этот миг он выглядел и сильным, и слабым одновременно. Откуда-то появилась в глазах печаль.
— Бегите, маленькие волшебницы. Помогите маме. Ей сейчас нелегко.
Когда девочки скрылись за домом, я мягко обхватила поднявшегося Дэра за плечи.
— Ты как будто видишь что-то, и видение причиняет боль.
— Я знал Киру и Дайю маленькими и беспомощными, и боялся, что они не выживут. В тот год было нечего есть, Мэй. Животные ушли в горы, лес не принес плодов. Море опустело, отогнав от берегов рыбу. Зима выдалась долгой и безжалостной. Когда кончились запасы, люди начали голодать… — Он обхватил меня крепко и прошептал на ухо: — Не верь прошлому, не полагайся на будущее, касайся настоящего, мгновенного счастья.
И медленно, страстно поцеловал меня. Тело, спрятанное в одежды, тотчас отозвалось, жажды прокатились по жилам трепетом и болью. Несмотря на то, что ночью мы толком не отдохнули, я хотела Дэра всё равно.
— Мы ведь сегодня будем спать в одной кровати, — прошептала я. — Хочу наконец-то увидеть тебя при свете…
— Голого? — ухмыльнулся Дэр. — Отлично. А я погляжу на тебя, моя краса.
От сладостных мыслей нас отвлекла показавшаяся наверху улочки толпа. Возглавлял её высокий статный мужчина.
— Глава деревни, — пояснил Дэр. — Зовут его Рой Вассл. Придется нам задержаться здесь ненадолго. Это хорошие люди, они не чужие мне.
Чему я была бесконечно рада. Деревенские устроили веселый праздник, накрыли широкие столы. Дома были украшены плетеными цветочными гирляндами и венками, дорожки выложены камушками, сквозь которые не просачивалась грязь. И без того волшебное, местечко казалось неземным. Словно уголок достижимого рая — места, где по поверьям отдыхали добрые души. Единственная площадь была вымощена и окружена старыми ясенями, вокруг было чисто, камни у небольшого пруда поросли цветными мхами, а на воде покачивались яркие розовые лилии. Было много детей, а также больших белых псов — наверняка тех самых снежных гавок, о которых говорил Дэр.
Когда мы сели за стол, небольшой «оркестр» исполнил какую-то красивую мелодию, а глава деревни сказал приятные слова. Эти люди были счастливы. Несмотря на трудности и возможные лишения, они любили красную землю, любили Магици (в особенности, как потом выяснилось, Дэра) и почему-то сразу полюбили меня. Нам подарили несколько свертков, вручили счастливые амулеты и какую-то книгу. Я заметила, что Дэр не вел себя с людьми как прежде. Спала его холодность, изменилась улыбка. Он радостно встречал каждого и находил слова, приятные людям.
Счастливая, я купалась в невыдуманном расположении атровцев. Не верилось, что возможно такое отношение между подданными и правителем, а ведь именно им Дэр и был. Мы провели в деревне около часа, и никогда ещё мне не было так спокойно и радостно в окружении толпы.
— Какие замечательные люди! — сказала я по дороге в поместье. — Они тебя любят.
— Теперь и тебя, Мэй. Ты была им нужна давно, просто я не хотел навязывать себя нелюбимой. Люди поняли наши чувства, именно поэтому они счастливы. Когда правитель уверен в себе и доволен жизнью — он захочет того же и для своих людей. Ты удивишься, но у нас здесь нет слуг. По крайней мере, никто не станет хоронить обычных земледельцев отдельно от воинов и правителей. Да и вообще, кладбища как таковые на Атре отсутствуют. — Он быстро поглядел на меня, ожидая реакции, но я лишь внимательно слушала. — Мы сжигаем мертвых, Мэй, и отдаем прах ветру, а всё, что осталось, просто закапываем в лесу. Пламя, рожденное молнией — лучший удел для людей бури.
Я сжала его руку.
— Понимаю и принимаю это, хотя сейчас совсем не хочу думать о смерти. Прочитай мое сердце — и я прочитаю твое.
Дэр поглядел мне в глаза.
— Счастье заслуживают все, милая. Надеюсь, что и я тоже. Мы отвечаем за тех, кого храним грозами. Здесь, на Атре, циклы не причинят вреда обычным людям, но им может причинить вред сама стихия, которую до конца не контролирует даже мой отец.
— Я готова нести ответственность, Дэр.
— А я готов беречь нашу любовь, Мэй. Скоро ты обретешь новый дом, и вместе с ним новую семью. Семья станет фундаментом брака. Всё остальное мы построим чувствами.
Я не хотела гадать, каким окажется Грозовой дом. Старалась вообще ничего не представлять, но была ошарашена, увидев здание издалека. Многие родовые дома Западного королевства стояли особняком от всего, их не окружали ни деревья, ни кусты, ни водоемы. Правда, почти всюду в немыслимых количествах лепили клумбы.
Грозовой дом вырастал из земли и был охвачен гибкими стволами черных буков. Словно змеи, они пластались ветвями над крышей, подпирали корнями фундамент. У дома был темный каменный подклет, окруженный майскими кустами, которые неожиданно соседствовали с невиданными пурпурными розами. Кругом окон цветными полотнами выросли листья плюща, и вскоре я увидела, что южная стена целиком закрыта настойчивым ярким растением. Только окна глядели рыжими глазами сквозь проступающие синие сумерки. Наверное, именно из-за обилия растений я не сразу поняла, из чего сделан Грозовой дом.
Это было железное дерево — серебристо-серое, лоснящееся, действительно похожее на металл. Старые бревна срослись друг с другом, затейливая резьба повторяла узоры листвы и трав. Не красный дом — черно-серый и синий, в оранжево-лиловых тканях плюща. Открытая галерея с одной стороны, прекрасные балконы, выходящие на горы. Та самая высоченная башня в отдалении. Совсем близко — какие-то фруктовые деревья. Нестриженная трава возле длинного озера за холмом. А чуть в стороне второе озеро — маленькое, поросшее смешными красными ягодами, торчащими из воды на тонких ножках…
Мы на какое-то время скрылись в роще, а когда снова увидели дом, я разглядела и остальную часть поместья. Правда, восхититься вслух не успела — на крыльце нас уже ждало семейство Магици.
Когда мы остановились возле самого порога, Дэр сам снял меня и поставил перед всеми на землю. Хорошо, что для встречи я подобрала подходящий наряд — ярко-синий, с цветочной вышивкой. Однако тотчас ко мне пришло и смущение — выяснилось, что я одна-единственная такая белобрысая. Все остальные — исключая, может быть, некоторых воинов — с каштановыми или черными волосами. А уж на фоне темных одежд и темного дома это было тем более заметно. Я прижалась к Дэру, покраснев до кончиков ушей.
— Ну что ты, котенок, — прошептал он, касаясь губами моего уха, — не бойся. Я рядом.
Мне стало полегче — среди остальных стоял Смайл, и, кажется, его приняли хорошо. По улыбкам Младшего можно было сразу все понять, а улыбался он ободряюще.
— Отец, — шагнул вперед Дэр, но руки моей не отпустил, — рад тебя видеть.
Колэй Магици. О, предки, сохраните! Он был седовлас, но осанка оставалось гордой, а строгое лицо — бесстрашным и сильным. Именно от него Дэр взял черты лица — все, исключая нос. Наверное, он перешел от мамы. И глаза. Я заметила, что у Колэя они карие.
— Здравствуй, Дэр, — улыбнулся мужчина и сжал руку сына. — Вот ты и дома.
— И не один, — довольно кивнул Дэр. — Это моя Мэй.
Темные глаза обратились на меня, и я замерла.
— Здравствуйте, лорд Магици…
— Просто Колэй, — усмехнулся он. Господи, даже не подозревала, что они с Дэром окажутся так похожи!
— Колэй, — произнесла я. — Грозовой дом прекрасен! Никогда не видела подобных зданий. Оно дышит и чувствует.
Глава Магици кивнул и снисходительно улыбнулся.
— Теперь это твой дом, Мэй. Я благодарен тебе за счастливого сына. Твое золото питает Дэра. В нашем обществе ему не хватало ласки, это точно.