Пурпурные грозы (СИ)
— На ней две печати, — сообщил монстр и принюхался. — Магици!.. Зачем притащил девку Грозового?
— Убить её — и все дела, — прогудел Страж.
— Верно, — согласились остальные. — Человеков надо убивать и есть.
— Я вам ничего плохого не сделала! — произнесла я, чувствуя, что горло саднит. — Отпустите меня!
— Глупые вы, — сказал Властелин. — Мы ведь за неё у властителя гроз что угодно требовать можем.
— Земли! — подхватило нечистое сообщество.
— Рабов!
— Пищи!
— Именно, — довольно проворчал Властелин. — Но Дэр и остальная компания так просто не пойдут на наши условия. С ними Арат, Солнечный и северянка.
— И что ты предлагаешь?
— Он не до конца контролирует дар, — вдруг сказал Властелин. — Возьмем числом и хитростью.
— Мне надоело спрашивать разрешения, — поддержал его Хранитель Врат. — Люди должны понимать, что мы — великая сила. Они проходят через наши земли и строят дома, где захотят.
— Я правильно поняла: ты хочешь, чтобы разрешения спрашивали у тебя? — вмешалась я.
— Цыц, человек, — сказал монстр, и глаза его сверкнули. — Один удар моей дубины — и ты останешься без головы.
— Голова моя останется на месте, — смело отозвалась я. — Или вы ни о чем не договоритесь с моим супругом. Не контролирует? Ха! Вспомни свою ногу, дылда!
Бесконечный поток боли добавил решимости, но очень скоро снова её отнял.
— Значит, мы блокируем его силу, — сказал Хранитель. — С помощью Стражей. У нас их много, женщина, в одиночку Магици с ними не совладает. А друзей мы взять не разрешим. Таковы будут условия.
— У меня есть план получше, — проворчал Властелин. — Слушайте все!
— Может, женщину усыпить? — предложил злыдень.
— Она все равно ничего не расскажет. Но на всякий случай закрой ей уши мхом.
— Не смей! — вскрикнула я, и он оскалился.
— Господин, а, может, проще откусить?
— Не трогай, болван. Она и так крови много потеряла. Мне слабая рабыня не нужна, — оскалился Властелин. — А ты сиди смирно, иначе я прикажу пням тебя в гроб положить и закопать на время.
Пришлось уступить, хотя чувствовать на себе корявые холодные пальцы было отвратительно. Они долго что-то обсуждали, а я пыталась хотя бы глубоким дыханием успокоить боль. Наконец злыдень отпустил меня. Я чувствовала, что ещё чуть — и заплачу. Разговор длился вечность, меня то отключало на мгновение, то снова окунало в пучину страданий.
— Всё поняли? — усмехнулся Властелин. — Если да — тогда за дело.
И вдруг послышался гром. Мне показалось, что он ещё далеко, и я не закричала.
— Рановато, — проворчал Властелин. — Впрочем, ладно. Тащите девчонку в подземелье…
Это был мой шанс потянуть время. Отшвырнул злыдня, я спрыгнула вниз, рванула в сторону и налетела на пень. Несмотря на мою явную неуклюжесть, он тоже был не слишком ловок. Однако уже через минуту монстр схватил меня за руку и, опрокинув, потащил прочь. Я пыталась вырваться, орала как можно громче и била его по твердому туловищу, но это не принесло результата. Я только делала себе больнее. Мой мучитель был совсем не похож на тех дружелюбных пней, что растили на себе всякие штуковины. На злом пне не росло ничего, он казался мертвым и обугленным.
Гром теперь слышался ближе, и вспыхнула первая молния. От её вида у меня начало колоть в животе. Молния занимала полнеба и потрескивала, рождая невиданные узоры, к тому же, была ярко-красной. Возможно, будь у нечисти побольше ума, они бы разбежались. Я, по крайней мере, хотела убежать, даже легла бы в гроб, если бы мне его снова предложили…
На полпути ко входу в пещеру нас застиг дождь. Я не соображала, куда иду, порой оскальзывалась и падала, пачкая одежду. А потом тащившие меня остановились: на плато ступил Дэр.
Он шел один, и дождь его не трогал. Ветер трепал полы плаща, и казалось, что за спиной выросли черные крылья. А в ладонях мужчины шевелились маленькие змейки красных молний.
— Д… — успела вякнуть я, и пень зажал мне рот. Хорошо хоть, листьев не запихнули… Но Дэр уже увидел меня, и в этот миг пала под его взглядом первая жертва — злыдень, кинувшийся с ножом наперерез. Вероятно, он просто хотел напугать мужчину, но умер мгновенно — Дэр превратил его в пепел.
Не контролирует дар? Вот уж точно: будь готов ко всему. Нечистые явно не ожидали такого. Дэр пошел прямо ко мне, и, не успела я начать вырываться из жестких объятий пня, как от моего проводника остались только коренья. Ствол же грохотом разнесло на части, и кусочки деревяшек повисли в воздухе.
Я могла только всхлипнуть, коротко обняв любимого, но на большее сил не хватило — сползла на землю и привалилась к его ногам.
— Мэй, — пробормотал Дэр. Он быстро снял пальто и укутал меня. — Потерпи, моя хорошая. Побудь здесь. Я всё улажу.
И двинулся прочь, не оборачиваясь. У него изменилась походка, а тело как будто увеличилось. Возможно, такое впечатление создавали напряженные мускулы, растрепанные волосы и одежды, раздуваемые ветром. Я смотрела, как он всходит по каменной лестнице, и Властелин с Хранителем отпрянули в стороны. Они не собирались убегать, но ощутили силу, с которой прежде дела не имели. Воспаленным сознанием я раздумывала над этим несколько мгновений.
— Итак, — сказал Дэр, — с кого мне начать?
Его белая рубашка сияла, а молнии пульсировали, повторяя своим танцем стук сердца. Он был страшным и прекрасным — покорный гневу служитель бурь.
— Ты надеешься уйти живым, Магици? — усмехнулся Властелин.
— Надеюсь, я оторву тебе вторую ногу, низшее ты существо, — тихо сказал Дэр. — А потом голову.
— Не торопись. Разве грозы ни с того ни с сего стали подчиняться тебе?
— Грозы до конца не подчиняются никому. На всё есть воля природы, — отозвался Дэр. — Но бывают мгновения судьбы, когда сами силы стихий подвластны обычному человеку. Думаю, давно пора очистить разлом от вам подобных.
Кажется, всё оборачивалось против нечисти. Какая-то часть Дэра сейчас принадлежала Цахталу, и Магици, впустив в себя монстра, не собирался никого щадить.
— Не думаю, что ты сможешь, — подал голос Хранитель Врат. — Никогда не мог.
— Тебе нечем думать, — отрезал Дэр. — А потому лучше не вмешивайся. Кашу заварил он.
Я съежилась под пальто. Им следовало уносить ноги, пока не поздно, а мне — терпеть. Даже боль затихла в ожидании битвы.
И она случилась. На Дэра кинулись сразу два Стража, потянулись мерзкие мохнатые щупальца… Но не смогли коснуться — красные молнии заскрежетали и подожгли монстров, заставив отчаянно завизжать. Толпы чудищ ринулись вперед, надеясь взять Дэра числом. По мне несколько раз кто-то прошелся, и я вскрикнула.
Сразу стало ясно: лучше бы молчала.
— Всех отправлю в ад! — донесся рык Дэра. — Каждого гада, что повинен в ранах и боли моей супруги! Каждую мелкую сволочь, которая ей угрожала!!!
Ещё несколько страшных коряг вспыхнуло, и монстры загомонили. Они перли на Дэра сплошной стеной, и меня окружил пульсирующий светящийся обруч. Вот только он был лиловым, а не красным, как остальные. Я была в безопасности, но что же мой супруг?
Он впал в настоящее бешенство. Молнии ударяли без разбору, оглушая и меня, и чудищ. Поняв, что бой будет проигран, монстры пытались убежать прочь, но огненное кольцо не позволяло.
— Ещё хотя бы раз будете угрожать Магици и роду Цахтала — я ваши скалы превращу в равнины! — зарычал Дэр, и волосы мои встали дыбом: глазами мужа на меня смотрел сам Грозовой монстр.
Я рухнула плашмя, закрывая уши. Рев умирающей нечисти перекрывал даже рокот грома. Хотелось забиться мышью в норку и ничего этого не видеть. К тому же голова от столь громких звуков разболелась ещё сильней, и я кричала вместе со всеми от распирающей виски боли. Терпеть её молча сил не было, она казалась адской. Раны жгло, ноги сводило. Казалось, эта пытка будет длиться вечно.
А потом всё затихло, только гром порой нагонял посвист ветра. Я разлепила глаза и увидела, что ко мне бежит прежний Дэр — растрепанный, сильно обросший и почему-то босой. Он бухнулся на колени и, тяжело дыша, приподнял меня за плечи.