Карибский Кризис: Ликвидация (СИ)
Даве Гоцман 34 года.
Монастырь Кармелитов с раннего утра в День Всех Святых был пуст. Давима в этот день была как всегда готова и в своём привычном снаряжении, одетая в плотную белую рубаху, светлый сюртук с отворотами темно-синего цвета; толстые манжеты, маскирующие наручи со скрытыми клинками; бордовый пояс, а на поясе - венецианский кинжал, абордажная сабля и двойная портупея с двумя кремниевыми пистолетами.
Гоцман помнила, зачем она прибыла в этот век. Темпоральной разведке необходим артефакт, скрытый под монастырём. Артефакт нужен им для изучения. Правда, в момент брифинга Марк Ештавич Гоцман, отец Давимы и начальник отдела ликвидации, о чем-то умолчал. А вот о чём - не понятно, что и пугало с самого начала задания.
К несчастью, монастырь был закрыт. И теперь она стала думать, как быть. Гоцман обошла здание, и единственное, что нашла - это телега и куча ящиков… Она забежала по телеге, потом запрыгнула на ящики и смолаг залезть на деревянный мостик. Потом она отпрыгнула от стены. Проделав несколько раз подобный алгоритм, опытная убийца оказалась на крыше, потом немного прошла вперед, спустилась по деревянной лестнице, где и обнаружила печать.
Повернув печать, она открыла проход и зашла туда. Через секунду Дава оказалась в кромешной темноте, хотя не чувствовала никаких ступенек и ловушек. Через минуту женщина оказалась около мраморной арки, где должен быть очевидный тайник, однако его нет. Она встала на это место, и почувствовала, что местоположение меняется. Через несколько мгновений перед ней предстал монастырь во всей красе. Дава оказалась на балконе. Как ни странно, людей нет. Ему же проще, поэтому она спрыгнула вниз, где с грохотом что-то упало. Прыгнув на балку, она раскачалась, а потом спрыгнула вниз, совершив кувырок. Гоцман подошла к мраморному саркофагу, на котором и оказался тот же символ, что на печати. Женщина перевернула его, и вновь послышался грохот. Разведчица обернулась: на фреске на полу выскочили 4 плиты.
- Ага, таки их нужно активировать, и тогда я смогу войти в тайник… - подумала Дава.
Шатенка наступила на первую плиту. Около золотого креста, расположенного выше саркофага, появился золотой маятник.
- Епт… Значит, нужно будет спустить его.
Гоцман побежала вперед, запрыгнула на павильон, под которым находится саркофаг, потом на балкончик, а потом на золотой крест, чтобы перебраться на другую сторону. Следом до маятника по органу. Она залезла на инструмент, а потом отпрыгнула на маятник, у которого оказались рычаги… Опять грохот. Давима перевела взгляд: Фрагмент фрески перевернулся… Ага, то есть, когда все 4 фрагмента встанут в нужное положение, откроется тайник… Гоцман спрыгнула вниз и направилась ко второй плите.
- Надо поосторожнее, а то скачу, как Принц Персии…
Как подметила Дава, это крыло церкви было недостроено ремонтом. “Ну что же, придется прыгать по недостроенным объектам”: подумала Гоцман. Маятник появился рядом с люстрой. Она побежала вперед, запрыгнула на какую-то конструкцию, после чего запрыгнула на карниз и полезла на балкон. Разведчица запрыгнула на ящики и зацепилась за железные ручки, находящиеся на стене… И когда она начала лезть, каким-то образом зацепилась за свой подол одежды ногой и чуть не упала. Давима перепрыгнула с балки на маятник. Она опустилась, и спрыгнула на пол.
- Итак, третья плита. Маятник прямо над витражом… Мама, если я свалюсь, то пожалуйста, похороните меня со всеми почестями…
Женщина побежала к балкончику, запрыгнула на балки, а оттуда уже на другой балкон. Оттуда она перепрыгнула на медные кресты, которые, видимо, служат люстрами, а с них на другую сторону. Потом Гоцман запрыгнула по балкам, находящимися на стене с фреской, чтобы сэкономить время. И вот, витраж. Он огромен. Рядом с ним стоят 2 ящика. Дава запрыгнула на них, а потом уже на сам витраж. Когда она залезла повыше, то перепрыгнула на маятник.
Фрагменты фрески складываются в символ аналогичный еврейской звезде. Осталась последняя плита. На этот раз маятник расположился снова над витражом, но этот находится у выхода. Давима побежала в коридорчик, залезла на колонну, потом перепрыгнула на карниз, а потом на балки, ведущие на другую сторону. Сейчас она оказалась на том балконе, откуда и пришла. Гоцман залезла на витраж, потом на очередную балку, а с неё на маятник.
- Да, действительно, теперь это звезда Давида… Странно, зачем тут прятать артефакт? - задалась вопросом разведчица-ликвидатор. Для неё такое явление всегда было чем-то странным.
И он опустилась вниз. Шатенка прыгнулана пол и подошла к фреске. Она думала, что там была лестница и правда, целая лестница, ведущая вниз. Она упала туда и грубо проматерилась. Гоцман кое-как поднялась на ноги, потирая колени, больно все-таки. В конце лестницы оказалась весьма странная комната, светящаяся голубоватыми свечениями через линии на стенах и огромном по самый потолок пьедестале, напоминающим песочные часы.
Но не это нужно было, а многоконечная звезда, левитирующая прямо посередине пьедестала. Давима медленно подошла к столь странному артефакту и осторожно взяла его в руки. Однако, в считанное мгновение, предмет начал рассыпаться, а свет в помещении тускнеть. Резко началось землетрясение.
Едва не падая, Гоцман в панике выбирается из тайника и обнаруживает, что землетрясение далеко не слабое. Монастырь и видные из под разваленных стен другие здание обращались в руины. Решив думать о последствиях совсем потом, женщина выбегает из руин и бежит по улицам уничтожающегося землетрясением города. Прыгает через ограды и обломки, забирается на едва целые и хрупкие крыши. Забравшись внутрь последнего этажа здание, то весьма невовремя начало падать в сторону и стол, врезавшись в Гоцман, выбило её на крышу соседнего здания. Не обращая внимания на боль по всему телу, Дава добирается до обвалившегося здания возле пристани и прыгает через разбитое окно прямо в в воду.
Доплыв до судна, используемого темпоральным агентом в качестве водного транспорта, Дава смотрит в шоке на то, что она сделала. Целый город одним махом…
– Как Бог допустил такое? - с нотками страха в голосе протянул один из матросов корабля.
– Бог тут совсем не причём…
Некоторое время спустя.
11 марта 2341 года.
Москва, штаб-квартира отдела темпоральной ликвидации.
Марк Ештавич Гоцман спокойно сидел в своём кабинете и слушал отчёты подчиненных, привычная считая важным только те части, где это необходимо. Ничего не предвещало каких-либо изменений в обычном скучном дне…
Пока дверь его кабинета резко не открывается с сильным грохотом. Причина грохота - его дочь, Давима, которая, кажется, только вернулась в настоящее и была очень зла.
– Шо, батя, какой город мне уничтожить теперь!? - вопрошает женщина, собираясь уже со всей любовью хорошенько врезать начальству и отцу в одном флаконе, но её вовремя тормозят докладовавшие офицеры. - В Лиссабоне было тоже самое, что и на Гаити! Землетрясение. Проклятый артефакт был сейсмическим, поддерживающим кусок земли! Погибли тысячи невинных из-за желающих экспериментировать!
Гоцман-старший был в шоке за поведение своей дочери и отлично знал, что если та злиться, то небезосновательно, всегда имея под этим очевидную причину. Мужчина знал, что в тот день исторически Лиссабон охватит сильное землетрясение, но не ожидал, что виной будет артефакт и Дава. Особенно, когда весь родной Одесситский говор пропадал у Гоцман-младшей… Ждать можно было и избиения. Потому он постарался спокойно успокоить свою подчиненную:
– Дава, я понимаю, моя вина в том, что я не договорил о землетрясении. Возможно, может что-то иное вызвало…
– Что, возомнили себя богами!? - резко перебивает женщина своего отца, продолжая свой праведный гнев. - Решаете, какой город уничтожить дальше!?
Недолго Марк выдержал подобного поведения и мужчина со всей дури хлопнул по столу, вставая со своего места.
– Капитан Гоцман! А ну быстро успокоилась, иначе за несоблюдение субординации и провал задания я тебя отправлю в отставку с позором и волчьим билетом! - перешел на прямую угрозу начальник отдела.