Карибский Кризис: Ликвидация (СИ)

Медленно, но верно, все без исключения получили неприятное ощущение. Все, кто хотел, упаднически уселись на борту брига и как-то грустно смотрели на пол.
– Нас просто напросто наебали… - за всех озвучила более правильную мысль Карина Смит и медленно перевела взгляд на Германа. - Ну, таки раз у нас больше нет секретности в любом случае, я…
Барбаросса, будто зная, что хочет сказать Карина, неожиданно, со всей своей арийской мужественностью и невозмутимостью, собранными в кулак, встал на ногу и протез и помог встать девушке. После чего решился сказать сам:
– Эту тайну я хранил вот уже многие десятки лет. Я всегда был фашистом и всегда всех ненавидел одинаково, а некоторых - одинаковее прочих. Но и у меня всегда было своё самое большое сокровище. Не золото и рубины, не пиратство и приятный разбой, не эти моря. Для человека всегда самое главное сокровище - это его дети. Потому, пора сорвать покров тайны. Разрешите вам представить, Интегра Барбаросса, моя дочь и наследница моего состояния.
Неожиданно случился смачный хлопок, ознаменовавший смачное падение. Причиной звука был невероятно шокированный Евгений Воробьёв. Его шок был настолько силён, что он умудрился в один миг протрезветь, задаться извечным вопрос “А как это?”, словить когнитивный диссонанс, “сломать мозг” и шмакнуться в обморок.
Остальные же просто были, в глубоком шоке. Кроме, конечно, Гоцман и Кари… кхм, Интегры, приложившись к фляге с коньяком последней. К сожалению, долго Жека без сознания не был. Его нос отлично учуял среди морского бриза запах качественного и очень дорогого алкоголя.
И так прошло несколько часов. Люди решили постоять на приколе и прийти в себя, пока не пришло время заканчивать всю эту бабскую истерику и с понимаем, что теперь их жизни - в их собственных руках, начать жить по своему и так, как им хочется. Впрочем, штрафбатники решили остаться матросами “Серкана Болата” до самой смерти.
Когда настал у Гоцман и Кречетова вопрос о месте жительства, в их разговор деликатно вклинился Евгений Воробьёв и тактично протянув необходимые листы для документаций, испанские флаг со знаками для брига и пояснил, что “В Санта-Доминго вам будет лучше всего. Поверьте, я знаю.”. Жека явно о чём-то умолчал, но явно просто для приятного сюрприза.
Впрочем, выделился не только Воробьёв. Под конец сборов отплывать сюрприз неожиданно выдали Фима Петров, Алексей Якименко и Михаил Довжик, ранее посовещавшись и приняв своё решение, которое они только что и озвучили Давиме и Виталию.
– То есть как “вы хотите уйти на “Александра Невского””? - шокированно задала вопрос своим друзьям Дава. - Вы нам на “Серкане Болате” будете куда нужнее.
– Дава, мы таки подумали, шо у нас есть шанс повеселиться, пока молоды, - философски изрёк Петров с грустной улыбкой на губах. - А Жека хороший поц, с ним не пропадём.
– Но Фима, как же наша дружба? Ты меня так просто кинуть решил? - как-то грустно протянула женщина и, Витя сейчас видел спустя годы мокрые от глаз слёзы шатенки.
– Дава Гоцман, ты шо, не строй из меня Клару Целкин! - поняв, до чего доводит подругу, Фима резко поправляется. - Мы же будем приплывать и таки я застолбил за собой место крёстного для твоего ребёнка! Шо би я, Фима Петров навсегда мочканулся из твоей жизни? Щаз, взял разгон! Друзей не бросают!
С тяжелым сердцем, Давима Гоцман, раскрывает кармашек и подставляет его Фиме для его семечек. Это всегда было знаком высокого доверия и выполнения данных обещаний. Фима, не менее тяжело давая обещание жить и возвращаться к лучшей подруге, отсыпает в карман приличную горку семечек.
А затем бывшие оперуполномоченные УГРО по борьбе с бандитизмом города Одесса, Фима Петров и Дава Гоцман, не сдержав эмоций, утягивают друг друга в крепкие объятия. Объятия кончились и… Через несколько минут подлодка “Александр Невский” уплывает в сторону уходящего солнца, на встречу новым приключениям и жизни пиратов.
Бриг “Серкан Болат” же выпустил все паруса и под управлением Виталия Кречетова и под запевание команды, направляется в сторону испанских колоний в Новом Свете. Ведь скоро…
 
– Кстати… Хорошо, что Фима вовремя уплыл, - не без хитрой улыбки сказала Давима, стоя возле своего мужчины.
– Это почему же? - как-то с беспокойством спросил Виталий и получив документацию на владения бригом, вчитался в имена владельцев. Через пару секунд он зарычал и чуть не перешёл на крик. - Эдвард Кенуэй и Мэри Кенуэй?! Вот за какие грехи ты мне досталась с твоим дружком!? Довольна, жена пирата и!?..
Наконец, месть за весь троллинг всех лет их прошлых отношений и недавнего подкола свершилась. Давима, ну или же Мэри, недолго, но всё же весело хохотала, пока плечо предательски не заныло.
Ведь скоро у одной из испанских колоний будет ещё одна непростая семейная чета. Семья Кенуэй тоже наведёт шороху на этот дикий и в то же время романтичный восемнадцатый век…
КОНЕЦ ПЯТОЙ СЕРИИ… НО ЕЩЁ НЕ КОНЕЦ СЕРИАЛА.
Комментарий к Пятая серия
Для начала, пока не показала радость, добавила ещё и альбом с саундтреками к работе - https://vk.com/music?z=audio_playlist592069587_129/1f4adb12a9884554e9 надеюсь, виден будет.
НАКОНЕЦ. ФУХ. НАФИГ ПЯТУЮ ЧАСТЬ ПИРАТОВ, ТАКОЙ БРЕДОВЫЙ ИДИОТИЗМ С ЭТИМ ТРЕЗУБЦЕМ, НО Я НЕ ЖАЛЕЮ, ЧТО ВООБЩЕ РЕШИЛА ДОПОЛНИТЬ ВОЛЬНУЮ ВСЕЛЕННУЮ “КАРИБСКОГО КРИЗИСА”, ЧЕСТНО. И ПРЯМ БОЛЬШУЩЕЕ СПАСИБО ГРЕТТЕ КАЛЬТ И ВСЕМ, КТО ВООБЩЕ ДАЖЕ ЕСЛИ НЕ ЛАЙКАЛ, НЕ ОСОБО ЧИТАЛ И ОСТАВЛЯЛ ОТЗЫВЫ, ВСЕМ ВАМ ТОЖЕ СПАСИБО.
И ИМЕННО КРИЗИС ПРИНЁС МНЕ ПЕРВУЮ НАГРАДУ…
НО Я С ВАМИ НЕ ПРОЩАЮСЬ. ФИНАЛ ЭТОЙ АРКИ МОЖЕТ И ЕСТЬ, НО НАСТАЛ МОМЕНТ ПОСТ-КАНОНА…)
========== Шестая серия: Полярный зверёк от Воробьёва ==========
Несколько недель спустя.
1706 год, начало августа.
Эспаньола, Санта-Доминго.
И вот, наконец, территория испанских колоний. Долго плыл бриг “Серкан Болат” к заветной пристани и будущему месту ремонта. Это судно бы и могло дойти куда быстрее, всего за неделю пути, но в силу нескольких обстоятельств, а именно - вечно переменный ветер-изменник, чуть ли не переполненный грузовой трюм трофеями с британского линкора и своими сюрпризами, что само по себе, увеличивало вес и снижало скорость, так ещё остались не совсем приятные повреждения самого брига.
В довесок к повреждениям по пути пришлось останавливаться возле одного из островов. Самое сложное с горем пополам поправить удалось. А мелкие и не столь критичные уже хватит починить уже в порту. Ещё одна лишняя остановка на пару недель.
И у всего этого был своеобразный плюс. По ночам новоявленная семейка бывших разведчиков отдала ближе к вечеру управление судном и до самого утра они не выходили из капитанской каюты. Хочешь не хочешь, а проспавшие годами страсть, любовь и чертово воздержание резко проснулись, позволяя “наверстать упущенное”. Команда к этому относилась к глубоким понимаем, кстати, потому никто не смел вмешиваться в “брачные игры орлов”.
И всё же бывший майор УГРО Виталий Крече… кхм, то есть, Эдвард Кенуэй, капитан этого судна, не юный матрос, а опытный мореплаватель, знающий свою “красотку” вдоль и поперёк, как и её привередливый характер. Так что бывший советский темпоральный разведчик знал, как в данном положении вести “Серкана” и уже, когда остров уже виднелся отчетливо, и можно уже было разглядеть береговые строения, он приказал убрать все паруса, кроме брамселей. Бриг долго снижал скорость, а потом довольно легко подошёл.
Легко завернув судно к причалу, подходящему для его брига, Виталий-Эдвард тут же приказал матросам убрать все паруса и кидать швартовы. Через пару минут труда матросов и береговых рабочих, “Серкан Болат” был пришвартован, а команде была дана великая участь отдыха и времени полежать без дела, но всё равно приглядывать за состоянием корабля. Мало ли, что случится.
“Хорошо, что мы зашли в порт под голландским флагом”, - подумал блондин, сходя с судна на пристань. - “Скоро моя грозная ликвидатор должна выйти. Надеюсь, она возьмёт нужный наряд”.