Последняя руна (СИ)

Он несколько раз с чувством чихнул. У Йона слезились глаза, разбитый в кровь нос покраснел ещё и из-за аллергии.
— Тянешь время, слабак? Я всегда побеждал тебя! Ты один против нас! Вам никто не поможет. Мы знаем про Дромера. Он не успеет. Ни сейчас, ни потом!
Как не успеет?! Слова Ди́ана, точно подножка, лишили меня равновесия. Мы боролись и верили, что магистр приведёт стражу. Жив ли сейчас сам Артикус Дромер или следом за Олли пропал где-нибудь в зверинце?
Я видела, как пальцы Ди́ана начали сжиматься на горле Йона. Ирбис навалился на хаотика всем телом, прижав коленом к земле. Смотреть невозможно! Я схватила первый попавшийся камень, собираясь огреть им противного кошака, но меня опередили.
— «Валессио-Мер», — со слезами, но очень чётко произнесла Верика, рисуя руны прямо в воздухе. — Ди́ан, посмотри на меня! — в её голосе звучало повеление.
Я не верила тому, что вижу и слышу. Оказывается, Верика и так умеет!
На её окрик Ди́ан замер, разжал пальцы на горле Йона и развернулся в нашу сторону. Изумрудный свет магии анимагов в глазах ирбиса потух, но взгляд был устремлён на Верику и наполнялся восторженным вниманием.
И совершенно неожиданно, сверху на нас упал рыжий комок меха и когтей, мелькнул пушистый хвост.
— Ах, ты гадёныш! Мою племяшку обижать вздумал?! Да я тебя раскушу вместо ореха! — верещал знакомый голосок. — Прямо твою пустую голову!
Чибити впилась коготками Ди́ану в загривок, дёргала за волосы и пыталась укусить за ухо. Он же её словно не замечал, как и свою недавнюю жертву и меня. Ди́ан видел только Верику и шёл к ней — лунатик-анимаг с пустыми глазами.
— Любимая моя, — он развёл руки в стороны, готовясь обнять мою подружку, а она не двигалась с места, ожидая его.
— Вот тебе и любовная магия, — пробормотала я, наблюдая за этой чудной картиной.
— Что это с ним? Ты что-нибудь понимаешь?
Йон опешил не меньше меня и тряс головой сидя на груде камней, где его и оставил Ди́ан.
— Догадываюсь, — я улыбнулась Айгермару, веря, что теперь всё будет хорошо.
— Вот она! Вот она, негодница! — Верещал ректор.
— Любовь моя! — басом повторял Ди́ан.
— Отстань от неё! Я опасная белка! Укушу! — пищала Чибити.
Безумие дополнили магистр Дромер и гвардия Совета магов. Как во сне я и Йон следили за фигурами на каменной лестнице. Стражники торопливо спускались в лабораторию, а Артикус помахал нам сверху рукой.
— Прошу простить мою неточность, дети, — он поклонился. — Меня немного задержали.
  
Эпилог
 
— Занятие окончено, — магистр Дромер строго кивнул нам, небольшой группе рунологов-первокурсников, и принялся собирать свои ценные манускрипты.
С тех пор, как он стал ректором Академии, у Артикуса совсем не стало свободного времени, но несмотря на это он охотно взял на себя уроки госпожи Бэррис. Совет магов навсегда лишил нашу «птичку Пирр» права преподавать. Да и довольно трудно работать со студентами, если сидишь в крепости и твоим делом занимается королевский прокурор. Вся компания во главе со старым ректором вряд ли появится в Академии в ближайшие пятьдесят лет. Закон строг с теми, кто использует запретные формулы. Никакое суровое наказание не вернёт погибших девушек, которых распылили на рунных бабочек, но я осталась довольна исходом дела.
— Пойдём в библиотеку готовиться к практикуму? — осторожно поинтересовалась Верика.
В ту ночь, когда всё раскрылось и магистр Дромер примчался в подземелье вместе с гвардией, я решила не выдавать подружку. Кто не совершал ошибок по глупости или наивности? Верика заслужила второй шанс.
Договорившись, я и Йон сделали вид, что Верика помогала в расследовании исчезновения студенток. Она дала показания на Ди́ана и его отца, и продолжила учиться в Академии.
— Разве тётушка не ждёт тебя в лаборатории? — я улыбнулась, понимая, что прежнее доверие вернуть будет не просто, но мы договорились не вспоминать о прошлом.
— Ох, она меня замучила своей заботой, — призналась Верика.
Тут же мы услышали быстрые шаги, приближающиеся к аудитории. Каблучки звонко цокали по полу, будто маленькие беличьи коготки царапали камешки. Мы переглянулись.
 
— Спрячь меня! — пискнула Верика и заметалась между столами, но было поздно.
Шаги ускорились, и в кабинет ворвалась Чибелла Табис — рыжие локоны, вздёрнутый носик в веснушках, широко расставленные карие глаза, выражающие осуждение и чувство внутреннего превосходства. Трудно не узнать несносную белку, жившую в моём шкафу!
— Верика! Я тебя жду-жду! Взвар сам себя не выпьет! И пироги себя не съедят! — Чибелла наседала на племянницу. — Я голодна, как сто дракорексов! Столько сил потратила на вразумление младших лаборантов! Совсем от рук отбились! — Возмущение Чибеллы внезапно сменилось благодушием, когда она скользнула взглядом по стопке книг на столе рядом. — Всё учитесь?! Наверное, с утра не ели? Давайте быстренько в закусочную, — сменив гнев на милость, она призывно замахала руками.
У меня были совсем другие планы.
— Важное дело, — я выставила перед собой свою кипу учебников, защищаясь от настойчивой тётушки Чибеллы. — Я убежала!
Выскочив за дверь, я всё-таки не устояла, чтобы не понаблюдать за активной Чибеллой Табис и Верикой.
— Верика! — бывшая белка решительно одёрнула племянницу, попытавшуюся бочком выскользнуть из аудитории следом за мной. — Я так рисковала ради тебя, а ты даже не хочешь провести с родным человеком несколько минут. Вот твоя благодарность?! — Чибелла тяжко вздохнула. — А я так бежала, так стремилась тебя спасти из лап этих страшных преступников! Не побоялась покинуть гнездо, мчалась в темноте через парк. Я и зазнайку Дромера спасла! Да-да! Пойдём, Верика, — она схватила племянницу за руку. — Сядем в «Весёлой лисице», и я расскажу тебе историю, как нашла магистра Дромера запертым в кабинете! Вот глупец! Если бы не я ничего бы не вышло! Гвардейцы до утра прождали бы его сигнала. Итак, когда я услышала разговор этого нахала хаотика, который подсматривает за неодетыми белками и Руной…
— Я уже знаю эту историю, тётя, — робко возразила Верика.
— Послушаешь снова! — смутить Чибити было невозможно. — Тебе полезно!
Я не стала дослушивать их разговор и благоразумно покинула учебный корпус. Историю «опасной» белки я знала не хуже подружки. Магистр задержался с подмогой, потому что Ди́ан вместе с Женталем на время обезвредили рунолога — запертая дверь и немного магии решили дело. Они давно подозревали, что Дромер занимается расследованием и не стали рисковать в самую важную для себя ночь. Последний этап ритуала был слишком важен.
Чибити сидела в шкафу и всё слышала, когда я и Йон обсуждали похищение Верики, узнала, что мы направились к магистру. Некоторое время она боролась со страхом, а ночью всё-таки решилась и побежала на поиски Дромера.
Хорошо, что всё сложилось благополучно. Тётя Верики довольно вредная особа, но без неё ничего бы не получилось. Я улыбнулась, вспомнив, как она ворвалась в подземелье и храбро накинулась на негодяя Ди́ана.
Снежок в парке поскрипывал под ногами. Недавно прошли зимние праздники и начался второй семестр. Я куталась в тёплую накидку и спешила поскорее добраться до общежития, чтобы избавиться от книг. Йон ждал меня на нашем месте для встреч и от предвкушения свидания сладко замирало сердце. Мой маг точно сумеет меня согреть.
Не доходя до дверей жилого корпуса, я услышала своё имя:
— Руна! — девичий голос прозвучал звонко и уверено.
Я немедленно его узнала. Лария догнала меня — красивая и величественная. Как ей всегда удавалось выглядеть настолько притягательной? Она улыбалась, на щеках от лёгкого морозца горел румянец, меховая опушка на зимней накидке покрылась инеем. Студентки третьего курса редко имели возможность носить такую дорогую одежду, но муж Ларии был практикующим рунологом из очень состоятельной семьи. Недостатка в деньгах у них не было. И в этом она обошла многих в Академии.