Последняя руна (СИ)

— Добровольность? Над аркой в развалинах начертана эта руна.
— Принять ответственность за собственное решение. И не только. Рунологи по своей воле отдавали жизнь. Никто не заставлял их читать формулу.
— И?
Мне, конечно, был необходим дружеский совет, но внятный и простой. А магистр вознамерился запутать меня ещё больше.
— Тебя нельзя увести силой. Ты не жертва — ты добровольный исполнитель. Это одно из условий, чтобы «Рунная бабочка» сработала. Пусть кто-то и привёл тебя к этому.
— Я не стану читать формулу. Даже если снова спущусь в подземелье. Меня не надо убеждать, что оживление символа опасно.
Уголки губ магистра Дромера немного приподнялись. Должно быть это означало улыбку.
— Ты добровольно спустилась в старую лабораторию. Как и пять предыдущих девушек. Ради спасения от вымышленного проклятия они были готовы прочесть любые заговоры.
— Но я не верю в проклятие! И Лария… Она никогда не поверила бы!
— Для таких случаев изобретаются другие способы. Поэтому не поддавайся на уговоры или необычные предложения. Заманчивые обещания анимагов прямой дорогой могут привести в тайник ректора.
— Почему именно анимагов?
И этот туда же! Как и Айгермар магистр намекал на Ди́ана. Верит, что я очарована «котиком» и готова кинуться за симпатягой сломя голову? Фу, противно!
— А кто у нас ректор Илбрек? — прищурившись, спросил магистр.
— Гад ползучий!
— Верно. Анимаг! И его сын недалеко ушёл.
От учителя Дромера я вышла в отвратительном настроении и решила прогуляться до «Весёлой лисицы». Верика с утра отрабатывала проваленный практикум, поэтому последовать совету Йона — не ходить в одиночестве — я не смогла.
Пока шла через парк Академии, три раза обернулась и два раза заподозрила в слежке незнакомых студентов. Беседа с магистром сделала из меня пугливого зайца. И ведь не поспоришь, что люди действительно пропадают. Например, тётушка Верики. За всеми делами я забыла о тёте Чибелле. Так и не спросила, что магистр думает об этом.
В закусочной было необычайно многолюдно и шумно. Развеселившиеся студенты перебрасывались репликами и шуточками о главном событии начала зимы. За спиной рыжего хозяина «Весёлой лисицы» висело объявление. Оно и привлекло всеобщее внимание.
— Осенний бал…
Заголовок я прочитала вслух, но за громкими разговорами меня никто не услышал. Все обсуждали предстоящий праздник прощания с теплом и солнцем. На следующей неделе наступал первый зимний месяц. Ожидались холода и снег.
На красочном объявлении в танце кружила романтичная парочка. От Ларии я слышала, что в Академии любят сезонные празднования и танцы. Студенты развлекались, отдыхая от наук, находили себе друзей и первые сердечные увлечения.
— Жаль, что танцы будут по жребию.
Рокочущий голос над ухом напугал до дрожи. Сильные ручища анимага обхватили меня сзади. Не думала, что будет так трудно вести себя с ним как прежде непринуждённо.
— Ди́ан! Нельзя же так!
Я попыталась вырваться, но он развернул меня к себе лицом. Верхняя губа молодого Илбрека приподнялась в оскале, означавшем улыбку. Не забудешь, что перед тобой ирбис, как ни старайся! Вроде бы добродушный и пушистый котик, но я так и ощущала опасность. Или успела накрутить себя, и чужие предостережения запали в душу?
— Ладно-ладно! Прекрасная Руна. Не злись! — он разжал пальцы, позволяя мне ускользнуть.
— Что за танцы по жребию? — заинтересованно спросила я, отодвигаясь подальше от настойчивого анимага.
Забыть лицо Илбрека-старшего, создавшего место ритуала в полутёмном подземелье, оказалось непосильной задачей. Оно само собой поднялось на поверхность из глубин памяти. Мрачная тень словно коснулась и Ди́ана.
«Он не знает. Не может знать! Иначе не привёл бы меня на склад с вещами Ларии. И разве смог бы он жить спокойно, представляя, чем занимается отец?»
— На входе в зал всем девушкам выдают билетик с номером пары на вечер, — беззаботно пояснил сияющий ирбис. — Танцы строго со своей парой. Парней переписали всех до одного. У меня номер двенадцать.
 
«А у Айгермара? Какой номер у хаотика?» — чуть не выпалила я, но вовремя прикусила язык.
Ди́ан с вниманием смотрел на меня.
— Тебя что-то тревожит? Что-нибудь случилось? Опять проклятие и опасность?
— Всё отлично, Ди. Никаких событий или нападений. Я не верю в проклятие.
— Не веришь? — он огляделся по сторонам. — Я кое-что узнал. Есть способ отвязаться от тёмного лаборанта, — анимаг многозначительно подмигнул. — Необычно, но для рунолога ерундовая задачка. Расскажу после бала.
— Интрига, — я старательно изобразила улыбку, но сердце тревожно сжалось. — Буду с нетерпением ждать.
В голове звучал голос магистра Дромера, ему вторил Айгермар: «Если кто-нибудь станет предлагать нечто необычное…».
— Стоит ли идти на бал? — я обернулась, чтобы посмотреть на объявление.
— Конечно стоит! — наклоняясь промурлыкал Ди́ан. Его губы снова оказались близко от моих. — Обещаю, что будет весело, Руна.
— Если я вытяну двенадцатый номер, — я сделала вид, что собираюсь чихнуть и почесала нос.
Целоваться с «котиком» я не желала, а он, похоже, всё ещё рассчитывал на приятный приз. Но нет! Пока я подозреваю анимага — никаких нежностей!
Мне вспомнились объятия Айгермара, как он согрел меня в подземелье, снова ощутила горячее дыхание на коже. Сделалось неприятно от того, что рядом вьётся Ди́ан, прямолинейно претендует на нечто большее, чем дружба. Будто я что-то обещала Йону в ту минуту, когда позволила прикоснуться к себе в старой лаборатории.
— Проверим твою удачу, Ди, — примирительно добавила я.
— Так и будет, Руна. Так и будет! — радостно пообещал анимаг.
Вечером я перебрала вещи в шкафу, побросала платья прямо на постель. Не так уж их было и много. Всего четыре! Ии одно, включая серую форму рунолога, не подходило для праздника.
— Двенадцатый номер… Поглядим, что ты затеял, «котик».
Я сердилась, что никак не получается решить проблему выбора. Я не была в восторге от праздников и танцы с Ди́аном меня не привлекали. Но он посеял во мне свежие ростки интереса к старой тайне. И если уж я попаду на осенний бал, то хотелось предстать в лучшем свете. Особенно перед одним вредным, но притягательным хаотиком. Я знала, что Айгермар придёт. Если уж каждый молодой маг в списке претендентов на пару, то Йон не сможет проигнорировать это событие.
Чибити скептически наблюдала за мной.
— Что ты делаешь? Разворошила гнездо! Как теперь спать?! Было так уютненько, так безопасненько!
Белка недовольно обнюхала платья и запрыгнула в шкаф.
— Осенний бал. Слышала о таком?
— Бал? — она недоверчиво посмотрела на меня, будто я только и делала, что обманывала. — Бал! — настроение Чибити резко сменилось на восторженное воодушевление. — Бал, бал!
Её точно подкинуло в воздух, подхватило незримым потоком. Она соскочила на пол, подняла лапки вверх и закружила на месте в такт несуществующей музыке. Я уловила ритм вальса в движениях Чибити. Танцующая белка незабываемое зрелище.
— Это так красиво, — белка не останавливалась и, прикрыв глаза плавно перемещалась по комнате. — Летящее изумрудное платье, а я кружу, кружу… И красивый мальчик сжимает мои пальцы, смотрит в глаза…
Чибити чуть не упала, когда резко остановилась. Чёрные точки глаз осоловело уставились на меня.
— О чём это я?
— О бале, Чиби. Ты вспомнила, как танцевала на празднике. И не отпирайся, что была человеком, Чибити. Чиби…
Меня точно прошибло молнией.
— Чибелла… Чибелла Табис, — несколько раз повторила я.
— Как ты сказала? — она закрыла мордочку лапками. — Чибелла… Я знаю это имя. Двуногие слабые и глупые. Они не способны убежать от врага. Только дух зверя спасает от смерти. Как страшно!
— Вспоминай, постарайся, — я подняла дрожащую белку и усадила к себе на колени. — Ты работала в лаборатории.
— Дыра в голове, — пропищала Чибити. — Будто орешек вынули, где всё было. Лаборатория, песок, паутина.