Ущербная демоница (СИ)
— Что сказал Воибор?
Услышав это, Дейрос отпихнул от себя супругу.
— Ничего. Лилитта практически справилась с безумием, но в глубине её разума живёт что–то чужеродное. — Князь отошёл и уселся в кресло, а Многоликая осталась стоять. — Конфигурации почти пришли в норму, но никакой магии в неё Воибор не почувствовал.
После этих слов княгиня впервые за этот день посмотрела в глаза мужа:
— Каков его окончательный вердикт?
— Воибор считает, что разум Лилитты был необратимо повреждён и она вряд ли сможет стать полноценной княгиней.
Вот так. Это был конец. Многоликая наклонила голову, понимая, что ей удастся пережить этот год только чудом. После каждого посещения спальни князя она долго лечила синяки и глубокие царапины, а сама беременность и роды дались ей особенно тяжело. Что было тому причиной — её изменённая сущность или тонкая кость — она знать не хотела. Но княгиня боялась смерти, а потому молча сносила уготованные ей мучения. Разве она могла что–то противопоставить мужу–одержимому и магическому браку
Глава 11. Сокрытое (ч. 1). Двери познания приоткрываются
— Готовить Лилитту к подобным новостям следует постепенно. — слова, произносимые Многоликой, с хрустальным звоном падали в тишине малой гостиной.
Она сидела в глубоком кресле, обитом зелёным бархатом. Рядом на столике на тонкой ножке примостился серебряный кубок со светло–синей жидкостью. Вытяжка из синих ягод амаретты. Княгиня не любила вино, а амаретту ей доставляли с полей на границах с соседним княжеством.
— Значит, госпожа, вы всё же решили рассказать княжне, кто она такая? — расположившийся в соседнем кресле Крайс Эрна усиленно не глядел на Многоликую.
Изящным движением она поднесла кубок к губам. Сегодня княгиня была одета ещё скромнее обычного: наглухо застёгнутое платье из синего шёлка, длинные широкие рукава и бесконечно длинная юбка, не показывающая даже носков туфель сидящей. Некромант поёрзал в кресле. Что же случилось в той поездке, что Многоликая стала напоминать статую больше, чем обычно? Ни слуги, ни стража не хотели болтать при нём языками, а потому несколько мёртвых мышей были готовы стать его ушами и глазами в ближайшее время. Эрне лишь нужно было немного уединения и порядочный запас магических силы, чтобы направить своих созданий в нужные места. И не попасться при этом.
— Если сначала я надеялась, что она хоть что–то да помнит, но сейчас я вижу, что это не так, — грудная клетка Многоликая чуть приподнялась, что в её исполнении означало тяжкий вздох разочарования. — За оставшиеся семь–восемь месяцев нам нужно решить, что предпринять. Я думаю, что демона Лилитта так и не получила, а значит, все наши усилия можно считать бессмысленными.
— Если это так… Но откуда такая уверенность? Вам сказал об этом сам князь?
На этих словах до сих пор смотрящая перед собой Многоликая повернула голову к Эрне:
— Нет. Но обязательно узнает.
— Тогда почему вы уверены, что Лилитта не одержимая? Тогда кто она?
— Я… просто знаю.
Некромант подождал ещё немного, но собеседница молчала. Что именно известно княгине? Причина, почему слияния с демоном не произошло, или то, кем стала Лилитта после ритуала? Эрна уже хотел было уточнить этот момент, но Многоликая практически сразу отвернулась. И Эрна передумал.
— Пусть так. Но что нам делать теперь? Демона, которого нет, не пробудить. Нам остаётся только обучать княжну общим наукам. А потом?
— Никакого потом уже не будет.
— Моя госпожа, что вы такое говорите?! — некромант не смог сдержаться и вскочил на ноги.
Многоликая снова взяла в руку бокал. Другой она поправила выбившийся из причёски локон.
— Не стоит так громко кричать. — она помолчала несколько секунд и всё таким же ровным, скучающим голосом добавила: — Дейрос не простит мне провала.
— Провала? Но разве это вы сорвали ритуал? Разве вы виноваты в том, что княжна не получила демона? — некромант никак не мог взять в толк, о чём сегодня говорила Многоликая. Он застыл рядом с креслом, практически нависая над собеседницей.
— Лилитта — моя дочь.
— И что же… — Эрна не успел закончить мысль, начиная понимать, куда клонит княгиня. Она мать Лилитты, не одержимая, новая кровь. И её дочь оказалась ущербной, неполноценной, раз не смогла заполучить демона. Да, ритуал был сорван, но, если посмотреть совсем глубоко… Ставка на привнесение свежей крови в имеющие тенденцию к вырождению рода одержимых не оправдалась.
— Она не глупа, — продолжила Многоликая, — однажды она начнёт спрашивать.
— Тогда нам следует ответить, — некромант, немного успокоившись, снова уселся в кресло, — правду.
Княгиня прикрыла глаза. Она казалась утомлённой и более бледной, чем обычно. Магу показалось, что Многоликая больна. Но спросить он не решился, помня о своей недавней неудачной попытке.
— А сейчас оставь меня.
Эрна не сразу понял, что приказ адресован именно ему. Сначала он опешил, но затем с глубоким поклоном покинул гостиную. Когда за некромантом закрылась дверь, Многоликая резким движением смахнула кубок со стола. Бледно–голубая лужица залила мягкий ворс, а сосуд с глухим стуком упал на дорогой ковёр, но лицо княгини оставалось всё так же бесстрастно. Магический браслет, будто тисками, сжал её запястье, когда Многоликая приняла решение.
* * *Браслет на руке Дейроса Фариуса никак не среагировал на мысли его жены. Князь любил водить по гравировке на нём пальцем, словно оглаживая. В такие моменты он представлял шёлк кожи своей супруги, её податливость и покорность. Она так отличалась от любовниц–однодневок его отца! Да, все они были красивы, но не одна не задерживалась надолго. Старый Фариус не признавал брачных клятв, а потому Дейросу пришлось постараться, чтобы найти и отправить в нижний мир своих братишек и сестрёнок. Причём до недавнего времени он был уверен, что расправился со всеми.
Однако выходило, что мертвы отнюдь не все. За подобными раздумьями князь прогуливался по галерее, опоясывающей замок. Под ногами зияла пропасть, и Дейрос представил, как было бы хорошо, заверши он однажды демоническую трансформацию и получи крылья и способность к полёту. Чем старее род, тем больше возможностей было на это. Фариусы были относительно молодым семейством, насчитывающим не более четырех поколений, и сейчас он рисковал прервать свой род. Но кровь имперки Многоликой оказалась порченой, а их дочь — ущербной. Подобные ростки следовало вырывать с корнем. Тем более, что ещё достаточно молод, чтобы иметь детей.
Но прежде всего нужно найти и устранить неожиданно появившегося родственника, который явно нацелился на Лилитту. Дейрос был уверен, что восьми оставшихся месяцев хватит, чтобы получить желаемое — голову конкурента — на колу. А пока княжна пусть живёт, служа приманкой. Фариус остановился у края балкона. Его лицо обдувал свежий ветер. Там, в паре дневных переходов лежала империя Алданаи. Временами он страстно желал, чтобы Тёмная Хозяйка дала знак, что им пора идти войной на светлых. Чем лучше он послужит богине, чем сильнее станет, тем более почётное место займёт среди демонов. В наслаждении Дейрос прикрыл глаза, предаваясь мечтам о том, как станет Князем демонов, правой рукой Тёмной Хозяйки. И лишь трое будут равны ему по силе: архангел, верховные священник и жрец.
Вынырнув из сладостных мечтаний, Фариус снова перебрал в уме имена любовниц и детей своего отца. И решение пришло практически само собой. Поспешивший в кабинет Дейрос набросал список слуг, что прислуживали ещё его отцу и могли быть пока живы. Десяток имён стариков, в том числе родственников отцовских любовниц. Старый князь предпочитал развлекаться с безответными служанками или пленницами, за которых никто не вступится.
Дейрос решил самолично заняться эти делом.
* * *К счастью, Чёрной Лилии наконец повезло, пусть и случайно. Перебирая всякие безделушки на каминной полке, она ненамеренно переставила ониксовую статуэтку, изображавшую демона, и вдруг услышала скрежет. Вздрогнув от неожиданности, Лилия Львовна обернулась и с широко раскрытыми глазами уставилась на отъезжающую в сторону стенную панель. Вскрикнув от радости, она бросилась к открывшемуся тёмному зеву — она была уверена — тайного хода. Оттуда пахнуло холодом и пылью.