Под грифом «секретно» (СИ)
Это третья казарма, койку себе сам найдёшь. — сказал он мне, и, вроде бы кому-то слабо кивнув, вышел.
Тут было немноголюдно, человек шесть, и я, помедлив с секунду, двинулся на обход казармы, по пути кивая немногочисленным встречным, и уже понимая, что никак не смогу найти ничейную койку, не залезая в тумбочку. Я рассчитывал, что мне кто-то подскажет…
Здарова, новичок, ты не кипешуй, ща мы тя быстро оформим, пойдём, вроде вон та, справа, свободна, да, пацаны? — подошли ко мне четверо — Ефимов и Сычёв, посмотрел я сразу на фамилии первых.
Да, точно она, там как раз Малюта спал.
Привет, а что за Малюта, и где он?
Кореш наш, так что тебе, считай, свезло на его месте спать, недавно совсем откинулся, у тебя ведь Танюха куратор?
Да, Татьяна. А Малюта это тот, кто стариков в деревнях валил? — просёк я сразу.
Не только валил… — заржал тот, что первым ко мне обратился.
Ты тут пока новенький, тебе кореша нужны, одному здесь никак… — начал второй, что подошёл. — а за это ты нам свои 50 жетонов, и половину от всех следующих, мы же тебя подстрахуем…
Спасибо, не надо, и желаю вам также «откинуться»…
Ну за первую помощь заплатить всё же придётся… — вернулся первый в разговор.
Благодарю. — с улыбкой ответил я, смотря ему прямо в глаза, и чувствуя струящийся по крови адреналин.
Ты чё, лошара, не врубаешься? Ты нам бабки должен!
Вот после этого я, уже давно будучи на адреналине, нанёс первый удар, ведь я считаю, что тот, на кого выёживаются всегда имеет право первого удара, тем более, когда противник не один. Ударил я с левой, потом сразу с правой, пока он был в полёте, следом локтем тому, что стоял справа, но он увернулся и пробил мне точно в солнечное сплетение, я же, промазав правым локтем, согнулся и отступил назад. И тут же получил прямой в грудь с ноги от третьего. Отлетев немного и поражаясь реальности здешней физике, а также скорости своих противников, и пытаясь восстановить дыхание, я начал увеличивать понемногу дистанцию, и сразу же на меня напрыгнул четвёртый, повалив на пол… С двумя-то справиться сложно, что уж говорить о четырёх соперниках. И тут я вижу чью-то ногу, сбивающую мерзкую нависшую надо мной морду. Всего лишь секунду назад осознав тщетность своих потуг и уйдя в защиту, я сейчас же вскакиваю и кидаюсь на них. Затем эффект неожиданности от моей атаки и помощи незнакомца сошёл на нет, и нас начали теснить, вдруг сзади кто-то бьёт по опорной ноге в момент удара и я падаю. Получаю серию пинков и закрываю голову, просто стараясь выжить, будто я не в игре, а в реальности. А всё настолько реально, что и сомнений не вызывает. Вот я чувствую один удар, потом другой и вот уже что-то острое входит мне в грудь, ещё раз, ещё, и ещё… и спустя недолгий полёт я открываю глаза в своём «пластиковом гробу», крышка также плавно отъезжает, и я, резко сев и прикрывшись руками, оглядываю комнату, борясь с небольшим головокружением и клокочущей внутри злостью. Где-то через пол минуты всё прошло, оставив лишь раздражение, а ещё через минуту появилась Таня:
Ты что-то быстро вернулся, забыл что-то? — шутливо спросила она, убирая за левое ухо локон волос.
Ага, телефон с документами… ну и поцеловать тебя, конечно, перед уходом. — ухмыльнулся я.
Держи халат. — улыбнулась Таня. — Я отвернусь, минут 30 у тебя есть, нельзя сразу опять погружаться.
Уже проверено? А то у меня там дела появились…
Да, подождёшь, полчаса погоды не сделают.
Тогда расскажешь что-нибудь ещё об этом месте? Первое погружение уже было.
Ладно уж. — выдохнула Таня. — Спрашивай.
Смерть того маньяка, это не секрет? А то для некоторых он «откинулся».
Нет, конечно, просто кому-то достаточно и намека, чтобы понять, другой же и прямую фразу по-своему воспримет. Это зеки тебя? Как?
Ножом вроде… толпой сначала накинулись, твари…
Из-за чего? В твоём лагере они даже не на вторых ролях. — спросила она, убирая уже за правое ухо другой локон волос.
Из-за монет каких-то. Слушай, а почему их отдельно не поселить?
Элемент хаоса, чтобы никто не расслаблялся. Есть 50 % шанс, что у тебя в карманах они найдут жетоны. Что делать думаешь?
По одному всех выловлю. А 50 жетонов — это много?
Не мало, бутылка водки, насколько я знаю, в городе пять стоит, кошелёк, чтобы жетоны практически не выпадали — сто, это дополнительный стимул расти, и очередной элемент хаоса.
А зачем там деньги? Игра же всё сама поставляет, нет разве?
Ты серьёзно? Что нужно солдату, проходящему многомесячную подготовку в капсулах? Они будут тратить свою зарплату на виртуальные ничего не стоящие наборы единиц и нулей, чтобы купить на них алкоголь, мясо, сладкое, билет в кино, ну или предаться плотским утехам.
Не надо со мной как с дебилом говорить, я здесь второй день и ничего про всё это не знаю… И как эффект от виртуального алкоголя?
Извини, мог бы и сам догадаться, что свою выгоду они не упустят. — спустя короткую паузу ответила Таня. — Говорят, что эффект такой же, только без похмелья.
А ты сама там не была? Не пробовала?
Нет, хотя хотелось бы, конечно… только вряд ли капсулы поступят на продажу…
Как они вообще появились?
Наш иммигрант на западе в составе группы учёных разработал. Говорят, что ему пригрозили уголовными делами на его родственников, и он передал все результаты исследований и схему прототипа капсулы с базой программы. В обмен на это он вывез всю семью. Сейчас он там под следствием за шпионаж, зато родные на свободе и получают пособие как беженцы.
Мда…
Да брось, вряд ли они его посадят, он им нужен для продолжения работы. Как-нибудь договорятся.
Немного помолчали, задумавшись каждый о своём, затем Таня продолжила.
Если вдруг у тебя самого не выйдет с ними разобраться — скажи командиру лагеря…
Чего?! — перебил я её, возмущённо — Я. Сам. Справлюсь.
Там все быстрее и сильнее тебя, с реакцией, превосходящей твою. А кто-то и с уникальными навыками. Это не тот мир, к которому ты привык.
А как же хаос?
Хаос хаосом, а мы все стремимся к порядку, и там он есть.
Глава 5. Сила противодействия.
После второго погружения я оказался в том же самом комбезе, который недавно одевал. Проверив первым делом карманы, я обнаружил, что меня облутали — жетонов не было. Я стоял на той же самой небольшой полянке и смачно матерился. Умом-то я понимал, что на большее, чем быть боксёрской грушей мне рассчитывать пока рано, и то, что в недавней драке я всё же разбил несколько гнусных морд, я объективно считал лишь заслугой неожиданности. Однако при этом я понимал, что нельзя показывать слабость — от моих следующих действий зависит то, как меня будут здесь дальше воспринимать. Да и брошенное Тане «по одному всех выловлю» нужно подтверждать делом — быть пустозвоном меня не прельщает. Я, конечно, далёк от общепринятого образа настоящего мужчины, но я хотя бы стремлюсь к нему… как минимум для глаз окружающих людей. И вот, постояв так несколько секунд, я пошёл на поиски своих обидчиков. Обойдя две казармы, и не встретив по пути никого, я уже приближался к своей третьей, как меня кто-то окликнул сзади.
Эй ты, ты ведь новенький? Почему не плацу?
Мне сказали, что я могу походить здесь сегодня и осмотреться. — сориентировался я, ибо мне совершенно не улыбалось сейчас идти на плац вместо того, чтобы найти хотя бы одного урода без остальных.
С какого это хрена? Сейчас зарядка. Кто сказал?
Семёныч сказал, чтобы привыкнуть ко всему, познакомиться и узнать побольше об этом месте. — видимо я угадал с тактикой, так как спрашивающий похоже успокоился. Звали его Дмитрий Самойлов. — Ещё мне нужно найти некоторых местных зеков, дружных с Ефимовым… — закончил я с многозначительной паузой.
Задумал что-то, старый лис… — проговорил он вполголоса, и тут же продолжил. — Сам Фима на северной стене в дозоре, Ефимов, Сыч, он же Сычёв, убирает 3-ю казарму, или уже 4-ю, у Буша и Чумы наряд на кухне, Иванов, и Петров соответственно, остальные же все на зарядке. Но тебе, наверно, Семёныч и так всё рассказал?