Под грифом «секретно» (СИ)
Действительно, с чего это вдруг слова Рымова меня так задели, даже если это действительно его мнение, а не попытка оскорбить или предотвратить понижение Пальцевой? Во-первых у него у самого рыльце в пушку, во-вторых мне вообще по-барабану на его мнение — главное, чтобы Света так не считала. Ну и в-третьих — он, скорее всего, просто таким способом хотел ликвидировать мой рычаг давления на него, воззвав к моей совести.
Узнав, что дистанционные взрыватели готовы, я собрал весь лагерь:
Для начала хочу напомнить всем то, что в других лагерях никого из нас не ждут с распростёртыми объятиями, там мы всегда останемся чужими, даже если кого-то из нас и примут, не посчитав шпионами или диверсантами. Единственный вариант, который я вижу — это объединение лагерей, что произойдёт совсем скоро. Так же хочу заметить, что распространение информации о навыке «точка респауна» нанесёт вред всему нашему лагерю, за что я крайне сурово накажу. Препятствовать кому-либо уйти я не стану — каждый волен сам решать как ему жить, только я всё же считаю, что мы сильнее, пока вместе. Для тех же кто захочет уйти, я предлагаю на всякий случай выбрать единую частоту связи, но при этом не рассчитывайте на тёплый приём. И напоследок скажу, что моей основной целью является вывести всех нас отсюда.
Да только дебил решит выживать здесь в одиночку! Давай уже про навык, нам пора уже выдвигаться. — поторопил меня Терников.
Хорошо. Нужно просто попросить игровую систему о возможности менять свою точку привязки. С уважением и аргументами, почему это так важно.
Как молитва что ли? — раздался голос из толпы.
Да, типа того.
Спустя несколько минут у всех уже был новый навык, после чего мы переставили точки респауна метрах в 500 от лагеря, где закопали одежду и оружие. Лагерь решили покинуть не более дюжины человек, все парами, в том числе и Рымов с Пальцевой — не врали слухи.
И вот, наконец, наш маленький диверсионный отряд в составе Коргина, Терникова, Котова, Пронина и меня погрузился в БТР, переодевшись в солдатскую форму и подвязав на себя окровавленные тряпки, и мы выехали навстречу нашей миссии. Остальные тоже выдвинулись, они должны были ждать в лесу, неподалёку от военной части. Этот вариант с использованием БТР предложил Терников, назвав БТР «инвестицией в будущее» — ведь его потеря была бы временной и малой ценой для победы.
Глава 25. Под одним штандартом.
Семёныч не обманул и действительно привёл меня к оперативно вырытым апартаментам для аналитика по дороге к военной части, благоразумно оставшись на внушительном расстоянии.
Сервис устраивает? Соседи не мешают? — спросил я аналитика, сидящего в глубокой яме, глубже не только чем наша экономика, но и даже чем дно, пробитое отечественными пропагандонами. Его руки были связаны за спиной в локтях.
Питание не приносят. Я буду жаловаться…
За еду надо было отдельно доплачивать… А чувство юмора — это хорошо, рад, что наш почётный гость в добром здравии и не планирует нас покидать.
Здесь инфраструктура плохо развита — некуда переезжать.
Провинция… — тягуче проговорил я, разведя руками.
Долго ты ещё меня здесь держать собираешься? — перебил он меня.
Долго… столько, сколько потребуется.
Я готов примкнуть к тебе. С моими четырьмя лагерями ты сможешь скинуть Рымова и легко присоединить остальные лагеря.
Твоё слово и гроша ломанного не стоит, да и это меня не интересует.
Рано или поздно меня найдут, и тогда…
Это будет как минимум поздно, а не рано. — перебил его я. — А пока можешь грезить о мести, бередить прошлое или о чём там ещё думают двуличные аналитики, находясь в казематах… или же можешь продумать дизайн футболки с надписью «отряды Пал Саныча» для своих подданных с промытыми мозгами…
Я лучше продумаю яд для такого новичка в этих делах, как ты…
Лучше покайся, пока не поздно, а то ведь только дебил поверит, что кто-то сам отравился.
Подъезжая к КПП военной части, мы были напряжены до предела — не часто встречаются люди, готовые засунуть собственную голову в пасть льву, и мы не были из числа таких глупцов, поэтому нам было сложнее. В основном все наши опасения заключались в том, что второй попытки уже не будет — подобным образом не обмануть дважды, а значит от наших действий, слов и решений сейчас зависит сама возможность дальнейшего штурма, что, в виду минных полей вокруг их базы и множества вышек с крупнокалиберными пулемётами, являлось бы практически безнадёжным делом.
Мы остановились перед рядом противотанковых ежей у самих ворот, как раз в самое начало их обеда, после чего через верхний люк высунулся «окровавленный» Пронин с красными бинтами на голове:
Мы сбежали из плена, пароль «голый король». Они сейчас собираются нас атаковать! Будут в течение получаса! — закричал он, давя на эмоции и срочность действий. — Хотят провести атаку во время обеда.
Почему не убили себя?
Чтобы успеть предупредить!
Кто ротный?
Тарасов. Сбежали Боков, Щукин, Тищенко, Пронин и Цветков.
Приём. Пост один базе. Из плена сбежало пятеро наших из роты Тарасова. Передают, что на нас сейчас готовится нападение в обеденное время. Да… Боков, Щукин… Тищенко… да, принял. Пропустить их!
Мы ещё не успокоились, готовые к дальнейшим действиям, пока солдаты спешно расчищали перед нами дорогу. Едва же мы наконец въехали и за нами закрыли ворота, как я первым выстрелом из бойницы снял радиста, которого уже держал на мушке своего виктореза и выскочил из БТР на ускорении, буквально запрыгивая на вышку в несколько прыжков, там я вытащил нож и устроил настоящий ад для ещё ничего не понимающих солдат. Внизу же вовсю раздавались тихие выстрелы из оружия с глушителями, пока я приходил в себя после ускорения. Мы сработали гладко, без сучка и задоринки, не дав противникам ни единой возможности связаться с остальными, ни выстрелить, привлекая внимание. Тут же мы, не тратя время, заминировали ворота с частью стены и вышкой, и разбежались по уже условленным маршрутам, благо внутреннее расположение мы знали ещё от Славы, за одно и проверим его слова на практике. Нашими первоочередными целями были казармы, штаб, дороги от них к гаражам и несколько участков стен. Мины на воротах и вышке были с таймером — их взрыв в теории должен был замаскировать нашу основную цель, заключающуюся в уничтожении живой силы противника уже во время атаки. По крайней мере карта моего пути была верно и с точностью нарисована Славой, и вскоре я уже был у штаба — пришлось, конечно, поплутать, полагаясь на ощущение опасности, чтобы не попасться никому на глаза, что с каждой минутой становилось всё труднее ввиду сигнала тревоги, но без этого нас бы вряд ли легко впустили. Во время этих перебежек, перед глазами пронеслось системное уведомление: Навык «ментальная сила» улучшен до навыка «отвод глаз». Теперь вы можете скрывать своё присутствие от окружающих. Практикуйтесь и развивайте свой навык. Круто! Видимо моя «ментальная сила» развилась по другому сценарию, нежели у аналитика. Только вот вопрос — закрыт ли для меня теперь навык «внушение»? Минируя штаб, и прикрывая их сверху дёрном, я услышал выстрелы сначала с одной стороны, потом с другой. Оставалось надеяться, что они успели установить мины и отойти прежде, чем их обнаружили.
Солдат, что здесь забыл? Сигнал тревоги не слышишь? И почему вся форма в говне? — окликнул меня кто-то, когда я уже уходил.
Здравия желаю, полковник Ковачков, это кровь, а не говно… — ответил я, увидев его имя.
Наряд вне очереди! Я спрашиваю какого хрена?!
Мы только что сбежали из плена и я хотел передать важную информацию.
Слушаю.
У них есть ещё три БТР, а также гранатомёты, миномёты и снайперские винтовки…
Что-то существенное можешь сообщить?
Так точно! У них много бесшумного оружия. — ответил я, доставая свой пистолет с глушителем.
Убрать оружие, рядовой! — перебил он меня. — Это ж ты… — не понятно почему для меня, вдруг воскликнул он, доставая пистолет.