Э клана Мишельер (СИ)
***
Незадолго до возвращения в столицу, Трис предложил еще раз поохотиться, но уйти на этот раз выше в горы и забраться глубже в лесную чащу. Идея Габи понравилась, и, оседлав лошадей, они спозаранку отправились в путь. Ехали долго и спешились только тогда, когда Трис наконец «услышал» оленя. Вернее, он его почувствовал, воспользовавшись одним из своих поисковых заклинаний, которые бросал время от времени вперед и в стороны. Неожиданно это показалось Габи нечестным или, лучше сказать, не спортивным. Зачем вообще выходить на охоту, если оленя, как и любое другое животное, можно приманить и убить одним лишь колдовством.
— Все, все! — улыбнулся Трис, выслушав ее критику. — С этого момента без магии!
— И правильно! — она спешилась и передала поводья сопровождавшему их егерю. — Это будет по-спортивному.
В тот день они выслеживали в лесу матерого оленя и договорились охотиться с одними лишь арбалетами. Охота без ружей и магии показалась им обоим хорошей идеей, но что-то пошло не так, и в какой-то момент Габи овладел настоящий кровавый азарт. Она пробиралась лесом несколько в стороне от Триса, которого сейчас не слышала и не видела за деревьями. Он скользил бесплотной тенью где-то там, метрах в двухстах от нее, и ей оставалось лишь пытаться, подражая ему, двигаться скрытно и быстро. То есть, идти тихо, но при этом не отставать. Ступать осторожно, выбирая место, куда поставить ногу, обходить кустарники и не задевать древесных ветвей. Направление она знала неточно, — только со слов Триса, — и поэтому все время пыталась услышать зверя, заметить его следы или учуять. Мысль, что зверя в лесу можно выследить по запаху, появилась у нее как-то сама по себе, но Габи была настолько занята поисками оленя, что анализировать свои мысли и чувства попросту не могла. Однако, несколько позже она все-таки догадалась, что мысль эта являлась всего лишь проекцией той внутренней сосредоточенности, в которой она прибывала. И чутье, — чем бы оно не являлось на самом деле, — неожиданно сработало. Олень возник перед нею в отдалении, по-прежнему невидимый и неслышимый за деревьями, но открывшийся перед Габи благодаря своему особому острому запаху. Поймав направление, она ускорилась, но испуганное животное, — не ясно было только, кто или что его вспугнуло, — тоже не стояло на месте. Пришлось еще прибавить хода, чтобы не потерять в глухом лесу взятый след. Но догнать оленя при такой скорости движения было невозможно. Он уходил, и понимание этого разом вскипятило Габи кровь и заставило ее двигаться еще быстрее. А потом, — это случилось как-то сразу вдруг, — она ощутила себя хищником, догоняющим дичь, отбросила ставший ненужным ей теперь арбалет, скинула теплую куртку и сапоги и побежала босиком, налегке. Сначала ее вел запах оленя, но затем она почувствовала эманацию жизни, с вплетенными в нее нотками панического ужаса, и это оказалось куда лучше. Разом взбодрило, придало сил, толкнуло вперед. Габи легко бежала через лес, все время на самую малость, увеличивая скорость, и, в конце концов, настигла жертву. Увидела оленя, ускорилась и, наконец, поймав верную дистанцию, прыгнула, мгновенно оказавшись у зверя на спине …
— Ну, и что это было? — спросил Трис, обнаружив обессилившую Габи и убитого ею оленя.
— Похоже, я действовала не как человек, а как хищник, — нехотя призналась она. — Почуяла, догнала и сломала ему шею. Даже не знаю, как смогла, и не спрашивай, зачем. Если бы вовремя не очнулась, наверное, разорвала бы ему горло и стала пить кровь. Но боги были милостивы ко мне. До такого безумия я все-таки не опустилась, но, поверишь, в тот момент мне это казалось хорошей идеей.
Помолчала, испуганно глядя на брата, и добавила едва ли не шепотом:
— Ну, не вампир же я? Правда? Или вампир? Не оборотень… Это точно. Одежда цела. Но гон, Трис! Я же устроила настоящий волчий гон! И запах звериный чувствовала, и прыгнула прямо ему на спину… Метров с семи-восьми, я думаю… Откуда только силы взялись? Я же ему шею свернула. Ты видел, какая у него шея? А я ее раз, и все!
— Но кровь пить не стала, ведь так? — успокоил ее Трис. — И значит, никакой ты не вампир, милая. Вампир бы не удержался от соблазна, а ты к оленю даже не притронулась…
— Это утишает, — тяжело вздохнула Габи. — Но что же я такое, Трис? Кто я такая?
— Моя сестра, разве нет? — усмехнулся он в ответ. — Еще, кажется, Э клана Мишильер. Ведь я ничего не путаю? Подруга принцессы Эвы Сабинии и один из сильнейших боевых магов империи. А то, что произошло сегодня… А что, собственно, произошло? — подмигнул он Габи. — Ты догнала оленя и убила его без магии и оружия, как одна из тех валькирий древности, что сражались с врагом наравне с воинами-мужчинами.
— Но такие, как Брюнхильда[13], больше не рождаются, — возразила Габи.
— Как знать, — пожал плечами Трис. — Времена меняются, и на смену старым героям приходят новые…
[1] Автор знает, что это слово обозначает совсем не то, что имеется в виду в этом рассказе. Просто слово понравилось.
[2] Пролегомены — рассуждения, формулирующие исходное понятие и дающие предварительные сведения о предмете обучения; разъясняющее введение в изучение той или иной науки.
[3] Эмоционально-волевая сфера — это свойства человека, характеризующие содержание, качество и динамику его эмоций и чувств, в том числе способов их регуляции. Компонент эмоциональной устойчивости. Степень волевого владения человеком своими эмоциями.
[4] Рефлексия (от позднелат. reflexio «обращение назад») — это обращение внимания субъекта на самого себя и на своё сознание, в частности, на продукты собственной активности, а также какое-либо их переосмысление. В частности, — в традиционном смысле, — на содержание и функции собственного сознания, в состав которых входят личностные структуры (ценности, интересы, мотивы), мышление, механизмы восприятия, принятия решений, эмоционального реагирования, поведенческие шаблоны и т. д.
[5] Ингибиция — подавление, замедление или прекращение каких-либо реакций, процессов, активности и т. п.
[6] Modus operandi (Модус операнди) — латинская фраза, которая обычно переводится как «образ действия» и обозначает привычный для человека способ выполнения определенной задачи.
[7] Инсайт (от англ. insight — проницательность, понимание, озарение, внезапная догадка, прозрение), или озарение, — термин из области психологии, описывающий внезапное и невыводимое из прошлого опыта понимание отношений и ситуаций в целом, посредством которого достигается осмысленное решение проблемы. Также этот термин может использоваться в значении внелогическое прозрение.
[8] В реале алеманны — это союз древнегерманских племён, и их потомки живут довольно далеко от этих мест, в Швабии.
[9] Айнтопф — блюдо немецкой кухни, заменяющее собой первое и второе блюда. В этом блюде варятся в одной емкости практически все продукты, которые есть под рукой. Айнтопф представляет собой густой суп, который варится на воде или бульоне. Ингредиентами могут быть: овощи, бобовые, крупы, макаронные изделия, мясо, копчёности (например, сосиски) или другие мясные продукты (почки, гусиные окорочка и др.).
[10] То, что имеет естественный, натуральный вид.
[11]Гексаграмма — шестиконечная звезда, пентаграмма — пятиконечная звезда.
[12] Некоторые знаки Зодиака.
[13] Брюнхильда — «кольчуга+битва» — воинственная героиня германо-скандинавской мифологии и эпоса, валькирия; супруга Гунтера, короля Бургундии.
Глава 3(1)
Глава 3. Сентябрь-Октябрь 1939
1. Зандер
Как и следовало ожидать, инцидент на олимпийском стадионе никого не оставил равнодушным: ни полицию, ни жандармерию, ни секретную службу. Несмотря на жестокие цензурные запреты, о покушении писали газеты, шептались обыватели и сплетничали все, кому не лень. А высший свет охватила натуральная истерика, которая практически мгновенно переросла в неконтролируемую панику. Еще бы, ведь оказалось, что покуситься могут в буквальном смысле на кого угодно, и, значит, абсолютно никто не застрахован от преждевременной смерти. Ни правящая герцогиня, ни имперский князь, ни сама, страшно сказать, наследница престола. Люди были напуганы и дезориентированы. Император рвал и метал, требуя от секретной службы немедленных результатов. Ну, а те, в свою очередь, действовали без оглядки, словно с цепи сорвались. Трясли всех подряд, вот только все без толку, и Зандер догадывался, отчего так. Тот, кто составил этот заговор, не дурак и не верхогляд. Умный и способный сукин сын. И не один, по-видимому, поскольку, по факту это было не одно, а три разных покушения. Однако и то правда, что одно из них было основным, а другие всего лишь маскировали главную цель. Но кто из них троих, — принцесса, он или Мария, — являлись основной целью неизвестного врага, иди еще разберись. И, значит, невозможно было пока вычислить кукловода, придумавшего и осуществившего настолько дерзкий и хитроумный план. По большому счету, это был безукоризненный замысел, ведь, если бы не вмешался случай, — а он, к слову, никак заранее не просчитывался, поскольку никто не знал об истинных возможностях Э’Мишильер, — все бы у этого господина Икс получилось именно так, как задумывалось. Но вот, что именно планировалось, кем и зачем, оставалось пока совершенно непонятно.