Посольская школа. Невеста Сокола (СИ)

— Лин Сокол, — поприветствовала его одна из ведьм и распахнула двустворчатые двери. — Верховная ждёт вас.
Стана сидела в кресле под зажжённым канделябром с десятком свечей и читала письмо.    
— Тёмных ночей, — поприветствовала она, отложив бумагу. — Мне сказали, что у вас есть информация о венце. 
— У меня есть письмо от диких ведьм, — лучший убийца встал на ковёр в трёх шагах от Верховной. — Где они всячески благодарят Первую Ведану за тесное сотрудничество и напоминают, что их уговор в силе. Крупная сумма в золотых слитках и высокий пост после свержения действующей правительницы ей обеспечены.
Ведьма смотрела в одну точку и молчала. Вспоминала нестыковки, подозрения об утечке информации? Всех проверяла на причастность, но на сестру по кругу не смотрела с подозрением. Или наоборот? Сомневалась в преданности министра иностранных дел?
— За какую услугу её благодарят, в письме не упоминается? — Стана протянула руку. — Думаете речь именно о похищенном артефакте? И как давно она сотрудничает с дикими? 
— Письмо старое, — признался Сокол, вынимая из-за пазухи сложенный вчетверо лист. — Оно попало ко мне через руки помощницы Веданы за день до того, как она её уволила. Дело было чуть меньше года назад. Я знаю, о чём вы спросите. Почему я молчал так долго? Сначала действовала клятва меча, запрещающая мне причинять вред Первой Ведане. А потом я проводил собственное расследование. Предчувствуя второй вопрос, сразу отвечу. Я докладывал лину Кеннету и был отправлен к главе разведки. В тот момент письмо показалось ему фальшивкой. Уж очень просто оно попало к помощнице. Но я нашёл дикую ведьму, подтвердившую факт сотрудничества. 
— Сначала Веда поменяла всю охрану, и у нас увели книгу тёмных, — вслух начала рассуждать Верховная, забрав письмо-компромат. — Потом отпустила Пруста по личным делам, и у нас украли венец. Я за двадцать лет ни разу не слышала, чтобы она кого-то отпускала со службы. Интересный приступ доброты!
Стана откинулась на спинку кресла и пять минут молча читала. Сокол видел по движению глаз, что пару строчек прошла два, а то и три раза подряд.  
— Дикая только на словах подтвердила факт сотрудничества? Или есть ещё письма?
— Есть, — медленно кивнул лучший убийца. — Но я не смог получить их. Дикая настаивала, что будет говорить только с главой клана. Пешка в моём лице её не очень-то интересовала.  
— Кеннету вы ещё не докладывали? 
— Не успел, — Сокол приподнял подбородок, но улыбку себе не позволил. — Я виделся с дикой ведьмой полчаса назад. 
— Хорошо, — ведьма сложила письмо и погладила его сгиб. — Я 
свяжусь с Кеннетом сама. Чем я могу отблагодарить вас за информацию?
— Я проводил расследование по собственной инициативе. Заказа не было, договор мы не заключали. Поэтому вашего “спасибо” вполне достаточно, Верховная. 
Лучший убийца церемонно поклонился и ждал, когда ему позволят уйти. 
— Спасибо, лин Сокол. Останетесь во дворце до утра или вернëтесь в школу? 
— Хотел бы вернуться, но понимаю, что ещё не один раз понадоблюсь вам и главе клана с объяснениями. 
— Для вас подготовят гостевую спальню, — кивнула Стана. 
— Благодарю, Верховная.
Убийца снова поклонился и ушёл.
  
Глава 22 (3)
 
Неприятный разговор предстоял с главой клана. Первое, что будет интересовать Кеннета Делири — почему его лучший убийца пошёл напрямую к Верховной ведьме, а не попытался разобраться сначала внутри клана. Была причина. Пруст. Глава разведки точно так же, как Сокол, входил в ближний круг главы. И если он каким-то невероятным образом был связан с заговором диких ведьм против Верховной и усердно покрывал первую Ведану, то разговор с Кеннетом должен быть именно такой. С глазу на глаз. Во дворце. Как можно дальше от воинов Пруста. Увы, предательство среди самых близких друзей подозревала не только Стана.
 
Ждать допроса пришлось долго. Сокол успел устроиться в гостевой спальне, пройтись по ней с поисковым артефактом, повесить несколько защитных куполов и выслушать доклад дозорного, что Кеннет прибыл во дворец. Шаги за дверью послышались ещё через полчаса.
— Передай герцогу Аринскому, — послышался голос главы клана в коридоре, — что купол с запретом открывать порталы над дворцом висит по моему приказу. Ситуация чрезвычайная. Если он хочет поучаствовать в Совете Первых, то пусть возьмёт повозку. 
— Слушаюсь, лин Делири, — тихо ответил кто-то из воинов и дверь открылась.
Кеннет держался спокойно и уверенно, но взгляд выдавал крайнюю степень напряжения. Ещё немного и первый меч Фитоллии заскрежетал бы зубами.
— Сокол, какого демона я обо всём узнаю последним? Почему ты за волосы не приволок ту дикую в клановый дом? Что случилось?
Лучший убийца встал с кровати, вытянул спину и расправил плечи.
— Я говорил с ней в бессалийском высоком квартале. Люди Паучихи избрали себе нового лидера. Варга Косматого. Официальная коронация со всеми почестями ещё идёт. Дикие ведьмы постепенно выходят из тени. Та, с кем я говорил — любовница Варга. Сестра старшей Лианны по кругу. Той ведьмы, что по слухам и возглавляет заговор. Как я понял, Ведана им больше не нужна. Лианна разрешила слить её Клану Смерти. Слить через меня, потому что я засветился с тем письмом. А сегодня вообще сам пошёл искать ту, кому мог бы задать вопросы. Она и вышла. 
— Почему сегодня? — хмуро спросил лин Делири. 
Сокол выдержал паузу. Да, он фактически сводил счёты. Год потратил на расследование, никуда особо не торопился, но угрозы Веданы и безобразная сцена с Амелией качнули чашу весов в сторону активных действий.
— Терпение лопнуло. Ведана и раньше-то за языком не следила, а в посольской школе уж слишком разошлась. Оскорбила бессалийских воспитанников, директрису.
— Тебе досталось, — подсказал Кеннет, но лучший убийца только поморщился.
— Не в себе она. А когда контроль теряют, много глупостей делают. Захотел остановить. 
— Получилось, — кивнул глава клана. — Я арестовал её, заковал в браслеты из нейрина и посадил в темницу под дворцом. Верховная собирает Совет Первых, чтобы исключить из него Ведану и отправить свою сестру по кругу под суд. Она поверила тебе. И, что нехарактерно для ведьмы, практически без лишних вопросов. 
— Венца правды-то нет, — осторожно улыбнулся Сокол.
— Да, это затрудняет допросы, — Кеннет сел в кресло возле стола и вытянул ноги. — С твоей же подачи Верховная уверена, что именно Веда его украла. Ей больше, чем кому либо, выгодно его отсутствие. Без древнего артефакта тёмных однозначно обвинить Рыжую в предательстве и вынести смертный приговор будет сложно. 
— А Стана настроена на казнь?
— Да, — глава клана поджал губы. — И здесь начинается самое интересное. Садись, не стой столбом, у меня шея болит смотреть на тебя снизу вверх. 
Сокол повиновался, и Кеннет продолжил:
— Двадцать лет назад случилось так, что Стана потеряла способность самостоятельно пополнять магический резерв. Она до сих пор получает энергию для колдовства от своих сестёр Виры и Веданы. И если Рыжую казнить, то круг распадётся, а Верховная ведьма станет беспомощнее младенца. Вычерпает резерв двумя-тремя заклинаниями и всё. До свидания. Представляешь, насколько быстро закончится поединок за власть? Тот самый, официальный, после которого у Фитоллии появится другой правитель. Кто? Да кто угодно. Скрева, Лианна. Да хоть Бояна или Велена, если они успеют собрать круг. Понимаешь теперь, какую кашу заварил?
 
— Не скажу, что сильно расстроен, — усмехнулся убийца.
Глава клана поддержал его улыбкой. 
— Вижу. И тоже не очень-то верю, что Стана захочет терять власть ради сурового наказания для Веданы. Найдёт лазейку, чтобы оставить её в живых. Или снова заменит одну ведьму в круге на другую. Остановить сердце на несколько мгновений она вполне в состоянии. Теперь к нашим проблемам. Я пока не могу вернуть во дворец Пруста. Придумал ему тяжёлое ранение, чтобы закончить историю с Марко Ведари. Она сейчас важнее. Ведана под стражей, за дикими следят. А вот если мы упустим Франко под личиной студента, то и с направлением главного удара не угадаем. Сомневаюсь, что сильнейший маг пляшет под дудку Дартмунда. Скорее всего там личный интерес. И замыкается он на Верховной ведьме. Так что собирайся обратно в Бессалию.