Паранорм (СИ)

— Ты закончил ссать ему в уши или нет? — зашипела она на поляка.
— Вообще-то он дело говорит, — вертя подсумок в руках, без палева осадил немку Паша.
Подсумок не вязался со сталкерским поясом, а родной разгрузки в ящике не оказалось.
Смерив Пашу и Марека противоречивым взглядом, женщина подошла ко второму автоматчику. Тому самому, которого сталкер вырубил ударом локтя в затылок. Наведя на его голову пистолет, она без раздумий выстрелила.
— А ещё она ебанутая… — наклонившись к Паше, едва слышно прошептал Марек.
— Не тупи. Пересаживайте детей и поехали! — направляясь к джипу с целью забрать топор и оперативно обыскать машину и мутанта, скомандовал сталкер.
— С ними у нас нулевые шансы! — с опаской поглядывая на немку, попытался спорить поляк.
После того как Паша фактически в одиночку положил мутанта и его помощников, было понятно, что он здесь главный. В каком-то смысле…
— Марек, я сталкер с зовом. Ты понимаешь, что это значит? — забрав топор, обратился к поляку Паша.
— Не очень, но слышал, у вас какая-то своя мотивация, — пожал плечами тот.
В этот момент спор сам собой схлопнулся. Два других поляка, что наконец вылезли из грузовика, покрутили головами, сориентировались и, подбежав ко второму грузовику, принялись открывать его борт. Справившись с этим делом, они начали сноровисто высаживать из кузова детвору, которой набралось голов пятнадцать — мальчики и девочки от пяти до двенадцати лет.
Оглядев детей, Марек застонал.
— Ну что ещё? — оторвавшись от процесса конфискации у мутанта пояса для артефактов, обратился к поляку Паша.
— Это не «мясо», это «одарённые». Здесь, считай, самые ценности Профессора.
— Что за одарённые? — не понял мужчина.
Ответила немка. Грубо всучив Мареку снятый со второго трупа автомат и подсумок, она пояснила:
— Дети со способностями.
— Что с водителем? — спросил у неё Паша, имея ввиду водителя второго грузовика.
— Скорее всего мёртв. Я слышала выстрел, — ответила женщина.
— Без «скорее всего». Проверь, после чего определись с тем, что нам надо взять с собой из вашей машины. Давайте в темпе, через три минуты мы должны отсюда уехать, — понимая, что кому-то необходимо взять на себя лидерскую роль, начал командовать сталкер.
Спорить никто не стал.
Осмотрев джип и не найдя в нём ничего полезного, Паша принялся помогать в погрузке. Как человек бывалый и способный анализировать на лету, он очень быстро сообразил, что с едой и водой у них полный швах. Кузов второго грузовика был переделан под перевозку людей и ничего кроме двух рядов скамей не содержал. Кое-что съестное имелось разве что в его и Данином рюкзаках, но на такое количество народа — слону дробина.
— Марек, а что в ящиках? — подсаживая в кузов очередного ребёнка, поинтересовался у техника сталкер.
— Телекоммуникационное оборудование. В основном для дальней связи и выхода на Окову. Первое скорее всего погорело во время выброса. Надо будет выбросить по пути.
— Повремени выбрасывать, может понадобиться ещё. В кузов давай, и вы, фрау… — обратился мужчина к немке.
Увы, но водитель её грузовика оказался мёртв.
Наконец погрузились и поехали. И здесь Пашина идея провести оперативное совещание разбилась о стену суровой реальности, имя которой — дети. Детвора, что во время пересадки из одной машины в другую вела себя тише воды ниже травы, как-то разом смекнула, что опасность отступила. Это не значит, что начался малолетний беспредел, но детей резко пробило на всё понемногу. Кто-то из младшеньких расплакался, а кому-то ну вот очень-очень захотелось в туалет. Дети постарше принялись шушукаться и закидывать немку вопросами и предложениями. Тут ещё и Марек взбеленился и начал орать, что кто-то лезет ему в голову. Всё перечисленное происходило на ходу и не в самом просторном месте.
Объехав препятствие в виде расстрелянного грузовика, машина, набрав скорость, ехала по грунтовой дороге, с которой ну вот прямо сейчас необходимо было съезжать в поля. Однако, с полями всё было сложно. Например, можно было запросто уткнуться в непроходимую полосу плюсовки или же влететь в невидимую аномалию.
 
Из-за первого, второго и много чего ещё, Пашино присутствие требовалось в кабине. Однако, прежде необходимо было решить, куда они вообще едут и, главное, с какой целью. Последнее, как ни странно, весьма неоднозначный вопрос.
Наведение порядка начала немка, наорав на детей так, что за компанию присмирели не только Паша и Марек, но и грузовик, казалось, начал ехать тише. Следом за фрау к процессу воцарения дисциплины подключился сталкер. При языковом содействии немки он заявил, что, если кому-то хочется побаловаться с телепатией, то пусть лезут в его голову, ведь в ней есть много всего интересного.
Далее из ящика на ходу вытряхнули железки, после чего сталкер топором вырубил в нём подходящего размера дырку, превратив в приспособление типа «мини-сортир». Детвора оказалась не из стеснительных и в режиме очереди ящик оседлала.
Следующими в бой пошли имевшиеся в Пашином рюкзаке шоколадки и вообще всё съестное кроме батончиков нектар. Последние мужчина предусмотрительно рассовал в набедренные карманы, определив в полегчавший рюкзак чужой пояс с артефактами и конфискованные у Марека магазины для автомата.
Пошаманив с застёжками, сталкер всё же сумел присобачить один из подсумков себе на пояс. Сделав это, он потрудился изучить полученный в бою автомат.
Трофейное оружие оказалось годным. То есть без всякой тухлой херни вроде электро-детонации и безгильзового боеприпаса. Первое через раз работало на минусовке, второй быстро сдыхал на плюсовке. Правда после родного калаша автомат был, мягко говоря, ни о чем. Таким работать разве что по людям и ТЭН-мутантам. Последние, кстати, далеко не всегда имели защитный паракинетический барьер.
А вот против нежити текущее оружие — полный тухляк. Нежить эффективно валили лишь разрывные пули и почти строго по кумполу. Обычными можно пол магазина в башку всадить и далеко не факт, что мертвец успокоится.
Машина сбавила ход и остановилась. Пробравшись до слухового окна, Марек переговорил с водителем. Вернувшись к устроившемуся у заднего борта Паше, он сообщил:
— Если сейчас свернем, то сможем через поля выскочить на Лодзинскую трассу, а уже с неё можно перейти на подходящую дорогу на юг.
В разговор вмешалась немка:
— Нам противопоказано двигаться в сторону Кракова. На южных направлениях нас будут искать в первую очередь. А ещё, я почти уверена, часа два у нас есть. Раньше вменяемую погоню вряд ли организуют.
— Откуда цифры? — поинтересовался Марек.
— А ты не задумывался, как мы вообще могли сбежать? Первую колонну почти полностью раздолбали под Мальвой. Строго говоря, мы по началу просто спасались, а уже после Агата «хакнула» сопровождающих, а я уговорила водителя бежать.
— А кто раздолбал? Краковские? — вытянув шею, поинтересовался поляк.
Немка на это лишь пожала плечами. Из жеста следовало, что кроме Краковских вроде как и некому, а с другой стороны, полной уверенности у неё нет.
— Так съезжаем с грунтовки или дальше едем? — напомнил Марек.
Паша скомандовал:
— Пусть водитель определится с местом съезда, после чего проедет вперёд метров двести, где мы сбросим «самое ценное», — кивнул он на ящик-туалет. — А как сбросим, пусть задним ходом сдаст до намеченной точки и повернёт в поля.
Строго говоря, шанс запутать подобным образом хорошего эмпата был практически равен нулю, а вот выиграть немного времени, так это запросто. Грузовик, в отличие от идущего по земле человека, практически не оставлял за собой следов ауры. Случись преследователи, они будут ориентироваться в первую очередь по следам, а эмпатам поручат палить точки схода на случай, если часть пассажиров решит незаметно высадиться и двинуть пешком.
— Какова ваша цель? Точнее, куда вы хотели ехать? В Краков? — обратился Паша к немке.
От этого — простого в общем-то вопроса, излучающая уверенность и несгибаемость фрау как-то разом сдулась, опустившись на стоявший у борта ящик.