Перстень для Избранной (СИ)

— Ну все!! Хватит с меня! — грозно сказала девушка, и принялась стаскивать с пальца перстень, справедливо полагая сей драгоценный предмет виновником всего с ней приключившегося.
Предмет этот совершенно не поддавался ее усилиям, и, поднатужившись да поднапружившись, выдал на гора луч белого цвета, правда совсем слабый. И Вера оказалась теперь уже за развалинами, ближе к горам.
Похоже, девушка начала привыкать к такому виду перемещений в пространстве. Потому что это было именно перемещение, мгновенное и, надо сказать, практически безболезненное. Так, немного голова закружилась. А перстень, поганец этакий, опять погас. И что интересно, вместе с этим исчезло ощущение чужого взгляда.
Вера, оказавшись в едину секунду уже в другом месте, только вздохнула. Девушка поняла, что с перстнем бороться бесполезно.
— Да что же ты за чудо чудное? — обратилась она к изделию древних мастеров.
— Ну и куда ты меня в итоге притащил? — задалась вопросом девушка, не рассчитывая на ответ.
Какой ответ от бессловесной вещицы? Но хоть иллюзия собеседника в новом мире, и то благо.
Вере взгрустнулось. Да есть ли здесь вообще люди? Живые существа есть. Видела, познакомилась. Вспомнив о чудесных лошадях, девушка, несмотря на свое положение явной попаданки неизвестно куда, улыбнулась. Ах, какие же они чудесные!
Чудесные, умные и волшебные существа!
От раздумий её отвлекло какое-то движение впереди. Вера напряглась и замерла, вглядываясь вперед, изо всех сил напрягая зрение. Но больше никакого движения не заметила.
— Показалось, — решила девушка, но напряжение так ее и не покинуло.
— Темнеет, однако. Неужели придется ночевать прямо тут, среди чиста поля? — подумала Вера, и напряглась еще сильнее.
— Но вот это там что? Или мне кажется…, - пробормотала девушка, упорно вглядываясь вперед. Тут из-за гор величаво показалось луна, что безмерно удивило Веру.
— Как?! Еще и солнце не зашло, а уж и луна на небе? — задалась вопросом девушка. На самом деле, такие явления и на Земле не редкость, но, просто Вере не удавалось их наблюдать. Да и где, собственно? Большой город, постоянная работа. Где поля нескошенной травы, до самого горизонта, вот скажите?
Ну, неважно. В любом случае в свете заходящего солнца или только что взошедшей луны, но Вера поняла, что у нее не обман зрения.
Не так далеко, буквально метрах в ста пятидесяти, вряд ли больше, она разглядела две темные, побитые временем и ветрами, колонны.
Недолго думая, Вера направилась прямо к ним. А о чем думать, когда что делать, непонятно, а оставаться в чистом поле, да рядом с развалинами, совсем ей не хотелось.
Что интересно, и перстень ожил, давая уже совсем тоненький луч белого цвета, который явно показывал именно это направление.
Вот так, ведомая, того и гляди, готовым погаснуть, лучом, Вера и подошла к колоннам. Вблизи они показались ей древнее тех развалин, и намного. Это были когда — то довольно величественные сооружения, и сейчас производившие впечатление, несмотря на побитость временем.
— Интересно, с какой целью их поставили здесь? Ведь это явно не остатки храма какого-то или другого сооружения. Где ж тогда все остальное? — удивлялась Вера, обходя колонны кругом.
— Но колонны колоннами, а где-то нужно провести эту ночь, — сказала девушка, зябко передернув плечами. В темнеющем небе уже появились первые звезды, так загадочно мерцающие, что сложно было отвести взгляд. Сложно, и совсем не хотелось.
Ведь где-то там, среди этих звезд, и родная Земля.
И Вера, которую эти странные, поставленные в чистом поле колонны, привлекали своей таинственностью, решила тут и расположиться на ночлег. Сначала девушка попробовала привалиться спиной к одной, и вытянув ноги, закрыть глаза.
Не тут-то было.
Жестковато, что и говорить. Камень он камень и есть. Вера вздохнула, еще раз обошла колонны кругом, и тут ей в голову пришла чудесная мысль.
— О! Вот тут и лягу, как раз между ними, — с удовлетворением подумала девушка, и, войдя в промежуток между колоннами, которым был не так уж и мал, положила рюкзачок у основания одной из них.
 
На рюкзачок свою усталую головушку, и вытянула наконец ноги, не менее уставшие от непривычно долгой ходьбы. Нечего и говорить, как тут ей пригодилась аляска, на одну полу которой девушка улеглась, а другой укрылась.
Сапожки, пока не востребованные, стояли рядом с рюкзачком.
Вера лежала, и смотрела на звездное небо, которое было совсем незнакомым. Оно было совершенно другим, и девушка не узнавала знакомых созвездий. Конечно, она вовсе не была астрономом-любителем, но уж Полярную звезду, а с ней и Большую Медведицу знала.
То тревожащее чувство, ощущение чужого взгляда, так и не появилось больше, и Вера расслабилась. Да и сложно не расслабиться, когда над головой такая неимоверная красота.
И глаза девушки постепенно закрылись, и дыхание ее сделалось легким и едва заметным. Вера спала. Спала спокойным сном, в чужом мире, в совершенно непривычных для себя условиях, а спала.
Однако ближе к полуночи ее сон стал беспокойным, дыхание прерывистым и в конце концов девушка проснулась, и села. Во всем теле она ощутила непривычную вибрацию. Казалось, каждая клеточка жила своей жизнью, звучала по своему, но в результате эта вибрация, этот звук, который издавала каждая, складывался в один, ни на что не похожий, никогда ею не слышимый раньше.
Гармоничный, пронизывающий все вокруг. И ее тело, и воздух, и траву, и землю, и саму эту планету. И сам Космос, и все великое Пространство вокруг.
Девушка встала, и бессознательно развела руки в стороны, будто желая обнять весь мир, и в этот момент перстень, отдав последние силы, тихо тренькнул и выдал совсем слабый лучик белого же цвета.
Вера, уже прекрасно понимая, к чему такой лучик может привести, схватила в охапку и рюкзачок, и аляску.
И вовремя.
Потому что лучик неожиданно окреп, и ярко засветился в темноте, образовав сияющий туннель метрового диаметра, в котором Вера и исчезла.
У основания колонны остались лежать ее любимые замшевые меховые сапожки
  
Глава 3
 
— Да когда же придет конец этому безумству, а?! — закричала девушка, в мгновение ока оказавшись между двух точно таких же колонн.
Таких же, или очень похожих на недавно покинутые. Она бросила аляску на землю, но вот рюкзачок предусмотрительно сжала в руках. Сжала, да поскорее закинула за плечи. Во избежание. И быстро выскочила на свободное пространство.
Выскочила, да споткнулась, зацепившись ногой за что-то весьма объемистое. Это что-то застонало, и быстро откатилось в сторону.
— А-а-а!.. — закричала Вера, увидев, что это здоровый мужик, одетый в черт знает какой балахон и жуткую штуку, намотанную на голову.
Мужик же, стоило ему только в свете все той же луны увидеть девушку во всей ее непревзойденной мощи и красоте, с размаху сел на траву и некоторое время находился в явном неадеквате.
И в голове у него крутилась одна-единственная мысль:
— Ах, какая женщина… Какая Женщина… Мне б такую…
Наконец он встал, и, как положено вождю клана, произнес заученные и нужные в сей момент слова:
— Славься, Богиня — праматерь, ибо пришла в наш мир Дева, Избранная тобою. И да продлятся дни ее, и да продлятся дни рода нашего, и да будет род Кобэлло родом сильным, родом могучим, и да пребудет с нами твое благословение вовек!
При произнесении последних слов Ольхор, вы, конечно, его узнали, бухнулся сначала на колени, а потом и вовсе распростерся ниц перед замершей от ужаса и изумления Верой, которая прижимала рюкзачок к груди все сильнее и сильнее.
 
У нее даже руки свело от напряжения. А голова… Голова вообще шла кругом.
Девушка и вообразить не могла, чтобы перед ней ладно бы, просто бросались на колени, но вот чтобы лицом в землю?!
Честно говоря, я тоже не представляю, чтобы делала в такой ситуации.