Приграничное поселение (СИ)
Он вышел на качающийся от усилившегося ветра помост. Выше над ним, с самой верхней площадки уходил в сторону центра ещё один перекидной мостик. В центр идти плохо. Если здесь на окраинах полным-полно резвых и сильных тварей, то что будет там, куда отваживаются заглядывать только спаянные команды многоуровневых игроков?
Застывая от боли и безысходности, он попытался вглядеться в ту сторону… и башня вдруг приобрела более чёткие очертания. Опять включился расход манны. Пусть небольшой, меньше чем при лечении и атакующих ударах, но он есть. Значит, что-то у него получается и со зрением. Пусть пока плохо, пусть не так как хотелось бы, но получается. Значит магическая сила и выносливость растут.
Как же не хочется умирать. Должен быть выход, и он опять вгляделся в опасную башню. Пусть она ведёт ближе к центру… всего сто пятьдесят метров, не так ещё страшно. Зато двери нет совсем. Сама площадка почти разрушена. Там точно нет гнезда этих летающих тварей. И Краф, ещё не осознавая это в полной мере, уже сделал свой выбор.
Вернувшись на лестницу поднялся на один пролёт. Ветер сильный. Мостик раскачивается, как на волнах во время шторма, и если бы не протянутые толстые канаты по бокам, никакое балансирование не спасло бы.
Первый шаг самый страшный… и самый короткий… За спиной уже больше половины пути. Почти сто метров, пройденных над бездной, дно которой наполнено смертельно опасными тварями. Взгляд его сам упал вниз и от неожиданности парень опустился на колени.
– О боже…
Под ним большая площадь, вся заполненная маленькими живыми фигурками. Отсюда с высоты двадцатиэтажного дома они не больше половины пальца на руке. Может меньше. Но это обманчиво. Крупные экземпляры даже обычных тушканов, достигают груди Коляна. А здесь не только тушканы. Несколько уже знакомых силуэтов сукурр, жёстких и резких. Их хорошо видно даже отсюда. Но большинство тварей ему не известны…
И вдруг голову словно прошибло раскалённой иглой. Она легко вошла в мозг… сухой щелчок, как вспышка молнии... и игла сломалась. Опасное жгучее тепло расплылось внутри под черепом, и словно шершавый язык мягко и податливо двинулся от височной его части к макушке. Так в детстве, широким тёплым языком корова слизывала с ладони хлебные кусочки.
Краф зашарил глазами по площади, осторожно поворачивая голову, и наконец, увидел это. Низкое приземистое тело на двух тонких ножках, едва различимых отсюда. Зато хорошо выделяется большая голова, будто лежащая на грядке узбекская дыня. Очертания головы становятся всё чётче… и вот уже видны глаза твари. Краф знает, что тварь смотрит на его. Ещё нет понимания, что именно видит эта тварь, но интерес уже есть, и просто так она уйдёт и не отступит, как Айлу в том страшном вечернем лесу.
Не в силах больше думать ни о чём, Краф машинально стал накручивать кокон невидимости. Один… второй… ещё несколько. Внимательный взгляд не уходил, но коровьего языка в голове больше не стало, и появилось понимание, что нужно уходить.
Ветер сильный. И к вечеру сделался холоднее. Но это уже не страшно. Только не вставать. Нужно просто ползти на коленях. Ползти, как подбитая собака, обдирая обожженные коленки, но зато невидимому с земли. Не так уж она и далека, оказывается. Сколько минут потребуется этой бешенной своре, чтобы взлететь на самую верхнюю площадку несуразного каменного шпиля?
Но вот и новая башня. Добравшись до балкона, измученный парень упал на бок и с трудом перекатился по холодному каменному полу. Отлежаться хватило минуты. Страх хороший учитель. Без жалости, невидимым кнутом ужаса, хлещет и погоняет нерадивых учеников. Отдыхать долго нельзя. И Краф уже подполз к краю балкона и осторожно приподнял голову.
На улице стало темнее. Но вот он урод, эту голову-дыню сложно спутать. Словно застывший жук в куске янтаря, так и стоит без движения, продолжая разглядывать место над собой, откуда Краф только что убрался. Он его больше не должен видеть, но что-то ещё чувствует. Что? Запах человеческого пота… следы растворившихся не до конца мыслей… жаркий отклик ещё недавно стучащего там сердца? Что эта тварь чувствует? Нужно срочно уходить дальше. Слишком близко, слишком опасно здесь.
С верхней площадки путь только в центр разрушенного города. Ниже лучше не спускаться. Кто знает, на какую высоту настроены их локаторы? До какой высоты их жгучие языки только лижут мозг, не взламывая резко и оглушительно? Перебарывая страх, пытаясь унять рвущееся из груди сердце, Краф опять подошёл к краю, и ступил на следующий помост.
Мостик дрянь. Один канат оборван и перекошенный помост уныло раскачивается над пропастью. Но придётся рисковать. Здесь его найдут в два счёта. Если этому колхозному овощу приспичит проверить, что помешает им добраться сюда? Это даже хорошо, что мост в таком дрянном состоянии… главное самому доползти.
Сколько он полз, Краф уже никогда не узнает. На улице стремительно темнело. А он всё ещё полз с длинными остановками, когда ветер особенно буйствовал, и настил под ним едва не ложился набок. Хорошо, что он не широкий. Парню удавалось цепляться обеими руками за его края. Ноги тоже в помощь. Чёрт с ними волдырями, можно было бы вцепился и зубами.
Но первая половина пути пройдена. Середина моста самое страшное место. Как хорошо, что ветер чуть стих. Скорее вперёд, и только не смотреть вниз.
Он прямо на ходу опять скастовал кокон невидимости. Старый ослабел, и стоило себя чем-то занять, чтобы забыть, о том, что ждёт внизу. Опять побежали затратные статы:
Кокон невидимости – наполнение энергией в расчётную секунду
0,02… 0,03… 0,01… 0,02…
Новая башня целее предыдущей. Но не очень критично. Двери на верхней площадке опять нет, зато перекрытие сохранилось. Будет не очень холодно, можно там и заночевать. Вниз, нафиг. Ещё одну бесноватую стаю «летучих комикадзе» он не переживёт.
Но удобства для ночлега ушли на второй план. Больше чем тепло, больше чем отдых, Крафа интересовал один вопрос – куда смотрит дынеголовый? От неожиданности он вздрогнул. Дынеголовых уже двое... но смотрят по-прежнему на старое место. Рядом с ними как завороженные задрали головы ещё с десяток разномастных чудищ. Уф… можно передохнуть.
Но отдыхать пришлось только телу. Начинающий маг, которого почти не учили, сам вдруг осознал, что собственные следы нужно сжечь. И чем быстрее, тем лучше.
Осторожно метр за метром он мысленно повторил весь путь по жуткому, всё сильнее раскачивающемуся мостику. Солнечным светом, словно сведённым в плотный лучевой поток через увеличительное стекло, прошёлся он собственным недавним путём. Взбесившиеся статы рванулись с места. Манны всё меньше и меньше… Почему запас совсем не поднялся? Нужно проверить уровень. И от близкой радости у него зашлось сердце. Ещё каких-то две сотых и он маг второго уровня! С физикой немного хуже:
Сила физическая: 1,07
было –1,07
Скорость реакции, ловкость: 0,94
было –0,86
Выносливость: 0,92
было – 0,88
Освоение текущего 3-го уровня: 93/100
Физику в таком состоянии не прокачать. С ней пока можно подождать. Следы сожжены, кокон невидимости ещё работает, теперь можно в лечение. Поднять уровень. Начать с головы… нет лучше с ног. Кожа на голове плавилась и горела, как от живого огня. Чёртовы летучие крысы! Но ноги сейчас важнее, на коленях видны кости, ещё немного и он не сможет идти.
Прислонившись обожжённой спиной к холодному камню, Краф прокрутил первый лечебный каст. Главное ни о чём больше не думать, сосредоточиться на разбитых коленях. И ноги потихоньку стало отпускать. От лечебных коконов потянуло в сон. Статов всё меньше и меньше...
И вот оно! Жар из растёртых до кости колен стал совсем слабым, а в голову обволакивающим дурманом, выворачивая наизнанку пустой желудок, медленно втёк поднятый уровень.