Приграничное поселение (СИ)

Крафу показалось что голос её дрогнул от подступивших слёз. Но уже через секунду он опять стал твёрдым, как у прежней Айлу.
– Надеюсь, остальные ушли.
Она уже ухватилась здоровой рукой за перекладинку миниатюрной веревочной лестницы, но вдруг остановилась и повернула голову:
– Я не должна бы вам помогать, но ладно. У вас пропадают поселенцы, много поселенцев… – глаза её потемнели и прищурились, напомнив Крафу прежнюю Айлу, – ищите малефика. Сильного и опытного, ищите рядом с собой. Мне не хватило совсем немного, я прижала бы его. Нападение на нас спасло мерзкую тварь. Если это случайность, то я тупая деревенская псина. Будь и сам очень осторожен. Нехорошо тебя впутывать, но они всё равно могут подумать, что ты осведомлён более, чем полагается простому парню поселенцу. Никто же не знает, о чём мы с тобой говорим ночами…
Она улыбнулась, и на этом закончила. И уже не оборачиваясь, ловко задвигала сильными голыми ногами, нащупывая веревочные петли и помогая себе одной рукой. Краф не нашёл сил, чтобы отвернуться и не смотреть на раздетую девушку снизу и почувствовал, как опять вернулось желание. Чёрт возьми, он же этой ночью трахнул фурию! Настоящую рогатую ведьму. Он словно чувствовал животом её упругий сильный хвост, и не мог сдвинуться с места. Вскоре её силуэт исчез в темноте, а следом нырнула и верёвка.
– Фурия ушла? – Жабий глаз опасливо показался на информационном экране – ох и хлебнём мы с тобой парень горя. Пошли уже домой, Робин Гуд, несчастный. Что ты застыл, как обворованный?
Краф вздрогнул, приходя в себя. Опять от мрачных расщелин улиц потянуло близким страхом, и не раздумывая, с опаской оглядывая тёмные углы, он бросился прочь от опасного места.
***
 Глава 14. Хмурое утро 
– Где она? – рявкнул Старший инквизитор, и тонкие капли слюны разлетелись в стороны. Краф побледнел, но продолжал невозмутимо смотреть в бешенные глаза, едва сдержавшись, чтобы не вытереть лицо. В голове после тяжёлой ночи было пусто и самое неприятное, что в ногах тоже ощущалась слабость. Грязное небо казалось лежало на крышах домов, погода была под стать настроению.
– Кто, Такари?
– Какая ещё к дьяволу Такари? – господин Грин готов был вцепиться в горло упрямца. Крафа вытащили из общежития и пока помощники инквизитора во главе с Сандерсом, переворачивали комнату с ног на голову, парня допрашивали прямо у входа.
– Моя компаньонша, совладелица частного предприятия… японка…
– Ты что идиот?! Я спрашиваю, где фурия?
– Какая фурия? Здесь никогда не жила фурия…
– Ладно, не хочешь по-хорошему… – Грин отскочил на полшага и сжал руку в кулак. Неизвестно, как далеко он готов был зайти против свободного поселенца, обвинение которого строилось лишь на слухах и предположениях. Но комендант гарнизона Ласл Папп уж встал между ними.
– Господин Грин не стоит. Если у вас нет прямых доказательств пребывания гончей в его комнате, то я отказываюсь выполнять ваши приказы.
– Вот как?! Вы ответите тогда за срыв операции...
– Щас! Отвечу! И пять раз подряд, отвечу! – яйца у старины Паппа, как и предполагал Краф, оказались вовсе не из папье-маше. – Не думайте, что вы тут такой весь городской, а мы деревенщина. Обосрались, ваши люди. Мои сделали всё, что должны были сделать. Перекрыли дороги. Взяли штурмом их гостиницу, Гнездо ковена. Мои люди убили одну фурию, потеряв двенадцать человек убитыми и раненными. Благодаря вам потеряли! Это ваш сраный купол они пробили и помахали нам хвостами. Ушли на новое возрождение. В рапорте всё это будет отражено, не сомневайтесь.
– Ну, хорошо, – спесь с городского мага слетела очень быстро, быстрее, чем предполагалось со стороны – давайте не будем ссориться господин комендант. Про составление рапорта, что именно в нём отразить, нужно будет посидеть подумать вместе. Чтобы обойти острые углы. Ваши люди тоже прошляпили. Гончая ушла от них, а остальные фурии создали недопустимую концентрацию в специально оборудованном подвале. Мы тоже потеряли одного человека.
 
Он дружески коснулся локтя собеседника и даже чуть-чуть поддержал его.
– Не стоит так горячиться. Доказать, что одна из фурий была здесь, я действительно не могу. Но готов съесть собственный сапог, что её уже нет в городе. Возможно благодаря этому парню. Возможно нет. Но оставим всё, как есть. Сигнальте отбой поисковикам, не снимайте только усиленные караулы на воротах и на стенах.
– Согласен с вами, господин Старший инквизитор – в голосе Паппа одновременно звучало и почтение, и насмешливость, и чего было больше Краф определить не смог. Не ожидая такой поддержки, он не расслаблялся и продолжал готовиться к худшему. И предчувствия его не подвели.
– Команды сейчас будут отданы, а парня я забираю. Допрошу более обстоятельно. Может он действительно знает что-то. Всё-таки с этой гончей он был знаком…
– Жаль вы об этом не рассказали вчерашним вечером, господин Папп – в голосе столичного мага кипела досада, но идти на обострение он уже не рисковал.
Комендант пожал плечами.
– Если бы знать точно. А так, снимать людей с реального поиска на пустышку… тоже не вариант. Всё, мы уходим. Если что я в комендатуре.
Инквизитор уже отвернувшись, лишь мотнул головой в знак того, что услышал. И Краф зашагал следом, стиснув зубы, и с трудом поспевая за комендантом.
Времени, чтобы выработать линию поведения, по дороге к комендатуре было достаточно. Если бы в голове ещё так не шумело. Возможно самое страшное только начинается, интуиция подсказывала, что неадекватность столичных гостей, покоящаяся на пустых догадках, опасна только в момент первого нервного срыва.
Но поглядывая на кряжистую неторопливую походку коменданта, Краф почему-то всё меньше и меньше опасался предстоящего допроса. Какая же молодец Айлу. Несмотря на тяжёлую рану смогла зачистить все следы, чтобы не подставить его. И у парня сжалось сердце, как она одна на лесной дороге? Он был уверен, что ушла она в сторону капища. Огромная гранитная плита не иначе, как алтарь. Возможно она уже покинула эти земли…
В комендатуре и на пути к ней сновали стражники, охранники, поисковики. Все те, кто вчерашним днём был задействован в войне с фуриями. Не было только армейских легионеров. Самые серьёзные потери были у них. Краф уже слышал о пяти убитых…
– Меня на полчаса нет ни для кого. Всех приму позже, в порядке субординации и живой очереди – крикнул на ходу комендант, поднявшемуся со стула Дежурному. И отмахнувшись, от бросившихся к нему посетителей, открыл дверь кабинета и грубо толкнул парня в спину.
– Присаживайся, – Папп небрежно кивнул на свободное кресло Патрокла – молод ты, конечно, рядом со мной сидеть. Ну, раз уж так получилось…
– Как получилось? – несмело переспросил Краф, – но в кресло всё же опустился.
– Как? – взгляд коменданта из расслабленного неожиданно стал жёстким – Ты ведь знаешь, что Айлу ушла? Ушла без перерождения, на своих двоих. С записанными логами.
Не дожидаясь ответа, растерявшегося от такой резкой перемены парня, махнул рукой.
– Можешь не отвечать. Знаю, что знаешь. Хотя тебя в городе и не было… Только это тебя и спасло. Да ещё мы сразу не поняли, кто именно ушёл. Были уверены, что ушла самая младшая ученица гончих. Ну, ладно, забудем, – он несколько раз прокашлялся будто собираясь с мыслями перед тяжёлым разговором и Краф застыл в кресле, уже не представляя, чего ожидать, – я собственно, о чём хотел поговорить…
Папп долго смотрел в окно, где перемещались сдающие тяжёлое оружие стражники.
– Так вот. Я не хотел этого. Мы отлично уживались с Молодой Матерью. Айлу, конечно, чуть безбашенная, но привыкли и к ней. Я не знаю, откуда растут ноги у этого чёртового приказа, ясно лишь одно – теперь он смотрел прямо в глаза Крафа – пришёл он с Большой земли. ты мне веришь?
– От моей веры разве что-то зависит… – парень был смущён, и теперь не знал куда девать вторую руку. Одной он нервно теребил ремешок своей знаменитой сумки. Это не ускользнуло от внимания коменданта.