Мемуар. Часть II (СИ)

Сейчас он был в другом месте, но я позаботился, об его сохранности. Пока мамин цветной телевизор был на месте, установил там быстрее железную дверь. На Бардина — тоже железную, но более вдумчиво. Заменил ею простую, сделанную чуть ли не из двух картонок. Ведь мы теперь жили в этой квартире, она не стояла пустой, как тогда… Привлекали к себе внимание, имели автомобиль, таскали видеодвойку, разные вещи туда-сюда…
Потом пожалел, что второпях установил маме дверь дополнительно, а не вместо деревянной. Мне никогда не нравился такой способ их открывания: сначала наружу, потом внутрь квартиры. Потом — закрывание их, в том же порядке. Изучил вопрос, нашел мужичков, которые имели не криминальный вид, сидели в скромном подвале и делали качественные, крепкие двери. Облицовывали их деревом, утепляли и вставляли принесенный заказчиком замок. Не брали в руки ключей, пока не установят дверь на место и хозяин не проверит её. Это вселяло к ним доверие. Хотя я понимал, что они, наверное, смогут вскрыть — любую дверь. В присутствии хозяина или без него.
Заменил мамины двери на такую, "надежную"… Потом заменил и нашу, на Бардина. Теще достался уже выстраданный, идеальный вариант двери! Короче, было, чем заняться во время отдыха от ничегонеделания на стоянке.
* * *
Гром грянул в середине февраля. Ефрем Павлович решил оптимизировать расходы. Просто сказал, что они обнуляются, не будет больше ни рекламы по телевизору, ни аренды стоянки. Тема с автомобилями будет закрываться. Еще один вагон мы получим, а дальше — всё. Я было подумал, что он недоволен нашими продажами. Мы действительно, стали продавать меньше, спрос упал. С каждой поставки оставалось один-два автомобиля. Но так резко обрубать прибыльную тему…
Оказалось, всё намного проще. АЗЛК расторгал наш договор, ему не нужно было такое количество электродвигателей, которые изготавливались из нашего металла в Калуге. Вот так, легко и непринужденно я мог оказаться снова без работы. Только отладив всю цепочку и начав наслаждаться синекурой.
Я повспоминал свою прошлую жизнь. Тогда я, хоть и работал в "Тайме", сидел вместе с ТОО "Елена" в комнате на Крылова. Видел, как продаются автомобили, но не имел к ним отношения. Высказал тогда свои мысли по организации стоянки в городе, про рекламу на телевидении… Но ко мне прислушались только в конце зимы. Социолог выдал мои идеи за свои, реализовал их, как смог. Они привозили по несколько автомобилей со стоянки за городом в наш двор, на Крылова. С помощью короткого ролика где-то рекламировались. Продавали понемногу автомобили. После рекламы на телевидении произошёл всплеск продаж. Они распродали, наконец, старые автомобили. Последняя, третья по счету, поставка была у них тоже в феврале. Автомобили из неё — продавали до самого лета.
Сейчас мы продали уже в два раза больше, чем тогда, за всё время. Прежде чем автомобили кончились. И произошло это раньше, тема для меня закрывается прямо сейчас, а не летом. Чем же я тогда занимался?
Это было для меня, как в тумане. Для меня все эти полгода были, как в тумане. Если предыдущий, 1993 год я считал одним из самых удачных, в своей жизни, то 1994 стал — худшим. Наверное, это свойство психики человека: забывать плохое.
Началось всё с того, что мы праздновали его начало — дома у Ильи. Света, моя девушка, ставшая впоследствии моей женой, не пришла на этот праздник. Мы тогда только познакомились и она праздновала Новый год со своей одноклассницей, соседкой по лестничной клетке. Как я её не уговаривал, не пошла со мной в незнакомую компанию и сама меня не пригласила. Я с расстройства напился и уснул, даже не дождавшись 12 часов ночи. Был в беспамятстве, когда били куранты. А как известно, как встретишь Новый Год, так его и проведешь…
Дела на работе шли неважно, а тут Илья подвернулся под руку со своим предложением. Добыть где-нибудь денег, для закупа товара и реализовывать его на оптовом рынке. До этого он торговал книжками, был агентом по распространению, у какой-то конторы. Народ в стране утолял свой читательский голод, оставшийся от СССР. Поэтому книги уходили влет. Все, любых жанров. Илья мотался по всей области, неплохо зарабатывал. Катя, девушка, с которой он жил, а потом и родившая ребенка, мутила шашни с Егором. Раз уж Илья всё был по-командировкам.
 
Потом голод читателей постепенно был удовлетворен, тема книжек для Ильи закрылась и он переключился на оптовый рынок, который был у него рядом с домом. Торговал там разными товарами, от водки и сигарет до жевательных резинок. Естественно, большими коробками. Оказалось, это — золотая жила. Жевачки — товар маленький, компактный. Стоят дорого, а места занимают — немного. Можно складировать чуть ли не дома, в углу и переносить самому, не прибегая к помощи других людей. Наценка, то есть прибыльность, у них такая же, как и любого другого товара. Спросом — пользуются.
По городу развелось много ларьков, они закупались на оптовом рынке всем, в том числе и жевачкой. Илья жаловался, что денег у него мало, вот бы закупиться по-взрослому и не бегать взад-вперед за товаром, а сидеть спокойно, торговать и грести деньги лопатой.
На очередной совместной пьянке мы разговорились. Разница между нашими доходами была существенной и я решил "помочь" Илье. На самом деле, конечно, я хотел сам нажиться. Ничего не делая при этом.
Сказал, что у меня стоит пустая квартира, я могу взять у себя на работе кредит, под залог квартиры. Ну и под бешеные проценты, конечно. Но раз он говорит, что дело прибыльное и гарантирует мне, что квартиру я не потеряю… "Коне-е-ечно, как я могу допустить, что бы ты квартиру потерял?" — сказал Илья и меня такие гарантии, моего друга, с которым мы уже выпили цистерну водки, полностью устроили.
Статьи об Илье в моем "сборнике воспоминаний о будущем" — не было, она оказалось бы очень короткой. У меня была другая, про "десять миллионов".
  
= 19 =
 
10 000 000
23 февраля 1994 года я взял в ТОО "Тайм" кредит в десять миллионов рублей, под 30 % процентов. В месяц. Под залог квартиры на Бардина. Это и тогда были сумасшедшие, но вполне обычные проценты. Люди наваривали с одной сделки и 200 и 300 процентов, могли провернуть таких сделок от двух в месяц. Отдал эти деньги своему другу Илье. Оказалось потом, что он был должен кому-то, за свои старые дела, за те же книжки. Ни сколько не сомневаясь, он отдал часть моих денег за свои долги. От меня он это скрыл и только оптимистично говорил: "Вот сейчас-то я развернусь!". Сам в это искренне верил.
Попросил меня подыскать контакты людей в Москве, которые занимаются продажей продуктов оптом. У меня в Москве никого не было, я свел его со своим партнером в Питере, с которым уже совершал сделку по алюминию. Он был тогда посредником, но сработал чётко. Все остались довольны. Тот познакомил Илью со своими друзьями, которые занимались продуктами. А уж они-то нахлобучили Илью — "по полной". Загрузили, за мои деньги, ему полную фуру сока в картонных литровых пакетах, сказали, что сможет расчитаться за доставку на месте, продав часть товара. Это новая "тема", ею мало кто занимается, в отличие от всяких сигарет с жевачками! Остатки фуры добили коробками с одноразовыми пластиковыми пакетами. Сказали, что они ему — на реализацию. По цене они были относительно дорогими, но на реализацию же!
Как потом оказалось, на них было написано крупно по-английски "Не для пищевых продуктов". Хрен бы с ним, что они были сделаны из какой-то несъедобной дряни. Главное — они ни кому были и даром не нужны. Я их потом развозил несколько лет по непродовольственным магазинам, для их собственных нужд. Убеждая взять хозяев автомагазинов и прочих хозяйственных товар на реализацию, за полцены. Чтобы они могли в них упаковывать запчасти покупетелям, бесплатно. Сам отдал за них в Питер свои, заработанные деньги. Не все, только часть. "Кинул", получается своего партенера и его друзей. Но мне просто не из чего было отдавать. Да и они не особо наседали, только "понты колотили". Ведь получили они эти пакеты, скорее всего, даром.