Мемуар. Часть II (СИ)
Я взял из маминого дома свои записи, но понимал, что все Ане читать нельзя. Не только из-за знаний о будущем, но и из-за разных пикантных подробностей, касающихся меня и других людей. То, что происходило до нашего знакомства, мой сексуальный опыт и прочее, путь ее не касается. Пусть принимает меня готового, такого, каким я стал в 50 лет.
Кроме того, наши отношения я хотел сделать максимально честными, открытыми и доверительными. Я хотел иметь надежный «тыл» за спиной и создать такой «тыл» для Ани. Если не рассказать ей все сразу, какое тогда может быть доверие? Она первая будет сомневаться во мне и мне не удастся её переубедить.
«Против» такого рассказа было то, что она мне не поверит. Посчитает нелепым шутником и фантазером. Будет относится соответствующе. Какой «тыл» может создать несерьезный человек? Как не странно, у меня прямо сейчас не было доказательств своей истории. Я не мог вспомнить фактов о стране и мире, в конце 1993 года и в начале 1994го. События октября 1993 года в Москве уже прошли. Да мы особо и не заметили расстрел Белого дома, тогда нам было, чем заняться, наши отношения только завязывались. Что там еще было, черт его знает… Понадеявшись на свое голое красноречие я все-таки пришел к выводу, что надо рассказать. «Плюсов» однозначно больше.
* * *
«Анечка, мне надо с тобой серьезно поговорить.» — сказал я, когда наш разговор немного стал затухать из-за отсутствия несерьезных тем. Ведь наша совместная жизнь была еще очень коротка. «Что, хочешь признаться, что у тебя другая семья и дети» — со смехом сказала она. Хорошенькое начало… Она угадала. Но я не хотел с этого начинать разговор. Кроме того, шутливый тон здесь только мешал.
— Аня, я серьезно. Мы хорошо пошутили и посмеялись сегодня. Можешь меня сейчас выслушать или вернемся к этому в другой раз? В более подходящее время?
— Я слушаю тебя, Денис. Если это будет действительно серьезно, а не твои шуточки, опять.
— Шуточки если и будут, они не касаются темы разговора.
— Тогда нам следует одеться и сесть за стол. Голой и в горизонтальном виде у меня не получится.
— Верно.
Мы оделись, заварили чай и я начал:
— Пожалуйста, просто поверь в то, что я тебе расскажу. Слепо, безо всякого недоверия и критики. Как будто попала в сказку или в фантастический роман. Позже я тебе дам доказательства, подтверждающие это. Сможешь?
— Попробую. Я всегда любила сказки и мечтала в них оказаться.
— Помнишь, при первом знакомстве, я сказал тебе, что мне внутри 50 лет? Это действительно так, без всяких аллегорий. Однажды я заснул 49 летним мужчиной, прожившим свою полноценную жизнь. Где то конце 2020 года. Проснулся 26 января этого, 1993 года, в своей постели, в маминой квартире. В своем теле, с внешностью себя, 21-летнего парня. Не было болей и болезней, но я помнил события, которые со мной происходили, с 1993 по 2020 год. Я подумал, что умер. Прожил день, считая, что всем дается такой шанс, увидеть напоследок родных и близких. Ведь что мы знаем о загробном мире? Ничего. Никто оттуда не возвращался. Готовился лечь, уснуть и оказаться где-то еще. Или вообще, нигде, в пустоте. Оказалось, задержался. Проснулся на следующий день. Вокруг происходили те же события, что и в первом 1993 году, те же люди меня окружали. Если я не делал так, чтобы те события для меня не случались. Не приходил на встречу, например. Запускалась другая цепь событий, которую я не знал. Например, если бы я сумел сделать так, что Андрей и Оля не познакомились бы, их свадьбы — не было бы. Или бы была, в другой день. Но я старался так не делать. Просто плыл по волнам своей памяти, повторял свои слова и действия, которые были в моем первом 1993 году. Но не все. Например, благодаря своему знанию будущего, я больше добился на работе, купил машину. В том 1993 году ее у меня не было. У меня даже прав не было, я получил их там гораздо позже. Так дожил до сегодняшнего дня. Встретил тебя. Так вышло, что мы поженились. Решил рассказать тебе единственной, потому что жить одному с этим знанием, как ни крути, тяжело. Ты поняла? Я понятно излагаю, что со мной произошло?
— Понятно. Но в это трудно поверить.
— Подумай. Осознай. Поверь. Я подожду. Пока этого не произойдет, рассказывать дальше нет смысла. Да и займет уйму времени. Задавай вопросы о моей жизни. Если смогу, то отвечу.
Я посидел, посмотрел на неё, потом решил не мешать. Встал, достал свою папку с записями, полистал ее. Подумал, что можно ей дать почитать. Кроме первой статьи, озаглавленной «Егор Нелидов», ничего не подходило. Попробуем начать с неё. Достал статью из скоросшивателя. Папку убрал, надо будет предупредить Аню, чтобы её не трогала. Сел снова за стол, положил бумаги рядом. Аня была готова задать первый вопрос.
— Ты говоришь, что уже прожил, с 93 года по какой-то там… Как мы с тобой жили? У нас были дети? Сколько?
— В том 1993 году мы не встретились. Я не знаю, что с тобой было. Моя жизнь пошла по-другому, не так, как сейчас.
— Ты не пошел на свадьбу к Гирсовым?
— Почему? Я был там, вел дискотеку. Просто я на тебя не обратил внимания и не подошел. Мы не встретились и не познакомились.
— Почему не подошел? Я тебе не понравилась? Или меня там не было?
— Я не помню тебя на этой свадьбе. Это не значит, что тебя там не было. Я вообще не помню момент, когда невеста бросала букет. Наверное был занят. Меня бесполезно пытать про события, которые произошли 28 лет назад, по моему времени. Я их не помню.
— Значит я просидела у стенки, потом собралась и уехала домой… Моя жизнь потекла, как и да этого… Мы не познакомились, ты не сделал мне предложения… Свадьбы тоже не было…
Она замолчала. Сидела, а потом вдруг сказала тихо:
— А что было?!! Обычная жизнь, как и до этого?!!
Я повернул её лицо к себе. Оно было в слезах. Обнял её и сказал: «Успокойся. Я здесь. Я изменил твою жизнь. Она уже не станет «обычной». Я постоянно буду тебя удивлять и оставаться интересным тебе». Она отстранилась, посмотрела на меня и торопливо начала говорить: «Ты сломал меня. Сломал мою обычную жизнь. Я поняла это, когда мы гуляли в парке и ты держал меня за руку. Я поняла вдруг, что меня так никто не держал, кроме мамы, вот так. А с тобой это вышло само собой». Я улыбнулся и произнес: «Другие не пытались тебя ломать. Пробовали один ключик, другой… У них не получалось и они отваливали. Ключ от твоего замка был утерян. Ты сама не знала, как открыть твой замок. Поэтому мне пришлось применить отмычку. Ту, что действует на любые замки этой системы.»
— Какую отмычку?
— Расскажу потом. Когда ты успокоишься. Видишь, ты на секунду поверила мне и тут же запаниковала. Но ты уже сломана. Ты изменилась. И обратно тебя не починить. Не будет больше той Ани. Ты сама-то ощущаешь это?
— Да. Я с ужасом вспоминаю ту жизнь. Напридумывала себе запретов. Не пила алкоголь, чтобы меня не споили однажды и не трахнули. Не ходила на тусовки из-за того, что не пила… Да пошли они нафиг! Пусть думают, что хотят! Не встречалась с парнями, чтобы они меня не лапали…
— Стоп-стоп-стоп. Не собираешься ли ты сейчас всё это начать? Напиваться, ходить по тусовкам и встречаться с парнями? — с напускной тревогой спросил я.
Она ткнула меня кулачком в бок. «Дурак. Я говорю о том, что напридумывала массу не нужного. В результате закрыла сама себя для других. Не знала, как обойти эти свои запреты. А отменять их почему-то боялась. Думала, что останусь старой девой, в результате.»
— А сейчас?
— С тобой запреты стали не нужными. К алкоголю я равнодушна, поэтому мало пью. Свадьбу вон, хорошо пережила, не переживала из-за большого количества народа. Меня вон, исцеловали всю, чужие для меня люди, а мне хоть бы хны. Попробовал бы меня кто-нибудь лапать! Сразу бы тебе нажаловалась… И он бы фьють… вылетел бы с нашей свадьбы, как пробка.
Она, кажется, развеселилась. Это хорошо. Я предполагал, что она первым делом задаст вопрос о себе. Но не думал, что результат будет таким болезненным. Сейчас лучше прерваться. Продолжим как-нибудь в другой раз. Но у меня не получилось это сделать.