Тени Прерии. Свои среди чужих (СИ)

А если принять во внимание что разумное население было сплошь из весьма специфической касты, то и вовсе выходило забавно. Стоило только покинуть камеру проживания, как первый встречный Солдат бросал все свои дела и заступал на пост «по охране и обороне». Так под конвоем ее доставляли до следующего Солдата, потом парочка быстро решала, что окружающая обстановка «условно безопасна» и тогда ее начинали передавать от одного Солдата к другому на манер эстафетной палочки.
Но чаще обстановка «вызывала опасения» и тогда по пути можно было собрать вполне приличный эскорт, с авангардом, арьергардом и несколькими колоннами основного строя. Солдаты задействовали в ордере Стражей, вперед высылалась разведка, фланги прикрывались боковым охранением. Забавно было себя чувствовать чем-то вроде авианосца или дредноута в составе эскадры. Вроде и самая сильная фигура, а все остальные только и делают, что защищают его от всевозможных опасностей.
Выдуманных, надо сказать, опасностей, но инстинкту это не объяснишь. Он вообще глухой – только требовать умеет, и бороться с ним – себе дороже, так что пусть, будет ребяткам хоть какое-то развлечение. Матки для того, чтобы они защищали ее, тут нет, а за отсутствием гербовой сойдет и просто трутень в слегка интересном положении.
Вот что действительно удивляло – на тренировках они ничуть не миндальничали, да и остальных то, что на «объект охраны» нападают втроем-четвером, ничуть не смущало. Видимо в тренировочном зале и на полигоне у них какая-то другая программа включалась. Впрочем, если задуматься, то та же самая. Повредить на этой стадии развития яиц они никак не могли, нижние отростки от вертикального гребня хвоста прекрасно их защищали, а вот защищаться будущая мамаша должна уметь и самостоятельно. В наработке этих полезных навыков Солдаты вполне могли помочь – чем и занялись со всем жаром подхлестываемым ароматической стимуляцией.
Но тут она уже и сама почувствовала в себе неожиданную мотивацию в полной мере, и принялась за тренировки в серьез, это была первая из обещанных многочисленных перестроек. Природа тоже оказалась на ее стороне – если раньше она могла худо-бедно отбиться от парочки Солдат (отличный результат на самом деле), то теперь с ней нельзя было справиться и впятером. И если нападающие все же начинали настаивать – количество их вполне могло и подсократиться. После тройки неудачников, отправленных в лазарет прямо с тренировки, у остальных включились мозги и попытки доказать «кто тут самый крутой» прекратились.
Вторыми изменения почувствовали неразумные. Стражи теперь старались держаться как можно дальше и одновременно плотно контролировать самые дальние подступы. Видимо инстинкт им подсказывал некую «оптимальную» схему поведения. А вот Рабочие теперь нашли себе новое развлечение – если раньше они только ели и спали, то теперь, стоило появится рядом, обязательно увязывались «за хвостом», тыкались жвалами в будущее «брюшко», норовя «слизнуть капельку» или подлезть под хвост чтобы «помочь нести»..
Хвост она пока и так прекрасно таскала вертикально, хотя он уже начал превращаться из трехлучевой звездочки в треугольник с шипом спинного гребня, последующая его трансформация в настоящее «брюшко» никакого сомнения не вызывала.
Рабочие, своей настойчивостью, почему-то вызывали раздражение, как напоминание что ли о том, что скоро без их помощи перемещаться уже не получится. К тому же если зазеваться, они могли и пребольно ущипнуть. Ну что с них возьмешь – это даже не дети.
Высший Хранитель тоже старалась по возможности на территории поста не появляться, а на осмотры и беседы «приглашать» к себе, дабы не провоцировать «статусный конфликт». Ведь химия обиталища всем говорила, что в их замкнутом мирке появился центр притяжения, а некто стоящий выше его в общей иерархии Улья вызывал дезориентацию. И если разумные вполне успешно решали этот конфликт приоритетов, то от Стражей и Рабочих можно было ждать чего угодно, вплоть до агрессии.
А еще Исследователю показалось, что высший Хранитель ведет контроль эксперимента (обострение подозрительности было первым звоночком о начавшейся глубокой перестройке организма), в котором она является объектом. На что высший Хранитель вполне резонно заметил:
 
- Деточка, вы у нас под наблюдением от зачатия ваших дедушек-бабушек, до правнучков. Что конкретно до Вас, то тут проверяю только «норму». Уж очень красивая из вас пара получилась. У тебя стати воина, - а ведь и верно, Хранитель, даром что «высший», только до подмышки и доставал, - но ты ученый, у Воина – мозги на загляденье, здоровье у обоих хоть куда. Так что ситуация просто эталонная, можно было тебя совсем в количестве яичек не ограничивать, но – так положено. Вот и посмотрим, что выйдет, если детишкам будет куда расти.
Хвост и рос – яйца растягивали его снизу, так что уже торчали за границы боковых ребер, таскать это бревно по воздуху становилось проблематично, скоро придется уже волочить…
Тренировки в реале, разумеется, проводить уже давно перестали. Растущая внутри кладка начала периодически требовать чего-нибудь «эдакого» - то полизать цинковую пластинку, то каких-то особых деликатесов, про которые уже десятки циклов и не вспоминалось. Причем – вот прям сейчас и до потери самообладания. Такие выбрыки тревожили, но высший Хранитель успокоил – вполне обычная ситуация». Что на самом деле действительно не было простой попыткой успокоить, потому как на его корабле все, чего душе хотелось, имелось в нужном количестве. Значит, действительно знали и готовились заранее.
Спасала от внутреннего напряжения непрекращающаяся «виртуальная битва». Хранитель, как ни странно, не только не запретил выходить в Сеть, но и поддержал. Сказал – «Чем меньше меняется ритм жизни, тем лучше. Это не болезнь, а естественное состояние, а вот от резкого изменения привычной активности может и здоровый заболеть. Перенапрячься организм все равно не позволит, а вот продолжение любимого дела пойдет на пользу душевному равновесию». И пусть собственно исследования были свернуты, в виду неполной адекватности исследователя, но пассивное наблюдение продолжалось, а играла теперь чисто ради удовольствия.
Вот тут и приключился удивительный случай, над которым потом долго и бесполезно ломала голову.
***
Тогда в «раздевалке», после очередной проведенной игры, все снимали «амуницию» готовясь перейти «в рекреацию». С некоторых пор это стало обязательным ритуалом. Видимо, она тут была не единственным ксенопсихологом, парочку «коллег», скорее всего – студентов старших курсов, удалось вычислить легко, но, несомненно, тут работали и настоящие профессионалы.
Так вот, с некоторых пор было учтено, что далеко не все могут мгновенно переключиться из состояния «войны» в обыденную жизнь. Видимо, несколько неприятных срывов заставили ввести обязательный ритуал сначала «разоружения», а потом «братания» на котором бывшие противники сбрасывали напряжение, вспоминали прошедшие бои и привыкали к тому, что «кругом свои», хоть совсем недавно смотрели на этих «своих» через прицел.
Ей, ввиду некоторых психофизиологических особенностей, а именно – переключению между псевдоличностями с Защитника на Исследователя, такое не было необходимо, но на эти «посиделки» ходила, разумеется, всегда - материала они давали чуть не больше, чем собственно бои.
Так вот, в раздевалке к ней подошел лидер команды противника. Всегда было интересно наблюдать, как работает в поле эта «яркая индивидуальность», а она была действительно яркой, ведь биоформу себе он избрал ни на что не похожую. Это было нечто рогатое, с перепончатыми крыльями, совершенно неспособными поднять покрытое короткой шерстью тело, да еще с хвостом снабженным отравленным когтем на конце. Словом – набор нелепостей с точки зрения боевой эффективности.
А сейчас это недоразумение нервно переминалось в проеме и автоматически почесывало три красных пятна треугольником расположившихся на лбу. Это явление было, к слову, весьма интересным побочным эффектом. Дело в том, что у большинства разумных не было ничего схожего с Арбитром, то есть сущностью (ну или просто «подпрограммой» у тех, у кого он не персонифицировался), отвечающей за согласованность действий псевдоличностей. Поэтому собственным «подсознанием» они не владели в достаточной мере и пребывание в «вирте» всегда влекло за собой риск «заблудиться», престать отличать воображение от реальности. К тому же, большая часть играющих еще и испытывала вполне реальную боль от воображаемых ранений.