Тени Прерии. Свои среди чужих (СИ)

Собственно по этому, в запросе стояло «разумный» - с менее развитой особью можно было успеть «притереться», а потом или оставить всю рутину на нее или найти общие точки интересов и работать единой командой – благо фора в развитии у Исследователя была значительной. Конечно, вести беседы можно было бы лишь на ограниченное число тем, но и то хлеб. Однако в ответном послании было «трутень» - то есть «равный».
Прислать же на пост мужскую особь… да еще именно «трутня», грозило немалыми неприятностями уже самой Матери и безопасности Улья. Исследователь довольно высоко взлетел в последнее время, как в собственных глазах, так и в плане уважения открыто и конкретно проявляемого научным (и не только) сообществом. Что весьма недвусмысленно давило на физиологию, требуя закрепить столь успешный генотип в потомстве. Что при отсутствии связи с химической регуляцией численности Улья могло дать спонтанный переход на следующую ступеньку и, хоть и с малой, но все же не нулевой вероятностью, взрывной процесс по типу «Роение».
Развиваться новому Улью тут, на астероиде, было некуда – слишком ограниченны ресурсы, а наличие двух «Цариц» на одной территории грозило немалой дезорганизацией повседневной жизни, и вообще ничем хорошим закончиться не могло.
Так что, как казалось, корректного решения задачка не имела, но это с точки зрения ученого. А вот теперь, прямо перед глазами, было доказательство собственной ограниченности – и ведь Мать единственное (хотя теперь в этом уже нельзя было быть совершенно уверенным) верное решение головоломки нашла, не сильно видать и напрягаясь.
Ну вот, наконец прибывший развернулся во всю длину и теперь нежится под струей горячего воздуха из обогревателя, притащенного Рабочими по ее команде – надо его как следует согреть, ведь малая подвижность у него не только от неудобного перелета, но и от возраста.
Да, ей попросту прислали «древнего дедушку», судя по затянутым пленкой глазам, и количеству сегментов на усиках – он еще нынешнюю Царицу мог на спине катать, вместе с собственными внуками, если не правнуками.
Впрочем, даже не это самое главное – все, и рост и стать, говорило что пред ней Воин, причем совсем не последний, раз умудрился дожить до того момента когда знания и умения начинают противоречить возможностям тела. Так что с аппаратурой поста он совладает, тут и думать не о чем. А вот даже в мыслях допустить, что возможность поддаться инстинктам и создать хоть малейшие неудобства Улью – он точно не сможет, не говоря уже о том, что у него, наверное, и потребностей таких уже особо и нет. Вот и чудненько – и самой не сильно хотелось, дети сильно отвлекают.
Ну и последний вопрос – субординация. А тут вообще все изумительно - он явно выше ее по социальному статусу, но воины добровольно отказываются от всяческих ранговых заморочек, у них одна цель в жизни - благо остальных. Да и жизненные интересы совсем не пересекаются, просто совершенно, то есть абсолютно, а вот «помочь в развитии» он может и еще как – права Мать, тысячу раз права.
Так что оставалось только подлезть под слегка согревшуюся тушку – «ого, какой здоровый, макушка как раз ему только до подмышки достает», чтобы придерживая за поясницу рабочими конечностями, аккуратно (вдруг рассыплется?) транспортировать дедушку в его «жилую камеру», пусть отдохнет после перелета.
Но вот что-то подсказывает, что он только в обычной ситуации выглядит таким немощным, возникни необходимость – и молодым за ним не угнаться.
***
Первые малые циклы ей казалось, что Воин – немой, точнее, что ему попросту не нужны слова, настолько он был способен угадывать даже не еще не оформившиеся мысли, а потребности, что ли. Как и ожидалось «дедушка» очень быстро освоился в пространстве поста, причем настолько успешно, что казалось, будто он присутствует в разных местах одновременно.
Разобрался с аппаратурой и тут же начал целую череду улучшений, подгреб под себя управление Рабочими (не говоря уже о Стражах) и тут же начал целую череду реорганизаций. Такое самоуправство, казалось, должно было бы раздражать, но вместо этого успокаивало - давало себя знать отсутствие пересечений интересов, Воин явно работал над улучшением поста «по своему профилю», вот пусть и продолжает, так он быстрее привыкнет к коренному изменению жизни.
 
К тому же вместе с ним пришло удивительное чувство защищенности и единства с Ульем, казалось то, что когда-то отвергло ее теперь - приняло назад, одарив удивительным чувством единства и счастья.
Одиночество и оторванность от своих - закончились.
_________________
Воин оказался настоящей находкой. Под его присмотром новая псевдоличность «росла над собой» просто гигантскими темпами. Грамотно построенный набор тренировок и то, на достижение чего раньше уходили недели, стало даваться на второй день. Впрочем, чему удивляться – если он сумел дожить до того момента, когда возможности тела перестали совпадать с потребностями служения, то скорее всего именно передачей опыта личинкам он и занимался последнее время. Так что учитель из него, похоже, не менее хороший, чем воин, раз его продержали так долго.
Вот только «язык тела» (а больше судить было не по чему – на редкость молчаливая особь попалась, ни одного сигнала не по делу) явно говорил о двух противоположных вещах. Во-первых, Воин был доволен, а скорее всего, даже все более и более счастлив успехами своей подопечной. Но точно также по мере успехов – нарастала его обеспокоенность, грозящая уже перейти в разочарование.
Пришлось рискнуть балансом нарождающейся пары и применить власть, хотя раньше этого старательно избегала. Но тут уже никуда не денешься, разобраться с тем, что творилось под панцирем Воина, надо было быстро и окончательно. В итоге попросту прижала старика в темном месте к теплой стенке (буквально) да переплела антенны, переходя на доверительный разговор.
Как оказалось, причиной расстройства ветерана было то, что такой замечательный материал как она, никогда не получит полного развития – становиться Воином ученому разумеется ни к чему. А ведь общими стараниями довольно слабенький Солдат уже превратился в Защитника, и от перехода в ранг Воина его сдерживало именно отсутствие мотивации.
Да еще свою работу по развитию новой псевдоличности старик воспринимал как простое отвлечение – дескать, хочется трутню побегать и пострелять, чтобы мозги от текущей работы отдохнули. Дело это, конечно, нужное, но отнюдь не жизненная необходимость. Правда, этот момент снялся как раз очень просто – нарядила Воина в запасной комплект и наглядно показала, в чем состоит объект ее исследований и зачем ей понадобилось его участие.
Старик повел себя неожиданно. Он совсем не рвался в бой, работал очень экономно и, похоже, тщательно изучал новый для него ТВД (* театр военных действий). Кажется, ей повезло найти родственную душу.
После «слияния» Воин воспрял духом и, судя по всему, он в ее душе тоже рассмотрел нечто такое, чего она сама не разобрала, потому как его действия вдруг обрели четкость и целеустремлённость. Так можно действовать, только зная «свой маневр», то есть место своих задач в общем направлении развития общности. Любопытство догрызало в загривке вторую по счету дырку, но понять, что же усмотрел военный в ситуации, где специалист по межличностным отношениям не смог ничего обнаружить, так и не удалось. Так осталось все это загадкой по сей день.
Тем временем Воин, закончив изучение новых способов ведения боевых действий, оружия и тактики, вышел с предложением добавить происходящему реалистичности. К удивлению Исследователя, все его предложения по изменению параметров оружия, полигонов и прочего – прошли у администрации игрового узла, что называется «на ура». Неприятный сюрприз, надо сказать – пришлось вносить большие изменения в построенную поведенческую модель, как оказалось, степень его влияния на окружающих была сильно недооценена.
Развивая удачно начатое наступление, Воин вышел с предложением уже к ней – перенести боевые действия из виртуала практически в реальную жизнь. Команда Рабочих в несколько малых циклов соорудила полигон с несколькими разнотипными «площадками», чуть по недосмотру не построив настоящий порт со всей прилегающей инфраструктурой, вместо заказанной «картонной модели». Впрочем, их можно понять, заниматься только сном и едой рано или поздно надоест даже неразумному.