Тени Прерии. Свои среди чужих (СИ)

- Приветствую оперативного дежурного системы, стажера первого флота. Готова выслушать.
На мордашке собеседника появилось выражение горького разочарования и какой-то детской обиды, опять дернувшей старую память, он прихватил верхним клыком губу, что говорило о крайней степени расстройства, но ответил безукоризненно.
- Приветствую вторую Царицу «без улья», посвященного пятого уровня клана Познаюших, главу зоопсихологической экспедиции. Говорю: в связи с прогнозом военной обстановки на ближайшие три месяца, вынужден признать неспособность обеспечить физическую безопасность вашей миссии. Приказываю – свернуть работы на поверхности, транспорт для эвакуации будет подан через два малых цикла.
Такой неожиданный удар от судьбы едва не выбил землю из-под ног. В голове пронесся вал телепатем «…- Центральной», но все происходящее воспринималось как через вату. Впрочем, мысли быстро упорядочились – собеседник даже не успел поменять выражение на физиономии с момента произнесения последнего слова.
- Я, как вторая Царица и руководитель экспедиции, сообщаю, что нахожусь на решающем этапе эксперимента, который не может быть прерван. Так же обращаю внимание на недопустимость приказного тона – выполнять приказы я обязана только в боевой или близкой к ней обстановке, и только те, которые считаю нужными. Говорю: я принимаю на себя заботу о физической безопасности миссии и снимаю эту обязанность с Вас, в обмен на мое участие в военном конфликте под вашей координацией, но в качестве самостоятельного подразделения.
Все отношение к услышанному высшего военного руководителя (на текущий момент) ясно читалось на его физиономии. Все же стоит ему поднабраться опыта для ведения таких переговоров, слишком заметно, как он не сказано «рад» тому, что у него под ногами будут болтаться дилетанты «от науки», у которых вдруг возникло желание повоевать, да еще в качестве независимого подразделения. Особенно - принимая во внимание тот факт, что при всем «дилетантизме» руководителя боевое отделение Стражей обладало возможностями весьма и весьма серьезными, даже в отрыве от всего остального Улья… А уж если добавить в картину наличие с ними матки, пусть и «второй», то ситуация вполне могла вылиться в планетарный «Армагидец», и без участия прочих посторонних.
Словом, тому, кому придется в будущем конфликте заниматься планированием и принятием решений, остается только искреннее посочувствовать. Малыш, тем временем, отключил фиксацию переговоров и задумчиво оттянул двумя пальцами нижнюю губу, колыхнув память смутным сходством и заставив Исследователя все же начать поиск воспоминаний, чтобы определить – когда же они раньше встречались. Но в памяти еще не удалось ничего толком найти, когда собеседник снова ошарашил:
- Ты пойми – все очень сложно. У местных назревает заварушка, вроде б и ерунда, но в систему прибыл «Щелкунчик». Точнее он давно прибыл – еще полгода назад вместе одной из групп, «дипломаты» к слову сказать. Но группа-то вернулась, а он тут остался, отрубил трехмесячную вахту, сменился точно таким же, а сегодня – вернулся опять… И к десантникам добавился другой рейдер – поддержка тех самых «дипломатов», и тоже с тех пор сидит тут.
От поступивших новостей Исследователь буквально «потерялся», если все остальное более-менее укладывалось пусть и в безумную, но схему, то появление в системе «щелкунчика» (от «колоть орехи») или «мизикордии», то есть ТКК (*тяжелого крейсера карантинного флота) – никаких логических объяснений не имело, и сознание в попытке их найти уже наворачивало десятый круг рассуждений.
Исследователь уже успел пожалеть, что Мать так и не оформилась в самостоятельную сущность – совет политика совсем бы не помешал. Да и собеседник решил подлить масла в огонь и, посмотрев прямо в глаза, спросил с затаённой болью:
- Мам, ты пойми – я за тебя волнуюсь. Ты ученый, а не политик – зачем тебе попадать между молотом и наковальней?
В голове спонтанно всплыла картинка – котенок ,размером в четверть от нынешнего, с знакомыми светлыми пятнышками на мордашке, изо всех сил пытается поймать ускользающий от него хвост с костяным крючком на конце….
 
 Хранитель – Исследователю: «Прекрати пугать ребенка, придурок!!!» 
После чего на пленку «кожаного яйца», традиционно называемого другими расами «барьером разделяющим сознание и подсознание», обрушился чудовищной силы удар, перемешав и без того разбегающиеся мысли – одна из личностей явно пыталась прорваться наружу и выйти на первые роли. Они там что – совсем очумели? Куда, в конце концов, Арбитр смотрит?!
 Арбитр – Центральной: «Уступить половину объема Хранителю» 
Исследователь на миг замер от такой подлянки, а потом, отключив внешние рецепторы, кинул все силы на сортировку и сохранение промежуточных результатов. При этом просто хвостом чувствуя, как истончается кожура яйца, после исчезновения которой многое из уже сделанного придется делать по новой.
Как водится, успел сделать далеко не все, но все же ему удалось спасти основное, до того момента, когда распахнулась «дыра в бездну» и мироощущение начало кардинально меняться.
- Ах, сынок, как ты вырос, мой Зяблик. Небось, уже и девочками интересуешься?
Пользуясь тем, что Исследователь был занят, решая какую свою часть отправить «во тьму», Хранитель кладки перехватил инициативу и первым же вопросом вогнал в краску «полномочного представителя цивилизации Идалту» и «временного верховного главнокомандующего в рамках планетарной системы». Исследователь только скрипнул жвалами, полюбовавшись на ставшие подушками от прилива крови уши собеседника - инфракрасное зрение отметило радикальное изменение их температуры даже сквозь слой шерсти, и ускорил работы по «разделению».
- Да, мам… есть тут две близняшки… Толька я их лишь на экране видел…
Хранитель, несмотря на специфическое мировосприятие, дураком отнюдь не был, и логический вывод успел сделать даже быстрее «половинки» Исследователя, который еще не успел слиться с ним в единую Центральную личность.
- Это экипаж ТКК что ли? - и, дождавшись смущенного кивка, про себя горестно вздохнул.
- Ох, сынок – не ищешь ты легких путей. Ну да дай бог тебе удачи!
Зная характер малыша, про свою готовность помочь советом и не только, Хранитель счел за лучшее не упоминать – эта личинка и в более нежном возрасте отличалась изрядной тягой к самостоятельности. Все помнится, норовил делать только по-своему.
Перед внутренним взором возникла картинка пушистого котенка, свободно поместившегося в кисти правой лапы в обнимку с громадной для него бутылочкой с молоком. По телу от такого воспоминания прокатилась приятная волна, оставив после себя тихую радость.
- Сынок, а тебе за то, что ты мне перед этим рассказал, не нагорит?
Этот вопрос Хранителя озаботил настолько, что он подключил к анализу последствий возможности Исследователя. Мордочка личинки посерьезнела, вызвав еще одну волну умиления – желание малышей казаться старше и серьезнее всегда радуют родителей.
- Я, как лицо принимающее решение, считаю, что отсутствие необходимой информации может повлечь ошибки и недопонимание между расами. Я сказал.
- Ты действительно вырос, сынок, стал большим человеком, Личинка…
- Я взрослый! Ну, почти - только экзамены до-сдам… - озорная детская улыбка, испортила всю серьезность утверждения.
- Пусть будет, как ты сказал, о мой Древний Старичок. - Титулование не было незаслуженным, но о том, что Зяблику на самом деле больше пятисот лет - в этой вселенной знали немногие.
- Только, мам, давай, не уводи разговор в сторону – что ты там такое накопала, что намерена драться за это со всей остальной вселенной?
М-да, а малыш действительно вырос, но возможностей к манипуляции старшими совсем не утратил. Хранитель с Исследователем дружно почесали в затылке (оставленное без присмотра тело повторило этот жест, вызвав выпученные от удивления глаза у собеседника), да и сбросили в канал связи все результаты работ последнего месяца – раз пошла такая пьянка, пусть хоть они не пропадут. После чего Хранитель понятным языком и вкратце рассказал о предварительных выводах, отметив по настоянию Исследователя, что большинство выводов строгого доказательства пока еще не имеют. Резюме завершилось сакраментальным: