Биометаллический одуванчик (СИ)

Крик ужаса застрял в груди парня. Он только крепче прижал к груди младшую сестру, наблюдая за тем, как разгорается багровое зарево в глотке дракона. Вот-вот вырвется, вот-вот испепелит, сожжет заживо...
Вот только в последний момент невидимая сила сжала челюсти ящера, и он подавился собственным пламенем. Со страшной силой вздулось черное горло, полезли из орбит узкие глаза – и дракон громоподобно чихнул, рассыпая во все стороны снопы алых искр.
– КТО?! – взревел он, вернув себе контроль над челюстями. Взмахнул крыльями, пытаясь взлететь – рухнул обратно, вбитый в землю невидимым кулаком. А потом его потащило к околице деревни, оставляя на земле глубокие канавы, прочерченные длинными изогнутыми когтями.
Ленир, позабыв об осторожности, вылез из подпола, во все глаза рассматривая беспомощного зверя. Дракона скрутило, прижав лапы и крылья к туловищу, и он всеми силами сопротивлялся силе, намеревающейся затянуть его длинную гибкую шею в узел. Для этого не хватило ее длины, но стоило дракону расслабиться на мгновение, как его горло перетянуло собственным хвостом.
– Раддар Даррад, – прозвучал тихий голос. Но странное дело: говорившего Ленир увидел в сотнях шагов от себя, а слова его были слышны так отчетливо, словно он стоял рядом.
Это был чародей. Его земляк, покинувший родную деревню двадцать лет назад. И вот он вернулся, когда пришла самая большая нужда.
Парень не помнил его лично, так как родился только семнадцать зим назад. Но истории о нём знал наизусть, и сам с охотой пересказывал их ребятне, втайне мечтая стать таким же великим и могучим.
Раддар прошел мимо Ленира и молча кивнул, ограничившись подобным приветствием. Его взгляд был прикован к дракону, в агонии скребущему когтистыми лапами по земле. В глазах ящера царили ужас и отчаяние, и ненависть абсолютной беспомощности.
– Ты... не... мо... Не можешь! – ящер внезапно нашел в себе силы вырваться из чародейской хватки, и бросился на Раддара, волоча по земле сломанные крылья.
Лопата, оставленная кем-то у плетеного забора, сама прыгнула в руки чародея, и он с размаху приложился ею о драконью морду. Громко хрустнуло, и ящер, такой огромный – шагов сорок в длину – свалился Раддару под ноги со сломанной шеей.
Чародей пожал плечами, воткнул лопату в землю – и отправился восвояси.
Ленир, подумав, последовал за ним как был – в ночной рубашке и подштаниках. И босой.
– Вы не останетесь на ночь? – спросил он почтительно, когда догнал чародея.
Раддар обернулся – и Ленир с удивлением обнаружил, что тот едва ли состарился за двадцать лет. Как был молодым парнем, когда уходил, так и остался им. Длинные золотистые волосы, синие глаза – и ни единой морщинки. Одежда простая, только сапоги добротные, и плащ с медными пуговицами. Через плечо была переброшена дорожная сумка.
Посоха, который по рассказам Ленира был вырезан из белого дуба, не наблюдалось.
Не было у Раддара посоха.
– Нет, – коротко ответил чародей, не оборачиваясь и не замедляя шага.
– Но мы должны вас отблагодарить за спасение. Накормить, дать отдохнуть... Денег, какие есть, соберем.
– Это ты так решил, или деревенский староста расщедрится? – усмехнулся Раддар. – Нет у вас ничего, самим не хватает. Возвращайся домой, парень, скоро дождь пойдет. Промокнешь, простудишься.
– Как дождь? – не поверил Ленир.
– А так.
Парень бросил взгляд на небо – и взаправду увидел сгущающиеся тучи.
– Это вы?..
– Нет, – ответил чародей. – Просто так совпало.
Ленир не поверил ему ни на миг.
В иссохшуюся пыль упали первые крупные капли.
– Меня Лениром зовут... Возьмите меня в ученики!
– Домой иди, дурак, – ответил Раддар, ни секунды не колебавшись.
– Но я...
Но чародей сделал еще один шаг – и оказался далеко-далеко впереди, на самой грани видимости. Ленир плюнул с досады – и бегом бросился следом.
***
– А я тут дров собрал, – жизнерадостно сообщил парень. Закат застиг их в лесу на старой дороге, и пока чародей сидел у подножья пахучей липы, Ленир по-хозяйски позаботился о привале. По пути он нарвал ягод, диких яблок и разорил пару птичьих гнезд, чтобы накормит себя и чародея. Корзину для всего этого добра сплел на ходу из ивовой лозы. Проблемой оставалась только вода – набрать ее было не во что. Но парень чуял родник неподалеку, так что нужно было набраться мужества отправиться на его поиски – для этого пришлось бы выпустить чародея из своего поля зрения.
 
– Тебя дома ждут, дурак, – ответил ему Раддар. – Ты за мной уже два дня плетешься. Не больно тебе босиком по лесам шастать?
Ленир с удивлением посмотрел на чародея. Видимо, он в своих сапогах уже забыл, каково быть деревенским пацаном.
– Все камни пятками собрал. Из пальцев колючки торчат, – продолжил чародей. – А если ядовитая какая попадется? Загниет нога, и прощай, белый свет.
Ленир с удивлением для себя обнаружил, что стопы и правда жжет огнем дневного перехода. Вспыхнули болью два пореза, на которые он самого утра не обращал внимания.
– Так мне не больно совсем... – пробормотал парень, осознавая, что еще немного – и уже не сможет не то что сделать шаг – а даже просто стоять прямо.
– Не ври, – отрубил чародей. – Ночь отдохнешь, а на рассвете домой вернешься. Там работы полно, твои руки семье понадобятся.
Ленир задумался. Раддар был прав, не вовремя он решил в чародеи податься. Но так ведь когда еще? Если он чародейству обучится, семье только лучше от этого станет. А отец со всем справится и сам, как раньше. Он же сам мечтал, что сын обучится грамоте и станет уважаемым человеком. Только денег на учебу никак собрать не удавалось.
– Вы за мои ноги не переживайте, – тихо произнес парень. – Я привыкший.
– Ну-ну, – хмыкнул Раддар, и парень, чтобы доказать свои слова, немедленно занялся разведением огня. Взял кусок толстой коры, камешком выковырял в ней выемку, напихал в нее сухих волокон, вставил тонкую палочку – и начал добывать огонь как его когда-то дед научил. Правда, у Ленира так ни разу и не получилось таким способом что-то поджечь, но ведь если продолжать пытаться, то все выйдет, верно?
– Ты дурак? – спросил чародей минут через пять безучастного наблюдения за процессом.
– Наверно, – почесал в затылке парень.
– Лови, – чародей извлек из сумки коробок спичек и бросил Лениру. Парень поймал их с величайшим почтением – спички он видел всего раз в жизни, в руках солдата, проходившего лет пять назад через деревню. И на всю жизнь запомнил, как ими пользоваться, хотя только видел процесс со стороны.
Дрожащими руками раскрыв коробок, Ленир вытащил спичку – и с величайшей осторожностью провел ею по темной полосе. Запахло серой, но огня не появилось. Даже искры.
Парень провел спичкой еще раз, надавив сильнее – и снова с тем же результатом.
Третий раз.
Четвертый.
На пятый спичка сломалась.
Лицо обожгло жаром глубочайшего стыда. Даже корни волос на голове зашевелились. И он просится в ученики к чародею? Даже спичку зажечь не может!
Разозлившсь, Ленир резко провел спичкой по коробку – и пламя вспыхнуло. Сразу обожгло пальцы, но парень стойко вытерпел боль и успел поджечь комок сухой травы. А дальше уже совсем просто было.
Осторожно подняв взгляд на чародея, Ленир с облегчением увидел, что тот уже спит, надвинув на глаза капюшон и скрестив руки на груди. Значит, не засвидетельствовал момент его позора. Тем лучше.
***
Рассвет нового дня Ленир застал у прогоревшего костра и в полном одиночестве. Чародея рядом не было, и та часть пищи, которую парень оставил Раддару, лежала нетронутой. Он вскочил, дико озираясь, и едва не заплакал от досады. Проспал! Чародей ушел, пока он дрых без задних ног.
Потерянный, Ленир сделал несколько кругов вокруг их ночной стоянки – и ощутил какое-то движение неподалеку. Пошел, положившись на чутье – и обнаружил небольшое озеро, на берегу которого Раддар, обнажившись по пояс, совершал некий ритуал.