Рыцарь, дракон и некромаг (СИ)
Незнакомка положила ладони на столешницу. Секунду ничего не происходило. А потом стол пророс. Из него в разные стороны с невероятной скоростью начали расти тонкие веточки. За какие-то мгновенья на ветках завязались почки и выросли листья. Точно такие же, как на алебарде.
— Это магия природы, мэтр? — хрипло спросил у Розы маршал.
— Нет, — выдавила девушка, невольно делая шаг к столу и протягивая руку. — Милорд… это вообще не магия. Я не чувствую энергии…
— Всё так, малышка, — широко улыбнулась женщина. Зубы у неё оказались на удивление ровные и белые для жительницы глухой деревеньки. — Теперь вы поверите тому, что я скажу дальше, надеюсь.
Она встала и вышла из-за стола. Отломив пару веточек, присела на край столешницы, упёрлась в неё руками. Сказала:
— Представлюсь. Сейчас меня называют Фридой. А раньше звали другим именем — Фриэн. Умной девочке в очках оно что-то говорит, да? Хоть у тебя и круглые уши.
— Фриэн… — Роза нахмурилась, сложила руки на груди. — Богиня лесов из эльфийского пантеона. Языческая богиня. Вы хотите сказать…
— Да, это я. — Женщина улыбнулась ещё шире.
— Но вы человек! — Роза запнулась. — Ну… выглядите как человек.
— Так удобней, — пожала плечами гостья. — Я последнюю тысячу лет стараюсь не привлекать внимания. Чтоб ты знала, маленькая, форма ушей не влияет на остроту моего слуха, так что — какая мне разница?
— И… что вы тут делаете… э-э… — Маршал де Котоци тоже замялся, явно не в силах подобрать верное обращение. — Госпожа?
— Ищу помощи и предлагаю помощь. — Женщина вдруг подалась вперёд и встала прямо перед Розой. Ученице некромага пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть глаза гостьи. Они оказались ярко-зелёными. Такого оттенка волшебница не встречала даже у эльфов. — Ваши проблемы куда серьёзней, чем вы думаете, мои юные друзья. Я помогу.
— Почему? — спросила взявшая себя в руки Роза. Девушке ужасно хотелось попятиться, отвести взгляд, но она осталась на месте.
В палатке будто стало темней. Розе почудилось, что она слышит шелест густой листвы и скрип сухих веток на ветру. Фрида-Фриэн перестала улыбаться. Глядя в глаза волшебнице, она сказала:
— Не всё, что в лесу, нравится лесу. Вот почему, малышка…
«Разговор с Богом по сути своей имеет форму монолога. Я принадлежу к числу тех немногих людей, что вступали с Богом в диалог — и не раз. Правда, это был вовсе не тот Бог, которого обычно подразумевают…»
Конец.