Рыцарь, дракон и некромаг (СИ)

— А если вас узнают? — рыцарь сдвинул брови.
— На самом деле я даже хочу, чтобы кое-кто нас узнал. — Роза надеялась, что её улыбка стала загадочной. Она отвела взгляд и сложила ладони на коленях. — Может, нужных людей в лагере и нет, армия ведь разделилась. Но если есть — я намерена переговорить с ними.
— Это большой риск. — Марий поставил трутницу на пол, наклонился к Розе. Коснулся её пальцев своими. — Вас могут выдать.
— Ну, со мной же будет Жанна. — Юная волшебница поймала ладонь рыцаря, мягко сжала её. — Она просто убьёт всех, кого надо, и приведёт меня в ущелье. Не переживай.
— Отправимся этим вечером?
— Да. А пока у нас есть время — предлагаю использовать его с толком. — Роза чувствовала, что краснеет, но останавливаться было поздно. Она принялась медленно расстёгивать пуговицы куртки. — Ещё не жалеешь, что поцеловал меня?
— Ни на мгновенье, — мотнул головой рыцарь.
— Тогда… продолжим? — Девушка распахнула куртку и откинулась на кровати. Берет упал с её головы. — Советы нужны? У меня есть опыт… маленький.
Марий тихонько рассмеялся:
— Я знаю основы.
Когда-то знакомая эльфийка-маг учила Розу, что голос не менее важен, чем ласки и поцелуи. «Сладкие стоны оформляют близость двух тел, как музыка на богослужении сопровождает близость множества душ, — говорила остроухая приятельница, сидя за столиком в их общей с Розой комнате и потягивая запрещённое для студентов вино. — Но музыка не должна превращаться в какофонию. Это тоже искусство. Плачь, смейся, стони — но чувствуй момент. Хотя молчать не стоит в любом случае». Однако была одна проблема — драконий слух очень тонок. Жабка легко могла услышать их сквозь стены домика и дракошни. Потому, когда Марий задрал шёлковую блузу Розы, девушка приложила палец к губам и подмигнула ему. Юноша кивнул. Они поняли друг друга…
…Следующее утро Роза встречала в госпитале королевского лагеря. Работы для лекаря там было не много — за дни, минувшие с битвы, раненые либо умерли, либо немного окрепли, и нуждались больше в присмотре сиделки, чем в лечении. У юной волшебницы оставалось достаточно времени, чтобы смотреть и слушать. Она узнала, что вспышки в ночи стали для солдат Огюста такой же неожиданностью, как и для мятежников. Что несколько гонцов, посланных в ближайший город, до сих пор не вернулись, как не вернулся отправленный за ними вслед серый дракон. Что после неудачной битвы от командования не поступало приказов, и в войске растёт тревога, подогреваемая слухами, с каждым днём всё более дикими. Также она выяснила, что армию возглавляет генерал не из королевства, а из личного домена Огюста — при том, что вероннские солдаты составляют едва ли треть от общего числа. Между ними и дертцами постоянно вспыхивали стычки. Одно это знание уже оправдало вылазку — ученица некромага не сомневалась, что донна Виттория сумеет извлечь из него пользу. Но в кои-то веки удача решила улыбнуться бывшей студентке. После обеда Роза заметила в госпитале знакомые лица. Молодой офицер в сопровождении седеющего усатого солдата явился, чтобы проведать нескольких раненых — видимо, своих подчинённых. Улучив момент, девушка приблизилась к нему, с лёгким поклоном поздоровалась:
— Лейтенант де Лери, рада видеть вас в здравии. — Она улыбнулась пожилому солдату. — И вас, Гастон, тоже.
Офицер растерянно нахмурился, смерил её удивлённым взглядом. Зато ветеран хлопнул в ладоши и радостно воскликнул:
— Сестричка! А мы вас искали так долго…
— Это она? — оглянулся на спутника офицер.
— Да, милорд, она самая, — закивал усач. — Та, что вас оперировала.
— Сестра, простите меня за грубость. — Де Лери повернулся к Розе, прижал ладонь к груди, коротко поклонился. — Я не узнал вас. Это вам я задолжал жизнь, значит. Мои люди искали вас по всему лагерю, но вы как в воздухе растаяли.
— Из воздуха явились, пропали в никуда — будто вас и правда Творец послал, — поддержал командира Гастон. — Кстати, их милость уже не лейтенант. Капитана нашего убили, милорд его место и занял.
 
— Я и сама всё больше верю, что Единый приложил здесь руку, господа, — совершенно искренне сказала Роза. — Сегодня я пришла спасти ещё несколько жизней. И если б вас тут не было, мой план был бы обречён. Мы можем поговорить в другом месте? Не с глазу на глаз, просто где поспокойней?
Мужчины переглянулись. Бастьен де Лери опять нахмурился, но кивнул:
— Идёмте.
Госпиталь они покинули втроём, но скоро к группе примкнула Жанна. Она держалась наособицу, не особо скрываясь. Местом, которое выбрал де Лери, оказалась коновязь. Иронично, учитывая, что в прошлое посещение королевского лагеря лазутчицы обсуждали планы у коновязи же.
— Что вы хотели мне рассказать, сестра? — поинтересовался офицер, убедившись, что слышать их могут только привязанные к железным кольцам лошади обозников.
— Правду, милорд. — Роза откинула капюшон плаща, расстегнула ворот, чтобы Бастьен мог видеть охотничью куртку под ним. — С вами я хочу быть честной. Ваши солдаты говорили, что вы очень хороший человек.
— Ну, смотря на фоне кого, — хмыкнул молодой капитан.
— Вы, верно, уже догадались, что я не монашка. — В груди Розы что-то сжалось от напряжения, но её голос и лицо не дрогнули.
— Вообще-то нет, не догадался. Я думал, вы ушли из лагеря помогать крестьянам в деревнях, — признался Бастьен. — Но теперь, когда вы сами так говорите… вы шпионка мятежников. Так?
— Не совсем. — Девушка покосилась на застывшую рядом Жанну. Гвардеец спрятала ладони в широкие рукава плаща — там у неё хранились метательные ножи. — В прошлый раз я пришла не чтобы шпионить, а чтобы спасти жизнь хорошему человеку. Волею Творца, спасла двум. И помогла ещё многим. Сегодня я надеюсь предотвратить кровопролитие. Или хотя бы уменьшить его размах. Но для этого мне надо побеседовать с людьми, для которых Дерт — это народ и земли, а не корона и знамя. Вы — такой человек?
— Возможно, — после долгой паузы ответил капитан.
— Есть ли другие такие среди офицеров?
— Думаю, есть.
— Устройте мне встречу с ними. Там я обращусь к ним — и к вам. Выслушайте меня всего раз. А потом решите, что со мной делать.
Самым ошарашенным из участников разговора выглядел Гастон. Усатый ветеран переводил потерянный взгляд со своего командира на юную волшебницу и не мог вымолвить ни слова.
— Ладно, — наконец, решил де Лери. — Я и правда вам должен. Постараюсь до вечера собрать тех, кто вас хотя бы станет слушать. Но если вы их не убедите, то я не смогу вас защитить.
— Всё хорошо, милорд, — тепло улыбнулась офицеру Роза. — Я знаю, чем рискую.
Бастьен и Гастон удалились, что-то обсуждая, Жанна выждала полминуты, и тоже исчезла. Роза не сомневалась, что если капитан попытается сдать лазутчиц, то получит нож в горло прежде, чем успеет сказать хоть слово.
Справиться с волнением Розе всегда помогала работа — вот и сейчас она вернулась в госпиталь, занявшись ранеными. Сменить повязку, промыть рану, украдкой снять боль — и всё время двигаться, чтобы не мозолить глаза настоящим монашкам, сиделкам, лекарям. Гастон разыскал её на закате — уже изрядно вымотанную. Усатый солдат, взволнованный, кажется, не меньше юной лазутчицы, провёл её окраинами лагеря в большую палатку на отшибе. Изнутри слышались приглушённые голоса, около входа караулила Жанна. Ученица некромага кивнула подруге и прошла мимо.
Палатка, судя по всему, служила жилищем кому-то из офицеров. Внутри было тесно — возле маленького складного столика собралось восемь мужчин разного возраста. Двое сидели на табуретах, прочие, включая Бастьена, стояли. При виде Розы они умолкли. Ученица некромага решила сразу брать дракона за клыки.
— Добрый вечер, господа. — Девушка коснулась ладонью груди, однако кланяться не стала. Напротив, расправила плечи, выпрямила спину. — Полагаю, вы примерно знаете, по какому поводу собрались здесь. Я понимаю, что даме не принято представляться первой, но наши обстоятельства весьма необычны. Позвольте назваться. Я — Роза Гранчи, маг, ученица и помощница донны Виттории де Моракс, королевского судебного некромага. Вы знаете её как одну из лидеров мятежников.