Династия (ЛП)

Мои брови мгновенно взлетают вверх, когда Круз вальсирует обратно в комнату, ставя рядом со мной тарелку с чем-то, но комментарии Карвера полностью завладели моим вниманием. Я даже не могу оглянуться, чтобы понять, что дал мне Круз.
— Эм… что? — яспрашиваю. — Я думала, это просто какой-то бредовый слух.
Мальчики все качают головами.
— Определенно нет, — говорит Кинг со странным тоном в голосе, который я не могу расшифровать.
— Тогда что? Что, черт возьми, за Династия? — хитрые взгляды парней между собой мгновенно действуют мне на нервы, и я огрызаюсь. — Прекратите нести эту чертову чушь и скажите мне прямо. Что бы, черт возьми, Династия ни владела мной, я заслуживаю знать, что это за хрень. Так что, если вы не собираетесь мне говорить, то отойдите в сторону, и я сама во всем разберусь.
Карвер вздыхает, когда Грейсон стонет, будучи тем, кто нашел в себе силы выдать нужную мне информацию.
— Династия — это не то, о чем мы можем просто говорить. Мы все связаны секретностью, но мы можем сказать тебе, что это семейный бизнес, который восходит к поколениям. Мы не делаем что-то конкретное, мы просто… везде. Всегда молча работаем за кулисами.
Я откидываюсь на спинку стула, медленно сканируя взглядом каждого из них.
— Семейное дело, да? — говорю я с насмешкой. — Значит, не только Карвер владеет мной, но и вы все, черт возьми, владеете мной? Отлично, просто чертовски здорово.
— Это не так, — говорит Круз, протягивая руку через диван и придвигая тарелку с едой ближе к моей ноге. — Это сложнее, чем это, мы не владеем тобой, а только что оплатили счет, чтобы вытащить тебя оттуда. Ты совершенно свободна если хочешь этого.
Я смотрю на Карвера, который кивает, и почему-то мысль о том, что он согласен с тем, что я могу уйти отсюда, когда, черт возьми, захочу, пронзает меня глубоко, как нож.
— Итак, скажите мне вот что, — говорю я, наконец, взглянув на тарелку и обнаружив, что она доверху завалена спагетти болоньезе, моей любимой едой. — Эта Династия делает своим делом участие в сделках по торговле людьми в целях сексуальной эксплуатации?
Карвер качает головой.
— Нет, но, когда твое имя попало в список, рассылаемый покупателям, я, блядь, сделал это своим делом.
— Почему я? — я спрашиваю. — Ты хоть представляешь, сколько других девушек было в этом месте? Зачем спасать меня? Я бы смогла отбиться от них. Может быть, не сразу, но я бы нашла способ выжить. Вместо этого ты мог бы спасти их. Почему ты их не спас?
Виновные выражения пересекают каждое из их лиц, но Круз, наконец, говорит.
— Поверь мне, — говорит он, медленно приближаясь, и вина в его тоне звучит так, будто это его самое большое сожаление. — Мы чертовски пытались. Мы пытались с того дня, как впервые узнали об этом, но Династия не вмешивается. Есть причина, по которой никто не знает, кто или что такое Династия. У них есть определенный набор… правил, которыми они руководствуются, и они не отклоняются, никогда не отклонялись с тех пор, как были основаны более восьмидесяти лет назад. Они работают за кулисами и стараются держаться подальше от подобного дерьма, и, как я говорил тебе на днях, с Сэмом дела обстоят не совсем гладко. Все сложно.
— Нет, — говорю я, качая головой. — Этого недостаточно. Вам нужно вернуться туда и что-то с этим сделать. У вас есть деньги и навыки, чтобы это произошло. Кому какое дело до того, чего хочет Династия? Эти девушки будут проданы и изнасилованы, и о них больше никогда не услышат.
Кинг наклоняется вперед на колени.
— Прости, Уинтер, но мы, блять, пытались. Нам посчастливилось попасть туда и найти тебя, пока не стало слишком поздно. Самое большее, что мы могли бы сделать, это заполучить Сэма и попытаться найти каждую девушку, которую он когда-либо продал, но у этого дерьма никогда не было никаких бумажных следов, никогда не было ничего, что можно было бы найти. Поверь мне, детка, если бы мы могли что-то сделать, мы бы сделали это давным-давно.
— Нет, — говорю я, вскакивая на ноги и чуть не сбивая тарелку с дивана. — А как же полицейские? Позвоните им. Я дам им заявление, если это поможет. Сэму это не сойдет с рук. Вы не можете позволить ему уйти с этим.
 
— Полицейские идут по его следу уже много лет, но они не могут сдвинуться с места, пока не найдут что-то надежное, а он все время ускользает у них из рук, — объясняет Грейсон. — Он уже давно в этой игре, и у него слишком много друзей в высоких кругах.
Я падаю на диван, чувствуя себя совершенно беспомощной и отчаянно желая, чтобы я могла что-то сделать, чтобы спасти всех этих девушек. Я кладу тарелку со спагетти болоньезе себе на колени и медленно начинаю ее ковырять, зная, что, если я уничтожу ее, как умоляет мое тело, у меня будет болеть живот.
Когда я ковыряюсь в еде, чувствуя себя полной идиоткой из-за девочек, чьи жизни были украдены из-под них прошлой ночью, я чувствую, как парни смотрят на меня. Я поднимаю взгляд и вижу, что все они внимательно наблюдают за мной, но Карвер, похоже, думает больше всех.
— Что? — я огрызаюсь на него, не в силах контролировать бушующие эмоции, охватившие мое тело.
— Мы должны кое-что тебе сказать, — говорит Карвер, отводя взгляд в последнюю секунду, создавая впечатление, что эта загадочная вещь, которую они должны мне сказать, может сломить меня, но, честно говоря, после того, что я уже прошла через это, мало что может меня сломить.
Мои брови падают, и когда я оглядываюсь на всех парней и чувствую их нерешительность, меня начинают нервировать.
— Что не так? — спрашиваю я, бросая свой нетерпеливый взгляд на Карвера, желая, чтобы он просто покончил с этим и сорвал это, как лейкопластырь.
Карвер вздохнул, прежде чем высоко поднять голову и ответить мне прямо, как я и хотела.
— Твоему приемному отцу заплатил Сэм. После всей этой ерунды в его клубе Сэм все еще хотел, чтобы ты и Нокс выдали все, что у него было. Я втягиваю воздух, на мгновение прерывая Карвера, но он продолжает. — Курт знал, что тебя вот-вот похитят из твоей комнаты, он даже впустил ублюдков и, в конце концов, получил небольшую зарплату.
У меня отвисает рот, я не могу поверить в то, что слышу. Я знаю, что и Курт, и Айрин полные мудаки, но уж точно они не стали бы продавать своего приемного ребенка торговцу сексом. Хотя, если бы никто не знал, что я пропала, ничто не помешало бы им получить свой чек в конце каждого месяца.
Я качаю головой.
— Это невероятно, — бормочу я себе под нос. — Курт и Айрин — буквально два человека, которые должны прикрывать меня во время всего этого, и они ничего не сделали, кроме того, что усложнили мне жизнь.
Карвер встает и делает шаг ко мне, а я ставлю недоеденную тарелку спагетти на журнальный столик. Он садится задницей прямо на стол рядом с тарелкой и встречает мой взгляд. — Я знаю, что ты, вероятно, не захочешь это слышать, но эта свободная комната наверху полностью твоя. Ты можешь оставаться там столько, сколько захочешь.
Я киваю, чувствуя себя словно в оцепенении.
— Спасибо, я… откуда… откуда вы это знаете? — спрашиваю я, нахмурив брови. — Не может быть, чтобы Курт сразу признался в этом.
— Он этого не сделал, — говорит Карвер, и что-то темнеет в его бурном взгляде, что-то зловещее и откровенно пугающее. — Мы узнали об этом от Нокса. После того, что произошло на прошлой неделе, он более чем помог передать нам необходимую информацию.
— Но он… он сказал Сэму, где меня найти? — Карвер кивает, и что-то умирает во мне. Я вздохнула. — Я думаю, что некоторые люди никогда не учатся. Надеюсь, на этот раз ты действительно выбил из него все дерьмо.
С губ Грейсона срывается хриплый смех, и я не могу не оглянуться на него, чтобы увидеть ухмылку, растянувшуюся в уголке его рта, его глаза сверкают особенной тьмой, и что-то согревает меня внутри. Как я никогда не замечала, насколько чертовски красив Грейсон? Не поймите меня неправильно, он поразил меня в ту же секунду, как я увидела его, но когда эта тьма вспыхивает в его глазах, смешанная со смертельной, дразнящей ухмылкой, это как раз то, что нужно. Жаль, что он так меня ненавидит.