Три недели другой жизни (СИ)
Не удержавшись, Аня хмыкнула. Светлана Георгиевна с интересом посмотрела на нее. Пришлось ответить.
— Не планировал, а первой же, кого он встретил в гостинице, прямо у стойки администратора, была я.
— Солнце мое, это была судьба, — улыбнулся Матвей, с теплотой посмотрев на девушку.
Мама задумчиво проследила за его взглядом.
— Садитесь, девочки, — пригласил Матвей их за стол.
Втроем они пили чай и проговорили почти все утро. Светлана Георгиевна все же выпытала у них едва ли не все подробности их встречи, искренне переживала, когда Аня рассказала о падении с балкона и качала головой, когда дети признались ей, что думали, будто бы не нужны друг другу. Когда Матвей начал рассказывать о том, что он был сам не свой, когда приехал, у Ани зазвонил в другой комнате телефон.
Коротко извинившись, девушка поспешила ответить на звонок.
Звонили с работы, уточнить, отправила ли она важные бумаги партнерам. Аня уверила, что лично сама все увезла на почту и спецпакетом отправила все необходимые документы.
Возвращаясь на кухню, она невольно услышала разговор матери с сыном.
— Дорогой, я тебя не узнаю! Провстречавшись в общей сложности три недели, вы уже решили жить вместе. Не слишком ли это скоро?
Сначала Матвей ничего не говорил, затем стало слышно, как скрипнула стальная ножка табуретки о пол — видимо, мужчина встал, — и судя по тому, как глухо раздавался его голос — отошел к окну. Аня даже представила, как он привычно сунул руки в карманы шорт и, слегка прищурившись, смотрит в окно.
— Я не могу без нее, мам. Я не знаю, как это объяснить… Никогда не был сопливым романтиком, но простыми словами это не опишешь… — он тяжело вздохнул. — У меня будто крылья за спиной сложились, когда она исчезла. Сначала я думал, что это чисто мужское эго играет: еще бы, как это — меня бросили!.. Но потом стало так тоскливо без нее, будто солнце долго-долго не появляется, а ты ждешь… Даже дышишь не так, а сам лихорадочно разглядываешь всех прохожих и как сумасшедший подмечаешь сходство тех или иных черт с ее… Это и правда походило на сумасшествие… Только рядом с ней мне вновь интересно жить, а без нее — все впустую.
Аня стояла в коридоре, глотая навернувшиеся от чувств к этому мужчине слезы, не решаясь показаться им.
Светлана Георгиевна, слегка поцокав языком, сказала сыну:
— Просто ты на самом деле любишь ее, мой хороший! Если вы так уверены в своих чувствах, то, конечно, какая разница, когда начинать жить вместе: сразу или через год… Я рада за тебя, сынок! — в ее голосе проскользнула грусть. — Жаль, что папа не видит всего этого. Но я буду радоваться за нас обоих! — шмыгнула она носом. — Аня замечательная девочка, только, насколько я знаю, судьба к ней жестокой оказалась, она ребеночка потеряла, и жених почти сразу ее бросил…
— Откуда ты знаешь? — пораженно воскликнул Матвей, который обдумывал, когда было бы лучше донеси до мамы эту информацию, чтобы она ненароком не расстроила Аню вопросами о внуках.
— Слухами земля полнится, родной. Тем более, в нашем небольшом городке.
— Просто я сам ничего не знал, пока она мне не рассказала.
— Она тебе все рассказала? Сама? — удивленно спросила мама. — Значит, доверяет тебе. Это очень хорошо, сын.
— Мам, и еще, — немного смущенно начал Матвей. — Не спрашивай ее о детях… Аня… Она не может больше иметь детей, и это для нее все трагично…
— Бедная девочка, — ахнула Светлана Георгиевна.
Аня, затаив дыхание, ждала, когда она спросит Матвея, нужно ли ему такое "счастье"… Тем более, он один ребенок в семье, мать уже в возрасте, а мужчинам нужны наследники…
Но Светлана Георгиевна сказала совсем не то, что ожидала притихшая девушка.
— Значит, Матвей, вам обоим надо быть сильными! Эта боль никогда до конца не пройдет, но ты сможешь ее смягчить! И раз ты взял на себя ответственность за эту женщину, мой мальчик, то никогда, слышишь, никогда не сделаешь ей больно!
— Что ты, мама, — дрогнувшим голосом ответил ей Матвей. — Да я ее на руках готов носить, лишь бы она была счастлива!
— Вот так и должно быть, мой хороший! — она вновь шмыгнула носом. — Дай маме салфетку!
Матвей зашуршал бумагой в шкафу, а Аня мышкой проскользнула в ванную, чтобы прийти в себя. Поплескав в лицо холодной водой, она присела на краешек ванны.
Как так может быть, что мама Матвея отреагировала на новости о ее бесплодии так спокойно и понимающе? В то время как Елена Борисовна, мама Витали, оправдывала поступки своего сына, хотя именно его ребенка девушка потеряла.
А ведь так всегда и было, с тоской подумала Аня, это она потеряла ребенка, а не они. Он к этой потере никогда себя не причислял!
Насколько разные люди… Неужели, это все правда? Ведь Аня до дрожи боялась, что когда мама Матвея узнает, она сделает все, чтобы отговорить сына от обреченного с самого начала союза. Но она так категорично высказала то, что полностью на их стороне, что от этого у Ани опять сдавило горло…
Сделав несколько глубоких вдохов, Аня внимательно посмотрела на себя в зеркало. В принципе, что она плакала, и не заметно. Главное, не шмыгнуть случайно носом.
И вдруг Аня улыбнулась своему отражению в зеркале, неожиданно даже для себя. Может, и на ее улицу пришла весна? Но неужели она заслужила такое? Это все правда происходит с ней?..
Еще раз глубоко вздохнув и подмигнув своему отражению, она вернулась на кухню, где ее уже ждали Светлана Георгиевна и Матвей.
Распрощавшись еще через пару часов с мамой, они засобирались в Анину квартиру. Достав из шкафа строгий костюм в защитном прозрачном чехле, Матвей придирчиво осмотрел его.
— Ты готовишься к еще одной встрече с чехами? — подошла Аня сзади и обняла его, потеревшись носом о спину.
Прошлая встреча прошла вполне продуктивно для обеих сторон. Матвея очень заинтересовали предложения чехов, Костя заранее передал начальнику все, что смог нарыть об их фирме. Эти дни они пытались просчитать возможные проколы и учесть подводные камни.
— Да, малыш, планировали послезавтра встретиться, — ответил он, поворачивая вешалку со всех сторон, разглядывая костюм. — Как считаешь, нормально буду выглядеть?
— Он еще сомневается, — хмыкнула Аня, легко чмокнув его между лопаток, и отобрала у него костюм. — Отличный костюм! Мне цвет нравится!
— Ну на нем и остановимся, — кивнул Матвей.
— Я тут всю голову сломала насчет подарка крестнику, — страдальчески сморщилась Аня. — Ничего, кроме игрушек, в голову не лезет.
— Сколько ему исполнится? — задумчиво спросил мужчина.
— Семь. В этом году в школу.
— Так может, к школе и купить?
— Нет, — помотала Аня головой. — Сноха там все уже придумала. Первый раз же в школу собираются, она хочет сделать все сама.
— Ясно. А что если… — старался ухватить он мелькнувшую в голове мысль. — А что если абонемент в бассейн? Мы поставляли оборудование в новый аквапарк, и они нам предлагали абонементы взять. Там есть и детские дорожки, и инструктора. Насколько я помню по рекламе, даже детскую группу набирали для обучения.
— Интересная идея, — потерла Аня подбородок, возвращая костюм Матвею.
— Вот я с утра этим и займусь.
— У тебя же чехи!
— И ничего, подождут эти чехи! А день рождения только один раз в году. Ты уже забыла, как ребенок может ждать своего праздника и подарков?
— Да нет, еще немного помню, — смущенно улыбнулась она в ответ.
Матвей подошел к ней и легко поцеловал. Затем достал из шкафа еще кое-какие вещи, одновременно пытаясь вызвать такси. Так как они вчера гуляли, машина Матвея осталась на Аниной парковке, сама же девушка пока никак не воспользовалась предложением своего мужчины о других машинах, которые стояли без дела.
— А что мы будем тратить время? — спросил Матвей Аню. И когда она недоуменно посмотрела на него, пояснил. — Внизу стоит еще две машины, заодно и перегоним одну к тебе. Пошли выбирать, — позвал он, хватая связку ключей с полки.