Лиарха

Звука по правилам нахождения в ложе, естественно, нет, но он особо и не нужен. Мой взгляд подмечает мелкие детали, вроде зашкаливающего веселья компании, когда Вирна появляется в кадре. Девушка Чара «случайно» толкает бокал, Мэйс успевает его подхватить, но вино выплескивается на ее платье. Теперь я замечаю, что на переднике Вирны пятна.
Я стараюсь поймать ее взгляд, но она смотрит исключительно перед собой. Потому что знает, что у нее прав меньше, чем у любого гостя в клубе.
Даже после этого Мэйс на видео остается спокойной, невозмутимой, и продолжает свою работу. Ровно до того момента, когда дружок Чара перехватывает ее и буквально роняет ее себе на колени, тут же запускает руку под юбку.
От разбитого носа этого едха спасает только то, что я на работе, и он вроде как мой клиент. Пока что. Тем приятнее это исправить!
– Очевидно, не просто расслаблялись и пили вино, – говорю я и сам удивляюсь собственной вежливости в отношении этого придурка. На видео он орет и спихивает Вирну с колен, и злорадство во мне схлестывается с яростью. – Вы ознакомились с правилами клуба?
– А то, – кивает Чарнс. – Что не так с этими правилами?
– С правилами все в порядке. Вы нарушили одно из них. – Я вывожу на экран полный список правил «Бабочки». – Пункт три один. Гости не имеют права прикасаться к официанткам не при каких обстоятельствах. Это правило касается как членов клуба, так и их приглашенных спутников.
– Какого едха?! – восклицает приятель Чара. – Какая разница, кто к кому прикоснулся? Она меня обожгла! Ты что, не видишь?!
Краем глаза замечаю, как Вирна напрягается, она вся будто струна.
– Как? – интересуюсь я.
– Что – как?!
– Как она могла вас обжечь? Наши официантки обычные люди.
– Тогда что это? – Он снова намеревается поднести к моему лицу пострадавшие конечности, но я ловко ухожу в сторону.
– Пищевая аллергия? – предполагаю. – Я не доктор, поэтому советую обратиться к специалисту.
– Это случилось из-за девчонки, – уже не так уверенно повторяет парень. – Она вообще первая начала.
– Видео подтверждает, что нет. К сожалению, я вынужден аннулировать ваше членство в клубе.
– Ха! – Это уже Чарнс. – Ты защищаешь свою подстилку!
Мэйс, кажется, выпрямляется еще больше, тем приятнее сказать:
– Поздравляю. Теперь вы нарушили правило один восемь – оскорбление сотрудников клуба. Прошу, извинитесь, и охрана проводит вас к выходу.
Заодно внесет в черный список.
– Я не стану извиняться. Я вообще пожалуюсь владельцу. Сделаю так, чтобы тебя выперли отсюда! И ее заодно.
Очевидно, он собирается продолжить в том же духе, но к охраннику присоединяются еще двое, и они просят гостей пройти на выход.
Когда Чар и компания скрываются за дверью вместе с охраной, мы с Мэйс выдыхаем одновременно.
– Почему он решил, что тебя могут уволить? – интересуется она.
– Меня не могут уволить, – усмехаюсь я, – как и тебя, так?
Она ничего не отвечает, только смотрит на меня пристально-пристально, будто ждет вопросов. Но я не собираюсь ничего спрашивать, по крайней мере, делать это в клубе, где Дженна «в курсе всего, что происходит».
– Сможешь вернуться к работе прямо сейчас или тебе нужен перерыв?
– Что? – Мэйс растерянно моргает.
– После таких инцидентов сотруднику нужно время, чтобы настроиться на дальнейшую работу. Слова ниссы Карринг. – Я это сам только что придумал, Дженна ни о чем таком меня не предупреждала. Она, конечно, говорила, что могут возникнуть разные трудности, и что клиенты бываю разные, но не в первую же рабочую ночь.
– Нет, – качает головой Вирна. – Я готова вернуться к работе.
– Отлично. У тебя есть сменное платье? Переоденься и можешь обслуживать свои столики. Оплата за ложу тоже будет перечислена на твой счет, в качестве компенсации.
Она взглядом спрашивает: «И это все?» А я спешу ее разочаровать:
– Вперед! Если не вернешься в зал в течение двадцати минут, о компенсации можешь забыть.
Мэйс зло сверкает глазами и убегает. Ничего, далеко от меня не убежишь!
Остаток смены проходит относительно спокойно. Мы с Мэйс больше не пересекаемся, никто из гостей не лапает официанток, ни у кого больше не возникает ожогов. Я бы сказал, что все проходит быстро и как в тумане. Единственным запоминающимся моментом остается разве что разговор с Дженной, которая хвалит меня за выдержку, но при этом настоятельно рекомендует:
 
– В следующий раз постарайся не терять нового клиента.
– Я считал, что «Бабочке» нужны только благонадежные клиенты.
– Тем не менее именно они позволяют существовать нашему клубу.
В общем, это предупреждение. Но мне почему-то кажется, что оно так же связано с Вирной.
Не приближаться к ней.
Хорошо. Только разберусь во всем, с ее секретами и со своей дурацкой привязанностью, а потом никогда больше к ней не приближусь.
Поэтому предупреждения Дженны я игнорирую и после конца смены жду Мэйс на парковке. У управляющего есть свои преимущества – он может уйти пораньше. Особенно если он помощник и вообще стажер. Конечно, можно подловить ее возле дома, но я не уверен, что Вирна отправится к сестрам, а не поедет к своему Вартасу.
Жду и думаю, что буду делать, если она выйдет не одна, а в сопровождении одной из подружек-официанток, которые сегодня решили мне не давать прохода. После Тимраны другие девушки тоже предлагали мне то принести воды, то закуски, то еще что-нибудь.
К счастью, Мэйс выходит одной из последних и в одиночестве. К моей огромной радости, потому что из-за усталости мои нервы и так на пределе. Веселиться всю ночь и работать всю ночь – совершенно разные вещи.
Я выхожу из эйрлата, когда Вирна подходит ближе.
– Мэйс.
– К’ярд? – Ее глаза расширяются, а она замедляется. Но только для того, чтобы тут же опомниться и ускорить шаг. И мне приходится пойти следом.
– Ты же не рассчитывала, что я оставлю все просто так?
– О чем ты?
– Об ожогах приятеля Чарнса. А еще об ожогах Лиры.
– Не понимаю о чем ты? – хмыкает она. – Твоей девушке я просто дала в нос.
– Тогда как объяснишь это?
Я хватаю ее за руку, и ощущение такое, будто я сунул пятерню в жерло вулкана. Поэтому и отдергиваю ее быстро. Вирна вскрикивает и трясет ладонью, на ее коже растекается красное пятно-близнец моего ожога.
Что и требовалось доказать.
– Садись, – говорю, кивая на свой эйрлат. – Поговорим.
 
Глава 11. Откровенность или вроде того
 
Вирна Мэйс
Он действительно рехнулся, если думает, что я сяду с ним в его едхов эйрлат. Дело не в том, что у меня от него ожог на ладони, а в том, что у меня от него ожоги по всему сердцу. Даже когда он просто рядом, и Дженна определенно рехнулась, когда решила взять его на работу.
На работу.
У меня что-то щелкает в голове, и все начинает складываться в очень нехорошую картину. Сначала они с Н’эргесом интересовались, какие нас с Лайтнером связывают отношения. Потом через меня хотели подобраться к Диггхарду К’ярду (последнее бред чистой воды, потому что К’ярд-старший не подпустил бы меня к себе даже на пару валлов). Теперь эта работа.
Я так увлеклась своими чувствами, что напрочь забыла об остальном. Впрочем, ничего нового: рядом с К’ярдом у меня всегда вырубается мозг.
– Ты должен уволиться, – говорю я.
Он приподнимает брови:
– Это не совсем ответ на мой вопрос.
– Ладно, пойдем в твой эйрлат, – я киваю.
Хотя знаю, что это не самая лучшая идея. Какая будет лучшая, я даже не представляю, по-моему, лучше всего было бы просто сбежать, но я сомневаюсь, что Лайтнер бегает медленнее меня.
 
Не считая того, что это просто глупо.
Это совсем другой эйрлат, не тот, что был у него раньше. Он гораздо проще, как снаружи, так и внутри, и это заставляет задаваться вопросами. Зачем ему на самом деле работа? Зачем Лайтнеру К’ярду работать? Мысли путаются, поскольку в салоне его эйрлата по-прежнему его запах – тот самый аромат, ударивший в меня с силой океанской волны, когда мы впервые увиделись в Кэйпдоре.