Секретарь в переплёте (СИ)
— Сашей! — с сарказмом хмыкаю я. — Зар, объясни мне, откуда столько дружелюбия?
— Он хороший человек, — пожимает она плечами, — в этом я могу ручаться. И, в отличие от Влада, действительно хочет наладить с ним отношения.
— Если сравнивать с Крамелем, то он понятнее, это да. — Понятно, что младший нервно курит в стороне, по сравнению с Дальским. — Давай не будем об этом!
— Оль, ты же понимаешь, что он о тебе заботится? — Мы выходим из прохода и плечом к плечу идём к компьютерам.
— А ты понимаешь, что эта забота станет удавкой? Причём, в его случае, скорее рано, чем поздно.
— Как умеет, — вздыхает Зара. — Да и потом, разве стремление не считается?
— Зара! — Она делает ещё пару шагов, не сразу заметив мою остановку. — Это моя жизнь. Это моя работа. Да даже проблемы с Крамелем были моими! Моими, не его! Поверь, Дальский умеет делать сюрпризы из тех, которые не вызывают желания послать его дальним лесом. Умеет и делает, но это… — я качаю головой и иду дальше.
— То есть что-то было?.. — прищуривается Зара, догоняя меня.
— Да чего только не было, — вздыхаю я. — Но, Зар, это не компенсирует идиотского сертификата и вот этого всего, — я обвожу архив неопределённым жестом.
— Может, это способ помириться с Владом!
— Ты сама-то в это веришь? — хмыкаю я и отворачиваюсь к монитору, прикрываясь очередными самоубийцами, решившими сдать документы в архив.
— Нет, но вдруг ты сможешь, — веселится Зара. — Оль, вы же такие классные, когда вместе! Ты не видишь, но я-то вижу! У него глаза загораются, а ты становишься такая девочка-припевочка, что смотреть приятно.
— А так неприятно? — смеюсь я, игнорируя тянущую боль внутри. Не в сердце, где-то ниже, в районе солнечного сплетения, и гораздо глубже.
Как? Ну как за эти пару недель Дальский смог не только встать во главе моих мыслей, но даже вгрызться под кожу. Жгучим ядом въесться в мышцы, отравляя бегущую по венам кровь.
— Страшно, — признаётся она, заставив меня заломить бровь и развернуться. — Оль, ты бы слышала себя со стороны, когда объясняешь, что там не так с описями, делами или мозгами тех, кто всё это пытается сдать!.. Тот же Саша, только в юбке. — Она замолкает, косится на мои ноги и уточняет: — В джинсах.
— У меня было где набраться опыта, — фыркаю я и возвращаюсь к монитору.
— О-оль, — зовёт она через несколько минут, — и что теперь? Всё, конец?
— Не знаю, — на мгновение прикрываю я глаза, — но так, как было, точно не будет, — обещаю я уже сама себе.
Глава 21
И оказываюсь права.
Он ждёт меня, прислонившись спиной к подъездной стене, засунув руки в карманы брюк и нечитаемым взглядом изучая лестницу перед собой. Я не сбиваюсь с шага, не опускаю глаза и делаю вид, что у меня всё прекрасно.
— Пустишь? — интересуется Дальский, рассматривая меня всю, от острых носов светлых туфель до новых серёжек.
— Не уверена. — Я останавливаюсь за шаг до него и за пролёт до спасительной двери.
Рискую, конечно, и в первую очередь своим спокойствием, но ничего не могу с собой сделать.
— Оль, я обещаю, что не буду лезть в твою работу, — вздыхает он с таким видом, словно это сверхзадача.
— Прекрасно, — ровно отвечаю я и продолжаю подниматься на свой этаж.
Ключ от квартиры в моих руках, но… Я ожидаемо вздрагиваю, когда его ладони ложатся на мою талию, а шеи касается лёгкий поцелуй.
— Оказалось, что ругаться с тобой — невыносимо.
Согласна. А ещё с тем, что чувствовать дрожь внутри, но при этом дышать по счёту — невыносимо вдвойне.
— Так не ругайтесь, Александр Германович, — поворачиваюсь я с ехидной улыбкой.
— О-оля, — отзывается он, склонив голову, — я не отступлюсь и ты понимаешь это лучше других.
— Могу сказать то же, — я поднимаю голову, чтобы увидеть в его взгляде довольство.
— На другое я и не рассчитывал.
Никаких поцелуев, но атмосфера между нами становится всё более интригующей. Подушечки пальцев колет от желания его коснуться и, уверена, он прекрасно это осознаёт, но искренне наслаждается моей выдержкой. И тем, что ему сдерживаться необязательно.
Широкая ладонь убирает волосы мне за спину. Едва касается уха, звякнувшей серёжки, мимолётной лаской проходит по шее…
И исчезает, когда слышится звук открываемой двери.
— Добрый вечер, — здороваюсь я с уже привычно недовольной Анной Николаевной. И привычно не слышу ответа.
— Добрый вечер, — демонстрирует чудеса вежливости Дальский и, судя по выражению лица, она едва сдерживается от плевка ему под ноги.
Да-а… Дружба с Игорем добавила в мою жизнь пикантную нотку соседской ненависти. Как будто у меня без этого было мало проблем! Где уже там его фея?!
Всё время, пока Анна Николаевна ждёт лифт, я молча изучаю потрескавшуюся краску рядом с собственной дверью.
— Проблема с соседями? — улыбается Дальский, стоит дверям закрыться за её спиной.
— Да с тобой у меня проблема! — взмахнув рукой, срываюсь я. Жаль, а так хорошо держалась.
Раздражённо открыв дверь, я захожу, понимая, что вести разговор на лестничной клетке даже хуже, чем сам факт такого разговора.
— Что? — раздражаюсь я ещё больше, не слыша его шагов, и разворачиваюсь, чтобы увидеть Дальского за порогом своей квартиры.
— Ты злишься, — качая головой, улыбается он.
— Не может быть! — Его непонятное упрямство теперь злит даже больше, чем самоуверенность. — С чего бы это?..
— Я здесь не для того, чтобы ругаться. — Мягкая улыбка сопровождает каждое его слово. — И я понял тебя, Оль.
Он на мгновение притягивает меня к себе, смазанным движением касается губами щеки, и уходит. А я стою, растерянная и изумлённая, понимая, что проиграть, кажется, придётся.
— Оль, — Зара с загадочной улыбкой выходит из-за стеллажа, — а чем ты завтра занимаешься?
— Еду на день рождения к сестре, — отрываюсь я от записей. — А что?
— Жаль, — на её лице искреннее расстройство. — А мы с Владом снова собрались в «Амариллис», хотели тебя позвать.
— И Дальского? — понимающе хмыкаю я, зная, как она хочет нас свести.
Хотя он прекрасно справляется и без помощницы. Звонки, сообщения, обед с курьером, причём на нас обеих, и вечерняя поездка домой. Проходящая в светских беседах, без участия намёков, рук и других частей тела. Лишь лёгкий поцелуй на прощание.
Никогда бы не подумала, что такой Дальский будет меня раздражать.
— Он отказался, — морщится Зара. — У него дела.
Слышали — знаем.
— Тогда, тем более, зачем вам я?
— Для компании, — со вздохом отзывается она. — Но, в любом случае, день рождения сестры — это святое! Где празднуете?
— У неё, они с мужем и дочкой живут в «Солнечном». Вот, поеду сегодня.
— Слушай, — задумывается Зара, — так это же по пути! Давай мы тебя добросим? Всё не самой тащиться.
— Да ну! Можно подумать Крамелю хочется развозить своих сотрудниц! — веселюсь я.
— Ты ему почти родственница и подруга почти жены, — подмигивает она.
— Вряд ли его это утешит.
— Потерпит, если хочет провести со мной выходные. Правда, Оль, какой смысл отказываться, если мы всё равно поедем мимо твоего «Солнечного»?
— Ладно, уговорила! — смеюсь я. Лето, пятница и загородная маршрутка — не лучший способ настроиться на праздник.
— Вот и ладненько! — она радостно приобнимает меня за плечи. — Саша же тоже приедет в «Солнечный»?
— Зара!
***Всё сложилось так, как он хотел. Олег, конечно, не понял, когда после получаса беседы Дальский попрощался и ушёл, но сегодня ему нужно было быть в другом месте.
— Ваш чек, — молоденькая кассирша призывно улыбается, но ему всё равно.
— Не нужно, спасибо.
Тяжёлый букет оттягивает руки. Будет очередной сюрприз, но против него Оля ничего не сможет сделать. Дальский специально попросил Олега перенести встречу, чтобы освободить себе субботу. Конечно, логичнее было в субботу и ехать, но в том, что касалось Оли, ему всё было невтерпёж.