Невеста напрокат, или Подари мне себя (СИ)
Интересно, эта блондинка и была той самой особенной? Или все же Ксения?
«Спасай!»
На экране телефона всплыло сообщение от мамы.
Я вышла из приложения и быстро набрала маме ответ. Как выяснилось, она купила сестренке подарок, но кукла оказалась не та. Дома вой и истерика младшей. Ведь мама обещала же. А мама не может понять, что же она сделала не так.
«Я завтра схожу в магазин и куплю Лизе ту Барби».
Напечатала ответ и сразу же спрятала телефон под подушку, чтобы не поддаться искушению и не начать пускать слюни на скриншот экрана с изображением Ярослава, который я сделала машинально и даже думать не хотела почему. Почему… зачем… У меня не было ответов на эти вопросы, ни на один из них.
Утром в субботу, пока Надя еще отсыпалась, я сразу же поехала в центр, в детский магазин, и уже у стенда с куклами позвонила сестренке.
— Ну, — ответила эта маленькая вредина.
— Не нукай мне. Какую там Барби ты хотела?
— Из Холодного сердца.
— Ага, — протянула я, ища взглядом диснеевских кукол. — В чем подвох? — спросила, заприметив нужных Барби.
— Мама взяла не ту.
— А они разные?
— Мне нужна Анна. Анна, а не Эльза. Эльзы у меня теперь две.
— Так, стоп. Анна — это?
— Вон та, рыжая, — послышался позади меня хриплый голос.
Мне показалось. Показалось. Показалось.
Я не могла помнить его голос спустя столько лет. Да и не могло так совпасть. Не бывает таких совпадений. Не бывает.
Дрожащей рукой потянулась к упаковке с куклой и прочитала название на этикетке
— Кукла: «Холодное сердце два. Магия причесок». Такая пойдет?
Сестра запищала что-то невнятное и нажала на отбой, а я медленно опустила телефон и все же обернулась, перед этим глубоко вздохнув.
— Спасибо, — тихо произнесла, потому что голос пропал.
Это был действительно он. Огнев Ярослав, мужчина, чей инстаграм я рассматривала вчера перед сном. И он меня, конечно же, не узнал. Он легко улыбнулся, кивнул и перевел взгляд на стенд с игрушками.
— Не стоит, я просто сам как раз собирался эту рыжую брать. Вот изучал.
Я кивнула, не найдясь с ответом, и мужчина, усмехнувшись, добавил:
— Подарок племяннице выбираю, в прошлый раз как раз вон ту блондинку и взял, а сестра сказала, что мимо. Ну я и решил, что, наверное, нужно было вторую.
— Ах, ну тогда удачи вам, — широко улыбнулась и отошла от стенда. Огнев вернул взгляд к игрушкам, а я дала себе пару секунд, чтобы просто впитать в себя его вид. Сейчас он был теплым. Ведь что может быть уютнее мужчины, выбирающего подарок для маленького ребенка?
И тут… Не знаю, кто меня за язык тянул, но я, как всегда, сначала сказала и только потом подумала. Ну зачем?
— А сколько лет вашей племяннице? Простите, если лезу не в сво…
— Скоро будет полтора, — быстро ответил он, не отрывая взгляда от стенда.
— Полтора — это полтора годика? — с трудом сдерживая улыбку, переспросила, уже прекрасно понимая, почему его сестра сказала «мимо».
— Нет еще, — поправил он меня, все же повернувшись и окинув заинтересованным взглядом.
И провалиться бы мне на этом самом месте. Я была не накрашена, в спортивных брюках, кедах и с двумя косами на голове. Это даже не провал, а настоящее падение.
Надо было уйти. Сразу же развернуться и уйти, но спрятаться сейчас от пристального взгляда Ярослава было негде. Во рту адски пересохло, я прижала упаковку с Барби к груди, надеясь хоть как-то собраться, но не помогало. Он все смотрел и смотрел, словно сканируя, изучая, как какой-то предмет.
— Так вот, ей только через два месяца будет полтора годика. Я думал, что объяснил это понятно с первого раза, — отчеканил он и тут же задумчиво протянул: — Скажите, а мы с вами нигде не встречались?
Сердце заколотилось с такой силой, что его удары били в ушах. Вспомнил. Не узнал, но хоть вспомнил.
Обрадовалась, как самая настоящая дурочка, но так ничего ему и не ответила, потому что не смогла бы собрать все свои мысли воедино, покачала головой и перевела тему.
— В таком возрасте в куклы не играют, особенно в Барби. Пупсик бы, возможно, понравился, но я…
— Пойдемте, — улыбнулся он, — вы просто не имеете права мне не помочь после… — Ярослав указал взглядом на упаковку, которую я прижимала к груди, как самое настоящее сокровище, и я рассмеялась. Наверное, так сказалось напряжение и вся ситуация в целом, но стоило только увидеть во взгляде Огнева настоящий живой интерес и теплую улыбку, а не то надменное и холодное выражение лица, как мне стало хорошо. Стало проще дышать — хотя бы потому, что я его не сочинила, ведь вчера, смотря на фотографии Огнева, я думала о том, что мне вообще приснилась наша прошлая встреча, но нет.
— Пойдемте, конечно же. — Я быстро развернулась и направилась к игрушкам, соответствующим возрасту его племянницы, то и дело оглядываясь и проверяя, следует ли мужчина по-прежнему за мной или нет.
Хотелось взять его за руку. Очень хотелось. Но это было неуместно, и как же хорошо, что я не окончательно растеряла все свои мозги и понимала это.
— Вот, смотрите, им интереснее такие игрушки, — указала я на стенд с красивыми куклами, — или пупсики. Моя сестра очень любила колясочку, она в ней катала все, что только можно. Еще для этого возраста очень много всяких развивашек… — я начала целую лекцию.
В итоге из магазина Огнев вышел с целым ворохом приданого, а я всего с одной “Анной”, которую мужчина, кстати, оплатил, потому что все игрушки были сложены в одну кучу и продавец пробила Барби вместе с остальными.
— Не нужно, — отрицательно мотнул головой Ярослав, когда я попробовала вернуть ему деньги. — Будем считать, что это подарок за помощь. Если честно, я до сих пор в шоке оттого, что мне раньше не пришло в голову купить сразу много всего. Ведь так что-то да подойдет, а у меня ни одной мысли в ту сторону не было.
Я улыбнулась и обняла упаковку с куклой еще крепче. Кажется, сестре я куплю другую.
— Удачи вам. Надеюсь, племяннице понравится все, что мы с вами выбрали, но особенно я болею за зайчика.
— Да? — искренне удивился Ярослав, достав белоснежного зайку из пакета, тот был совсем как настоящий, только маленький.
Я закивала. Такая милота не могла не понравиться, будь девочке год, два или восемнадцать.
— А знаете, м-м-м… — протянул он, нахмурившись, — Как тебя зовут?
От такой резкой смены тона я слегка подвисла.
— Рита, — тихо ответила, не зная, чего ожидать. А вдруг он вспомнил и сейчас обвинит меня в том, что я не призналась?
— А меня Ярослав. Приятно познакомиться, — улыбнулся он, да с таким задором, что еще чуть-чуть — и у меня бы подкосились ноги. Невозможно. Невозможно находиться рядом с ним и не поддаваться его очарованию. — А то как-то странно получается: мы с вами устроили самый настоящий варварский набег на магазин с игрушками и так и не представились друг другу.
— Ну почему же варварский? — вторила я ему. — Ведь вы же все честно оплатили, или… — Я наигранно охнула и громко прошептала: — Вы вынесли что-то с собой, не оплатив?
Огнев рассмеялся, да так громко и задорно, что, казалось, его сейчас слышал весь торговый центр, а я стояла рядом, смеялась вместе с ним и понимала, что мне совсем не хочется смеяться. Внутри все сжалось так сильно, что сердце, как сумасшедшее, заходилось оглушительными ударами, постоянно сбиваясь с ритма. Я попала. Ведь Огнев сейчас уйдет, просто развернется и уйдет. А мне предстояло как-то жить с этим дальше.
— В общем, так, — серьезно произнес он, — я так подумал-подумал и решил, что белочка Людочке понравится больше, поэтому этот зайчик, — он махнул им у своего лица, — отправится к тебе.
— Что?
— Ну, подумай сама: сестра его закинет в какой-нибудь шкаф, и будет он там пылиться. Жалко же зайку. Забирай.
И я забрала. Это было так глупо и нелогично. Я и так позволила оплатить ему Барби. Но… Этот заяц из его рук. Я просто не смогла не взять.