Невеста напрокат, или Подари мне себя (СИ)

Я прекрасно понимала, что не должна была срываться, но и Надя мне тоже много чего обещала. Весь отдых насмарку.  
Подруга за мной не пошла. Вот и пусть занимается своими расследованиями, главное — чтобы мне ничего не сообщала.  
Я вызвала такси, вернулась в общагу, комендант хоть и посмотрела на меня недовольно, но все же пропустила. Все давно знали о ее лояльности к припозднившимся студентам. А наутро, стоило только мне открыть глаза, я увидела склонившуюся надо мной Надю. 
— Огнев Ярослав — наследник строительной империи. Владелец газет, заводов и… 
— И пароходов, — простонала я и натянула одеяло на голову. 
— Как думаешь, она с мужем разведется? 
— Мне все равно, — прорычала, обманывая даже саму себя.  
Мне было не все равно, я терпеть не могла эту самую Ксюшу. А Ярослав… Ярослав — он был для меня символом чего-то светлого. Призрачного и ненастоящего. Принц, который навсегда останется далеким и недосягаемым. И он никак не мог заслужить себе такую спутницу жизни. Это же сплошное наказание.  
— Ну чего ты? Просто сама посуди. Этот Марк Смирнов такой старый, хоть и выглядит хорошо. А еще поговаривают, что у него сын сумасшедший. И все, больше ни детей, ни внуков. Не-е-е-т, все же она от него не уйдет. Там же наследства может быть ого-го, — продолжила рассуждать Надя, а мне так тошно на душе стало. И вроде все очевидно было, но так пошло.  
— Как ты узнала его имя? — все же не сдержалась я и резко подскочила с кровати. Только так, потому что по-другому я вообще бы не встала.  
— Три часа рассматривала фотоотчеты с клубных вечеринок. И нашла на одной его. Потом забила картинку в поисковик, и мне выдалась куча фотографий и статей с его милой мордашкой. 
— Вот он, век технологий. — Я надела домашние лосины и, взяв косметичку, пошла в ванную комнату. 
Умывшись, я засмотрелась на собственное отражение. Многие говорили, что я очень красивая, но первым, кому я поверила, был именно Ярослав. Мы виделись с ним единожды два года назад. Но та встреча прожгла во мне след. Я тогда была откровенно поражена тем, что в нашем мире существуют настолько красивые и потрясающие мужчины. Не на картинках журналов или в экране телевизора, а именно рядом, на расстоянии вытянутой руки. 
Это был февраль, темнело уже не так рано, но все равно в седьмом часу уже начинало смеркаться.  
за два года до описываемых событий
— Надюш, я через парк пошла, так что через пятнадцать минут буду у тебя, — проговорила в динамик телефона и огляделась по сторонам.  
Я любила эту аллею, особенно после снегопада. Заснеженные сосны создавали ощущение, что ты находишься не в центре города, пусть и небольшого, а в самом настоящем лесу. 
Только в этот раз я оказалась здесь не одна.  
— Или чуть позже, не теряй меня, если что, — протараторила я быстро в трубку, прощаясь с подругой, потому что увидела кого-то за скамьей. 
Наверное, любая другая нормальная девушка на моем месте не то что прошла бы мимо — она убежала бы в испуге. Мало ли.  
Но я не смогла пройти мимо. С обратной стороны одной из парковых скамеек, утопая в снегу, сидел мужчина с опущенной головой. Он был без шапки.  
В такой-то мороз. Да и вообще непонятно, в сознании ли? И чего ему на скамейке не сиделось? 
— Молодой человек, — позвала его. Реакции ноль.  
Тогда я шагнула в снег, сходя с тротуара. Блондин не был похож на алкаша или бандита. Напротив, красивая и, судя по всему, дорогая серая парка с меховой опушкой. Черные брюки и туфли со сбитыми носками. Я быстро дошла до него и, присев рядом на корточки, тронула его за плечо.  
Узнала бы мама, что я творила, посадила бы дома под замок. Навсегда.  
Только в этот момент я совсем не думала о маме.  
Незнакомец неожиданно поднял голову и уставился на меня потерянным взглядом. Большие серые глаза, с пушистыми черными ресницами. «Он же блондин, почему ресницы черные?» — отдаленно подумала я и забыла, что нужно что-то ему сказать. Я смотрела в расплавленное серебро его глаз и словно видела свое отражение на их поверхности. Они были как шарики ртути, градусник с которой я недавно разбила. Безумно красивые и манящие своей необычностью — и, скорее всего, настолько же вредные и ядовитые, ведь недаром говорят «убийственно красив». Это было как раз про мужчину и его глаза. 
 
Он продолжал на меня смотреть, и в его взгляд по крупицам приходила осознанность, тогда как я даже головой махнула, но наваждение так и не прошло.  
— Что вам? — хрипло спросил он и быстро проморгался, а я только тогда поняла, что в его глазах стояли слезы, именно поэтому они были настолько выразительными и выбили из меня весь дух.  
— П-простите, — я с трудом разомкнула губы, но ладонь от его плеча так и не убрала, — я хотела узнать, все ли с вами в порядке. Холодно, — зачем-то добавила, когда он никак не отреагировал на мои слова. Словно это не было очевидным фактом. 
— Спасибо за беспокойство. Все в порядке, — кивнул он. — Идите… блондин закашлялся, и я словно вышла из транса.  
Тут человек замерзает, должно быть у него что-то случилось и он в шоковом состоянии, а я пялюсь на его глаза. 
— А ну-ка, вставайте. Вы же себе воспаление легких подхватите. — Он прищурился, продолжая сидеть. — Пневмонию! Менингит! — Он не поддавался. — Да вы мужчиной быть перестанете, отморозите себе все … — запнулась и не смогла продолжить. Как хорошо, что я была красная от мороза и блондин не смог заметить, как вспыхнули мои щеки, но все же мужчина наконец-то как-то отреагировал: он растянул губы в улыбке и поднял брови, словно дожидаясь, что я продолжу. А вот и нет. Я встала и грозно проговорила, стараясь повторить точь-в-точь интонацию мамы, когда она отчитывает папу: 
— Поднимайтесь, я сказала. Иначе вызову полицию. — Улыбка мужчины стала еще шире, он будто бы говорил мне: “И что?” — И скажу, что вы распиваете алкоголь в общественном месте. Вот что!  
Блондин рассмеялся и все же поднялся, опираясь на свои колени. А затем подал мне руку для пожатия. 
— Ярослав. 
Я уставилась на его ладонь и красные пальцы. Сколько же он просидел на морозе? Точно ненормальный. 
— Рита. 
Протянула ему руку в варежке из белой козьей шерсти и даже сквозь нее ощутила, какими холодными были его пальцы. И лишь потом почувствовала себя ужасно неудобно. Блондин хоть и замерзший, и с отбитыми носами ботинок, но в дорогой одежде. А тут я со своими рукавицами, связанными бабушкой. Смотрелась, наверное, жуть как комично рядом с ним.  
— Спасибо, Рита, — мягко произнес мужчина и отпустил мою руку. — Может, выйдем на тротуар?  
— Ох. — Я прикрыла рот ладонью, чтобы не засмеяться, и отошла в сторону, освобождая проход и пропуская мужчину вперед. Он начал отряхивать куртку и брюки, а я еле сдержалась, чтобы опять не засмотреться. — Ну ладно, раз с вами все в порядке, я тогда пошла. Удачи вам. — Развернулась и шагом, переходящим на бег, устремилась к концу парковой аллеи. 
— Стой, Рита! 
Ну вот, точно маньяк на мою голову. Выброс адреналина закончился, и теперь я вспомнила и о безопасности, и…  
Блондин меня нагнал так быстро, что я даже мысль додумать не успела. 
— Скажи, пожалуйста, где здесь поблизости поесть можно?  
— Что?  
Серьезно? Он не маньяк? Или это обманчивый ход? 
— Мне пора возвращаться в Москву, а я только сейчас понял, что со вчерашнего вечера ничего не ел. 
— Так уже опять вечер. — Я тупо уставилась на него, не понимая, как это — сутки ничего не есть? Ярослав пожал плечами, а я, всячески ругаясь на саму себя, не смогла ему отказать. — Пойдемте, тут рядом кофейня есть. Как раз за выходом из парка. 
Мы в полном молчании дошли до центральной улицы города, и я указала ему на вход в кафе, тогда Ярослав попросил меня составить ему компанию. 
— Нет, спасибо, меня подруга ждет.  
Мужчина кивнул, еще раз поблагодарил меня и, резко крутанувшись на пятках, пошел в сторону кафе.