Невеста напрокат, или Подари мне себя (СИ)

— Па-а-ап! — заголосила трёхлетняя Ева, а следом за ней в дверь кабинета влетела семилетняя Аврора, снося с ног свою младшую сестру. 
Мои единственные дочери — неоспоримый факт, который мне даже проверять не пришлось. Оказывается, отец и в этом случае увидел все на пару шагов вперёд и проверил двойняшек Есении на родство с собой.  
— Не верь ей, папа! Она все врет. Я ничего не трогала.  
— О чем ты, Рори? — мягко спросил, наблюдая за тем, как Ева поднялась с пола и побежала с кулаками на свою старшую сестру.  
Я устало закатил глаза и положил на стол рамку с фотографией Риты в свадебном платье, которую как раз рассматривал до появления дочерей в кабинете. Вышел из-за стола и присел на корточки рядом с девочками. 
— Хватит, — спокойно, но с нажимом произнёс я.  
Маленькие разбойницы тут же отскочили друг от друга. Две голубоглазые блондинки, так похожие на маму не только внешне, но и характерами. Настоящие бесенята, особенно Ева, ей бы пацаном родиться да по всем кулаками стучать. Аврора была более спокойной и рассудительной.   
— Рори? — спросил я у старшей, но она лишь сложила руки на груди и отвернула голову.  
— Ева? 
— Рори выходила на улицу, — насупившись, сдала она сестру. 
— Вы же и так гуляли там. Где мама? 
— Нет, папа, она выходила на улицу-улицу, — коряво, но достаточно разборчиво защебетала дочка, — к ней мальчик приходил, и она ушла за калитку. 
— Какой еще мальчик? — потянул ворот поло, чувствуя, что он начал меня душить. — Рори, где ваша мама? 
— Максюша покакал, и мама пошла в дом менять ему памперсы, — пробубнила Аврора. 
— Я не понял, а где Надя?  
Мне серьезно не нравилось, что с тех пор, как Софийские обзавелись первенцем, они сутками напролёт находились у нас дома. А Рита, добрая душа, подрабатывала бесплатной няней. И все бы ничего, но я прекрасно понимал, что такая тяга к младенцам у нее появилась неспроста. 
— Так, во-первых, обнялись и помирились, — махнул я рукой. — Ева права, за калитку выходить нельзя, надо еще выяснить, каким образом ты ее открыла и куда смотрела охрана. А теперь пойдемте маму искать 
— Рит! 
— Мама! 
— Мама! 
— Тише, — зашипела на нас Кокосик, спускаясь со второго этажа. — Он только уснул, а вы!.. 
— Я все понимаю, Рит. Но пока ты укачивала чужого ребенка, нашу дочь чуть не украли.  
— О чем ты?  
Рита тут же закрутила головой, видимо пересчитывая дочек.  
— Не шути так, Яр. 
— А я серьезно. Рори ходила на улицу к какому-то мальчику. Мальчику, Рит. Ей семь, какие могут быть мальчики? — распалялся я все сильнее, потому что был не готов к такой информации. 
А жена звонко рассмеялась, потом спохватилась, вспомнив, что на руках у нее спит младенец. 
— Ярик, скажи честно, — приближаясь к нам и посмеиваясь, произнесла она, — ты чего больше испугался: что Рори без разрешения вышла за калитку или того, что к ней в гости пришел Рома? — Рита широко улыбнулась и подошла ко мне вплотную, показывая аккуратное личико Софийского младшего. — Смотри, какой хорошенький. Рори с Евой тоже нужен защитник, — вкрадчиво прошептала она. 
— Нет! 
— Женихов отпугивать, — Рита счастливо улыбнулась, но я был непреклонен. 
— Нет. 
— Да. 
— Нет, Кокосик, ты же помнишь, что обе твои беременности нам нельзя было заниматься… — Жена округлила глаза, и я вспомнил, что мы не одни и рядом с нами сейчас было как минимум три ребенка. — Любовью, Динь-Динь, только любовью. 
— Я и так тебя люблю, Яр. И ты меня тоже любишь. — Дочери захихикали, а я не мог оторвать взгляда от Риты, вот чувствовал же что-то неладное. 
— Нет. 
— Да. 
— Ну не-е-е-т же, — протянул, ощущая неизбежность. 
— Мам, а папа что, не знает про братика? — корявя слова, сдала всех Ева. 
— Дурочка, мама же говорила, что это секрет, — Рори толкнула локтем сестру. 
— Теперь знает, — одними губами произнесла Рита, не отпуская моего взгляда. 
— А можно нам сразу готового, как этот карапуз? — указал я пальцем на спящего Софийского.  
— Не-а, — Рита качнула головой, дочери захихикали. 
 
А я закинул голову назад, глядя на отблески солнца в хрустале огромной люстры, которая висела здесь еще в то время, когда мама была жива, и думал о том, что я безумно люблю своих девочек и ничего не имею против детей, но как пить дать Борисовна опять запретит мне касаться Риты во время беременности, а это было для меня по-настоящему тяжелым испытанием. Но чего, как говорится, не сделаешь ради счастья любимых женщин. Хотят братика — значит, будет им братик, тем более от меня уже ничего и не зависело.  
— Я тебя люблю, ты же знаешь? — шепнул Рите сразу, как услышал топот детских ножек: дочери убежали. 
— Знаю, Яр. Конечно, знаю.  
Рита положила голову мне на плечо и тихо ответила: 
— Двенадцать недель уже, и Эмма Борисовна ничего, конечно, не обещает, но пока она говорит, что нет повода что-то нам запрещать, как ты уже мог понять, — хихикнула Динь-Динь, скорее всего вспоминая сегодняшнюю ночь, а я обнял жену с ребенком лучшего друга на руках и счастливо зажмурился.  
Если тот мир существует, то именно сейчас отец, сидя за столом, непременно дубовым, пьет коньяк и довольно потирает свои худые ладони, празднуя победу. «Спасибо», — шепнул я одними губами, надеясь, что папа меня все же услышит. Потому что он был чертовски прав, когда видел мое счастье именно в Рите. В моем сладком Кокосике. Женщине всей моей жизни, которая подарила мне всю себя. 
Конец. 
28.01.2020 — 09.04.2020 г. 
Конец