Невеста напрокат, или Подари мне себя (СИ)

— Людочка, — шепнула я, и мужчина тут же перевел на меня свой темный взгляд, — однозначно не скажет вам спасибо за то, что вы покалечили ее любимого дядю или, что еще лучше, засадили его в тюрьму. О да! Через какие-то пять-семь лет она уже все будет понимать, если же ее мать разрешит ей с вами до тех пор общаться 
— Ты…  — шикнул мужчина и, разжав ладонь, провел ей по моему плечу, затем вверх по шее и крепко схватил меня за хвост, запрокидывая голову.  
В висках тут же запульсировало от боли, но я продолжила, окончательно растеряв все свое чувство самосохранения: 
— Это не я, а вы угрожаете любимому дяде, с чьим бельчонком девочка спит до сих пор. — Мужчина удивился и даже слегка ослабил свою хватку. — Да! Любимую Людочкину игрушку покупал Ярослав вместе со мной. Пять лет назад, — сквозь зубы прорычала я. — Именно столько мы и женаты, это ответ на ваш следующий вопрос. Я работаю за границей и попросила бы вас уважительнее обращаться ко мне. Все это было во-первых, а во-вторых, вы нашли кому верить. Да Марина за наследство что хочешь вам скажет.  Ей же ничего не оставили. 
— Видео, милочка, — протянул мужчина, облизнувшись. — А ты и правда неплоха. — Мне стало мерзко, и я искренне…  как никогда, пожалела Ксению. Как она могла столь долго жить с этим мужчиной? Ведь за неплохой для его возраста внешностью скрывался действительно жуткий человек. 
— Спасибо за комплимент, все же зрение у вас есть. А то я уже успела засомневаться, — Смирнов растянул губы в улыбке, похожей на самый настоящий оскал, Ксения всхлипнула позади, а Яр что-то рыкнул, видимо желая, чтобы я заткнулась и больше не нарывалась, — раз вы не смогли на видео отличить родную жену от ее сестры-близнеца, —  я блефовала, держась непонятно на чем и за что. 
Но другого выхода не было. Оставалось только надеяться на осмотрительность Ксении, дорожившей собственной жопой, и моего мужа, который, судя по всему, считал себя бессмертным. Нужно было убедить Смирнова в невиновности жены. Только так сегодняшний вечер не закончится плачевно для всех нас. 
— Есения? — удивленно произнес Смирнов, и я поняла, что получилось заставить его задуматься. Значит, на видео не было чего-то конкретного. Оставалось дожать его, с чем неожиданно хорошо справилась Ксения. 
— Да, Есения. Странно, что ваша жена умолчала об этом. 
Девушка быстро сориентировалась и выдала такое, что даже я поверила. 
— А что мне? — истерично вскрикнула Смирнова. — Трепать на каждом углу, что у моей сестры дети не от мужа, а от этого? — Она пренебрежительно мотнула головой в сторону Ярослава, а я, кажется, начала терять связь с реальностью, воздуха вдруг стало мало, а перед глазами больше не было лица Марка, лишь черные круги, расплывающиеся настоящими кляксами на полотне моей жизни и моей любви к единственному мужчине. 
  
Глава 25
 
Рита. Пять лет назад
Неожиданно все закрутилось настолько быстро, что я и опомниться не успела. Наша последняя встреча с Ярославом, прошла для меня как в тумане. Сначала я решила, что никогда и ни за что не наступлю на собственные грабли, а потом Огнев выскочил из машины, остановив меня. Подарив надежду. Я сжимала кулаки, слушая о его неземной любви к Есении, и понимала, что если он остановил меня, то у меня есть шанс остановить и его. А потом… Потом все вышло как-то само собой.  
Когда я поднялась в комнату, Надя собиралась на очередной кастинг, и меня словно молнией прошибло. Я, не переодеваясь и не накрасившись, пошла с ней. Естественно, мой зареванный вид и слегка припухшие веки никого не привлекли. То же самое было и на втором кастинге: нас с Надей не то что не взяли, но будто бы и не заметили вовсе. Зато на третий раз нам с ней крупно повезло, и с этого началось самое настоящее сумасшествие в моей жизни.  
Нужны были модели для каталога нижнего белья. Не самый лучший вариант, но я отвлеклась настолько, что, лишь позируя перед камерой, не ощущала саднящего чувства, которое во все остальное время разрывало мою грудь изнутри. 
 
На фотографиях я была другой, совершенно. Каждый раз казалось, что это и не я была вовсе. Я раскрепощалась, сама не понимая как, и быстро находила нужные позы, словно чувствуя их всем своим естеством. 
Две недели пролетели в каком-то завораживающе-умопомрачительном темпе, а потом произошел мини-апокалипсис и моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов.  
К нам на студию приехал какой-то крутой фотограф и пальчиком ткнул в девочек, в числе которых были мы с Надей. И как раз на съемке с ним словно из-под земли передо мной вырос Ярослав. Он не дал мне ни опомниться, ни чего-либо понять. Он просто окончательно сделал меня своей, поработив безумной ревностью и страстью, собственническими движениями.  
Мужчина, который к женщине равнодушен, никогда бы так себя с ней не вел. А значит, Ярославу было не все равно, как бы он ни пытался доказать обратное. Грязный и быстрый секс в кладовке, стыдно представить, сделал меня самой счастливой на свете девушкой, особенно когда после этого Яр ласково одел меня в свой мягкий свитер и, подхватив на руки, отнес в свою машину. В тот момент я не думала ни о покинутых съемах, ни о брошенной подруге или оставленных вещах. 
Какие вещи? Вы, вообще, о чем? Как о них можно думать? 
Огнев привез меня к себе домой, так же на руках донес до квартиры, затем, захлопнув входную дверь ногой, не разуваясь, потащил меня в свою спальню, а оттуда в ванную, прилегающую к его комнате. Опустив меня возле душевой, он молча потянул свитер, висевший на мне, вверх и, обхватив ладонями за талию, как маленькую девочку, приподнял и поставил в душевую кабину. А затем, не дав мне даже собраться с мыслями, быстро начал разуваться. Без рук. Огнев наступал пятками на свои туфли, безбожно их портя. Руки мужчины были заняты брюками. Все это было словно во сне. Я прикусила губу и, набравшись смелости, протянула ладони, чтобы помочь Ярославу с футболкой. И, оказавшись в кабине рядом со мной, Огнев начал меня мыть.  
Мыть и трахать. Опять.  
Так же дико, как и в той самой кладовке, словно мы и не уходили из нее. На этот раз мужчина не поворачивал меня к себе спиной, а, приподняв и заставив обхватить его ногами, вбивался в меня быстрыми и сильным толчками. Молча. Но настолько безумно, что я в который раз потеряла саму себя. Если я вообще когда-либо находила. Ведь, с того самого дня, как увидела блондина у лавки в центральном парке нашего города, я не была собой. Кем угодно, но только не собой. 
И лишь когда мы добрались до кровати, Яр стал нежным. Но я была настолько обессиленной к тому моменту, что практически ничего не понимала. Ощущая себя Алисой, угодившей в кроличью нору, я плавала на грани чего-то нереального, будто бы болталась во сне. И если это все было сном, я не хотела просыпаться, потому что за томные поцелуи, ласковые слова и сладкие поглаживания я была готова продать душу.  
— Спи. — Тёплое дыхание, коснувшееся моего уха, и лёгкий поцелуй в макушку — все это было последним, что я запомнила. 
Наутро я точно так же, как и в прошлый раз, проснулась первой. Только сейчас Огнев крепко прижимал меня к себе со спины и тихо сопел мне в затылок. Я попыталась выбраться и сдвинуть мужскую ладонь со своего живота, но куда там. Рука Огнева сжалась, крепче прижимая меня к себе, практически впечатывая пальцы в мою кожу.  
— Хочешь, чтобы я опять ловил тебя в коридоре? — хрипло произнёс мужчина, а у меня внутри все сжалось от вибраций его голоса, прошедших по моей коже, опаляя ее словно кипятком. Я сделала судорожный глоток воздуха, надеясь, что после него в моей голове что-то прояснится. Но у меня по-прежнему не было никаких слов.  
Я не знала, что можно ответить Огневу, тогда как мужчина начал поглаживать мой живот, обводя указательным пальцем пупок. 
— Давай еще полежим, — протянул он, зевая, и потерся носом о мою шею, зарываясь в волосы, а у меня начали наворачиваться слезы на глазах.