Семь нот волшебства (СИ)

– Через пару лет даже она станет чувствовать себя свободнее в академии. Адептка Коринн прекрасно понимает, что возврат к привычной в прошлом жизни невозможен. Она сможет устроиться в столице, тем более под началом такого наставника, как вы, Верин. Равенна и Амелия помогут ей не наделать ошибок по незнанию и свойственной юности излишней доверчивости.
– Последнее свойственно молодёжи из внутренних областей нашего королевства. Не забывайте, что эта девушка выросла в очень опасном Пограничье с Лиоссией. Как это королевство за глаза называют, «Проклятой Богами» …
– Может, вы и правы. Я поручу лучшим нашим специалистам внести нужные изменения в маго-колдовской узор. Пусть Лисичка подождёт пару часов. Займите её пока чем-нибудь полезным, – прихватив пергамент с изначальным изображением для нанесения на меч одного из самых коварных правителей, ректор стремительно удалился. 
На то, чтобы привести меня в чувство ушло некоторое время. Потом госпожа Риндорр дала мне чашку успокоительного отвара и, когда мастера вызвали за готовым рисунком, проворчала:
– Девочка, да ты, никак, по уши влюблена в ректора? – Я отчаянно покраснела и опустила глаза, прекрасно понимая, что коменданта женского общежития и ведьму в одном лице мне провести ни в жизнь не удастся. – И как думаешь поступить?
– Доучусь, получу диплом и найду себе работу в одной из приграничных областей. Раз жить по-прежнему уже не смогу, придётся хоть как-то устраиваться. Я – совсем не ровня магистру дель Рэнсу.
– Что не собираешься сама прыгать к нему в постель и охотиться, как голодная лиса на юркую мышь, это хорошо. Только кто тебе сказал, что не сможешь составить выгодную брачную партию любому? Даже, поверь, королю. У тебя настолько полезный и редкий дар, как и у Юннии, что вам простят всё. Кроме, разве что, предательства государственного масштаба! Вас с ней и Игору совсем не просто так приказано беречь, как зеницу ока. Вы – не менее ценное богатство правителей королевства Таарнскор, чем редкие фолианты, артефакты и сокровища! Запомни, ты должна достаточно любить и уважать себя, чтобы никто не смел обращаться с тобой, как с временным развлечением! Далеко пойдёшь, раз не потеряла голову от Граната. Этот мужчина разучился доверять женщинам и больше не верит в любовь. Слишком часто принимал за это светлое чувство корыстный интерес тех, кто пытался что-то получить за его счёт. Не собираясь брать на себя заботу, как о муже. Соберись, ты никогда не должна проявлять слабость или робость. Иначе тебя просто растопчут, как нежный росток, что вырос в выходной день в трещине дороги, ведущей на базарную площадь.
Постаралась скрыть тихую радость, что расцвела в моей душе, когда поняла. Всё не так безнадёжно, как мне поначалу показалось. Сложнее всего будет удержать чувства в узде. Дать Гранату понять, что он мне не безразличен. Колдунья сразу учуяла, что я поняла её именно так, как нужно:
– Намекни, что ректор тебе нравится, а дальше пусть у него голова болит. Пусть придумывает, как завоевать тебя и отшить других желающих. Иначе, зачем нам вообще нужны мужчины? – Синие глаза коменданта женского общежития были полны такого игривого лукавства, что сразу почуяла, что всё будет замечательно. Если сумею не потерять голову от страсти. Только в этом случае не наделаю глупых ошибок и сама не испорчу собственные брачные перспективы и будущее в столице. – Вот что, Лисичка. Раз «пятого угла», на самом деле никогда и не было, давай вместе подумаем, как тебе лучше добиться исполнения твоего заветного желания. Выбор твой одобряю полностью. Гранат намного лучше многих, с кем сталкивала меня жизнь. Проблема в одном: у него слишком много застарелых шрамов. Они болят и не дают ему сразу увидеть даже совсем уж простые вещи.
Второй курс стартовал с общего для всех направления. Оно называлось «Принципы безопасности при работе с любыми колдовскими, магическими и целительскими плетениями». Как оказалось, первая половина учебного дня будет отведена именно для неё. Вторая – освоение работы с обычным оружием и методов оказания лекарской помощи для тех, в ком не пел целительский дар, и продолжение шлифовки врождённых способностей.
 
Мы с Игорой невольно поморщились, когда увидели в аудитории Смерча и Ворона. Как эти двое-то здесь оказались? В ответ на мой молчаливый вопрос магианна Эйрия Линсорр проворчала:
– Ректор дель Рэнс, – тоненькая и очень высокая брюнетка с насмешливыми каре-зелёными глазами точно сошла со страниц древних легенд о Детях Леса. В давние времена те нередко помогали людям, но потом, отчего-то, перестали показываться на глаза соседям. Даже в заповедных уголках королевства Таарнскор. – Всё ещё тешит себя несбыточной мечтой, что эти двое, наконец-то, возьмутся за ум! Боюсь, это попросту невозможно! – Оба адепта сжались в комочек под полным неприязни взглядом преподавательницы. – Итак, господа студенты, кто сможет сам ответить, почему первые четыре из семи курсов мы въедливо изучаем именно эту науку? Кто ещё не разучился шевелить оплывшими от проказ и лени мозгами?
Я подняла руку, так как нам объясняли важность того, почему этот предмет ввели даже в обычных школах, чтобы никто не вздумал баловаться с плетениями. Особенно, не имея и тени способностей.
– Отвечайте, адептка Коринн. 
– В приграничной области Звенящие Ключи, откуда я родом, эту науку преподают даже в тех учебных заведениях, где учат ремёслам, ведению домашнего хозяйства и торговым премудростям. Это важно. Насколько помню, старейшины родов и главы городов сами посылали прошение королю.
– И какие доводы они привели? Больше никому и в голову не пришло предпринять подобный шаг.
– Во-первых, есть признаки, которые помогают определить, не использовали ли против человека вредоносного плетения. К тому же, в наших краях есть немало мест, где ещё живы тёмные чары лесных жителей. Далеко не все из них были дружественны людям. Ну и в сельской местности любят разные обряды и проклятия. Если их неправильно провести, то можно сломать жизнь не только себе, а то и погибнуть. Также такое знание может удержать от обращения за помощью к ведьме-изгнаннице. Заплатить можно не только годами жизни. Последствия могут быть даже фатальными. Также с малолетства объясняется, в чём заключается опасность проклятий. Ведь того, кто их наводит, неизменно настигнет страшная расплата. Также нас обучают правильно пользоваться благословениями и просить помощи у леса и высших сил. В наших краях ходит такое присловье: «Я-то намагичу, а расхлёбывать кто потом будет?» Поэтому в Звенящих Ключах ваш предмет начинают с самых азов преподавать ещё совсем маленьким детям старшие родственники или родители.
– Отлично, адептка Коринн. А как вы думаете, почему магов, колдунов и целителей обучают такому непрофильному предмету, как оказание первой помощи подручными средствами и защита простым оружием?
Ответила, на этот раз моя сокурсница Алеврэ дель Линнорэ. Ведьмочка была родом из совсем обедневшего дворянского рода. Поэтому вела себя вполне вменяемо, ни с кем не ссорилась. Как и не драла без меры чуть курносый носик:
– К сожалению, есть много способов ослабить или временно заблокировать наши способности. Поэтому существует риск истечь кровью на поле боя или погибнуть от стрелы. Если колдовское или магическое плетение по каким-то причинам не сработало. К тому же, ваш предмет учит точно определять не только запас первичной энергии, но и сколько заклинаний, заклятий и прочего можно создать из этого объёма. Чтобы гарантированно не получить временную непригодность по причине безголового переутомления.
– Что ж, отлично, адептка дель Линнорэ.
– Любезный адепт Дарнисс, ответьте мне, пожалуйста, почему применять проклятья можно только в одном случае? Если вас загнали в угол и на второй чаше весов лежат плен, пытки или мучительная смерть.
Ворон сердито зашипел. Как оказалось, он прогулял то занятие по проклятиям, добиваясь благосклонности очередной приглянувшейся девицы.
– Два, Ворон. Судя по тому, как ваш приятель втянул голову в плечи, ему тоже можно поставить такую же оценку. Адептка Дарнисс, а вы как думаете, почему?