Не верь мечтам (СИ)

— Собственно, и мне пора, — продолжал частить Бик. — Вы меня из логова чернокнижников вытащили, за что спасибо, но дальше мы разбегаемся. Тут скоро будет некуда плюнуть от дознавательских псов, а с ними я встречаться совсем не хочу.
— Проблемы с законом? — тихо поинтересовался Эйн.
— Я обитатель городского дна, как это принято называть в народе, — отозвался Бик. — Такие, как я, с Дознавателями предпочитают не знаться. Так что бывайте.
Наш случайный спутник быстро удалился оставляя нас одних. Слышны были только звуки леса и дыхание Эйна. В том, что скоро тут будет толпа Высших Дознавателей я не сомневалась. Пропустить такую вспышку чёрной магии, как открытие чёрного портала они не могли. Видимо, трусливый маг забросил нас в ту ещё глушь, раз они до сих пор не здесь. Его понять можно, для него встреча с представителями закона — смертный приговор.
— Похоже, мы теперь знаем, откуда в Мглистых землях этот туман и такие орды нежити, — разбил молчание Эйн тихим голосом. — Тайна Мглистых земель раскрыта. Скорее всего, там такое гнездо не одно. Печати высасывают энергию из пространства для портала и оттуда лезет нежить.
— Но ведь Мглистые земли существуют тысячи лет, а чёрные маги зашевелились недавно, — возразила я.
— Пусть с этим разбираются профессионалы, — не стал он спорить. — Но теория хороша и похожа на правду.
Тоже верно. Я своими глазами видела огроменный портал, откуда выскочило сначала несколько шипастых собак, потом полезло огромное нечто, и он испускал этот мерзкий, похожий на смог, туман. Но Эйн прав, пусть с этим разбираются Высшие Дознаватели или другие опытные маги. Мы всего лишь первокурсники академии.
— Что говорить будем? — спросила я.
— Правду, — послышалось в ответ.
— Всю правду?
У меня почему-то была уверенность, что Эйн захочет скрыть причастность брата к чёрной магии. Я ошиблась?
— Всю. Это всё слишком серьёзно, чтобы скрывать хоть что-то.
Чужая рука нашла мою ладонь и переплетя пальцы мы молча лежали на земле осознавая, что выжили. Выжили и вырвались, когда всё было против нас.
Сквозь ветви, на которых только начинали набухать почки, видно голубое небо по которому плыли белые комки облаков. Красиво. Говорить не хотелось, это молчание было уютным. Только я, Эйн и живой лес.
Вскоре наше уединение было нарушено. Вокруг появилась толпа народу. Они переговаривались между собой, что-то спрашивали у нас, но смысл слов ускользал. Устала. Слишком вымоталась. Всё потом. Бросив последний взгляд на Эйна, позволила себе погрузиться в блаженное беспамятство, сулящее столь необходимый отдых.
  
Глава 28. Сын Владыки тёмных эльфов
 
Тэя
— Послушайте, тер Улаш, — произнесла я тоскливо, — я уже тысячу раз повторяла всё это. Зачем вы из раза в раз спрашиваете одно и тоже? Ничего нового я не скажу, потому что нечего. Ваши менталисты подтвердили, что всё сказанное — правда.
— Вы могли что-то забыть и упустить, — с непроницаемой рожей отозвался дознаватель. — Повторяю вопрос: почему вы отпустили чёрного мага и где он сейчас?
— Повторяю ответ, — не удержалась я от передразнивания, заставив мужчину помрачнеть, — я находилась без сознания, потому не знаю. Могу лишь предполагать, что у Эйнириэля не было сил его задерживать, а Бику это вовсе не нужно. Где находится чёрный маг или Бик я не имею ни малейшего понятия.
Ответ дознавателю не понравился, а мне было плевать. Я устала. Уже три дня мы общаемся с тером Улашем, больше похожим на робота, чем на человека. По несколько раз в день мы с ним беседовали. Каждый раз одно и тоже: он требовал в подробностях, в малейших мелочах рассказать всё, что происходило с момента попадания в Мглистые земли. И я рассказывала. Всё-всё, как оно было, но тер Улаш с упорством фанатика задавал одни и те же вопросы, получая на них одинаковые ответы. При допросах несколько раз присутствовал маг-менталист, который подтверждал, что я говорю правду ничего не утаивая, но дознавателю этого было мало.
 
Зато мои вопросы оставались без ответов. Тер Улаш и приходящий целитель оба молчали, когда я интересовалась состоянием Эйна или пыталась навести справки о судьбе Имира с Деминиэлем. Про то, когда нас отпустят и мы сможем вернуться в академию, вовсе молчу.
Единственное, о чём меня просветили — моё собственное состояние. Очнувшись, я узнала, что в беспамятстве провела почти двое суток. Сначала я обрадовалась самочувствию, которое было почти идеальным, а потом меня накрыла паника. Я не ощущала ни капли дара. Ни искры магии. Словно и не была я магичкой совсем недавно и всё это: академия, занятия и практикумы мне приснились, и я по-прежнему служанка-простолюдинка.
Первая жуткая мысль — выгорела. Прибегая к тому заклинанию, я знала насколько оно опасно и понимала риски. Да я вообще была почти уверена, что умру. Теперь, когда всё осталось позади потеря дара казалась катастрофой. За эти несколько месяцев я успела привыкнуть к своим силам. Ощущению, что по венам вместе с кровью течёт магия. Лишится всего в одночасье оказалось страшно.
Целитель попытался меня успокоить. По его словам я слишком много колдовала последнее время. Перенапряглась, пустила в ход не только магию, но и жизненные силы, и дар выдохся. Временно уснул. Когда я достаточно восстановлюсь магия вернётся. Хотелось верить, но… Я надавила на целителя, и он признался, что есть вероятность, что я действительно выгорела и дар не вернётся никогда.
Всё вместе вгоняло в депрессию. Не так я представляла себе возвращение в большой мир. Понимала, общения с дознавателями не избежать и чудо, что происходящее не коим образом не касалось именно меня, а значит и тайна происхождения не раскрыта, но никак не ожидала оказаться чуть ли не заключённой. Комната, где я обитала напоминала комфортную больничную палату, только было одно «но» — решётки на окнах. Из-за них палата казалась камерой. Мне не хватало свободы, информации, а главное — покоя.
— Вы отпустили виновника и свидетеля, — гнул своё дознаватель.
— Я вообще была без сознания, — вздохнула, обречённо понимая бессмысленность разговора. — Да и будь иначе, мы с Эйном были не в том состоянии, чтобы кого-то задерживать.
Сдаваться тер Улаш не собирался, открыл рот, чтобы задать очередной глупый вопрос, как нас прервало появление новых действующих лиц. В первом я опознала его начальника тера Сомуса, а вторым был ректор академии тер Фаридан.
— Тера Боба, вы можете быть свободны, — изрёк тер Сомус.
— Но, тер Сомус, — возразил тер Улаш.
— Мы больше не можем задерживать Теру Бобу и тера Эйнириэля, — оборвал главный дознаватель подчинённого.
— Вы вообще не имели права их задерживать. Они адепты АВМ и вы были обязаны поставить меня в известность, прежде чем допрашивать их, — мрачно вмешался тер Фаридан. — Тэмия, собирайся.
Он протянул мне стопку вещей, и я направилась на выход, но успела услышать кусочек разговора.
— Дело чрезвычайно серьёзное. Сейчас я имею права закрыть в камере даже члена королевской семьи, — возразил тер Сомус.
— Чем вы были рады воспользоваться, а проблемы с отцом Эйнириэля будут у меня, — недовольно процедил ректор. — Не говоря о том, что возможно вы лишили мир единственного практикующего серого мага. Как вам в голову пришло не давать ей эликсир!
— Пусть этим занимаются ваши целители, а мы не могли рисковать, давая тере Бобе шанс сбежать, — ровно говорил главный дознаватель. — А с отцом Эйнириэля мы сами хотим пообщаться…
Больше я ничего не слышала, так как достигла своей комнаты-палаты-камеры. Душ принимать не стала, часа два назад там была, но серую робу, что мне выдали взамен платья, стянула с удовольствием. Одеваясь, с какой-то сентиментальностью отметила, что тер Фаридан принёс не просто одежду, форму академии, а тот её вариант, который я предпочитаю.
Мне казалось, я недолго возилась, но когда вышла обнаружила, что ждут только меня. Два молодых дознавателя, ректор и Эйн, все толкались в коридоре рядом с моей дверью. В полном молчании мы выбрались на улицу, где нас уже ждала карета академии. Ректору не пристало ездить в неказистых повозках для перевозки адептов.