Плетения конфедерации (СИ)

— Не-а, — помотала ушами зелёнка. — И что других видов нет — понятно. Смотри, — развернула она карту. — Селений с пропитанием в округе нет.
— Естественно, нет, смотрели же.
— Дальше смотрим — они не выращивают растений. И, думаю, под землёй тоже — это у эльфов есть магия для прямой передачи солнечного света.
— Ну, возможно. И чё? Ну жрут они свои грибы и свинятину, сами дураки. И пиво грибное ничего, — признал я.
— Кащей, они гавнюки, — тут Ленка захихикала, — в прямом смысле. На грибах и жирном мясе у них ТОЧНО проблемы с пищеварением. У всех.
— Гыг, — ржанул я, да и признал, что Ленка, скорее всего, права. — Так, а людей и металюдей, получается, нет…
— Ну да, это гномы просто запорами страдают, а другие и помереть могут. Не расиситы они, а проблемы с пищей.
— С мозгами, — буркнул я. — Разогнали нечистиков, от этого и проблемы, — на что зелёнка пожала плечами.
Но я её поймал, потискал и на колени усадил.
— Так, ты умница. Но я тоже ничего, — продолжил я наше совещание. — Как ты думаешь, что это за василиски?
— Кащей, мы же уже разобрались, что тут масса совершенно нетипичных метазверей. И мы их изучаем, — нахмурилась Ленка.
— Вот, — показал я фигу, — это, а не метазвери. Давай по пунктам: сотни подземных тварей. Сотни! Что они жрали?
— Не знаю. Но могли зародиться недавно, — задумалась зелёнка.
— С чего? И хорошо, зародились недавно, — махнул я лапой. — Они около месяца. В антрацитовой шахте. Что они жрут? Гномов? Так они туда не ходят!
— Не знаю, Кащей. Надо проверять.
— Надо. Только нихрена это не метазвери, — мудро заключил я. — Учитывая их парализацию — тоже. Нетипично для зверей, какие бы «мета» не были.
— Логично, но, Кащей — руны! И они неразумны. А неразумная нечисть — редка!
— Редка, но встречается. И скажи мне, Лен, где наши василиски?
— Издеваешься?
— Нет, тонко намекаю. СТАРАЯ шахта. Ещё до конца.
— Думаешь, рун нет или повреждены?
— Думаю, да, — покивал я.
— И тогда всё выходит на уровень конфликта гномы — нечисть, — задумалась Ленка.
— Угу. Именно конфликта. Непонятно какого, но выясним.
— Интересно, — улыбнулась Зелёнка.
И стали мы обсуждать детали. Ленке идти надо — тут понятно, сбор и обработка информации. Но мне за неё… всё равно неспокойно. Но идти надо, хотя параноистый я потратил четверть минуты на отработку построения «гоблинша-заплечница».
Спокойнее как-то, и надёжнее.
Ленка не отбивалась, но ехидствовала от души. И сама про «клетку из Кащея» сказала, что так — уж совсем надёжнее.
— Полезай, — с похрен-мордой сделал я клетку из себя, с ехидной башкой сверху.
— Хм, знаешь, Кащей, — осторожно потрогала Ленка трос-прут клетки. — Я пока не готова для такого уровня БДСМа. Но… я подумаю, можно будет как-нибудь попозже попробовать! — показала мне язык язва.
Ну… зачёт, чё — всё что и смог ответить я. Сам научил, злодейку зелёную. Да и без меня была очень ничего, да.
Стали собираться, а я себе зарядил по лбу: вот совсем из головы вылетело.
— Лен, такую фигню как «драконобой» знаешь? Вроде как разработка была Меллорнская.
— Знаю, какой-то скандал с прототипом был. Точно не знаю, но вроде украли и сбежали из Меллорна, — ответила Ленка.
— Далеко не убежали, — хмыкнул я. — У меня в коробках валяется.
— Драконобой?!!
— Угу.
— А…
— Нам заказ надо делать. Напали, Гоша вроде, свинотрах этакий, ещё пара уродов. В твоём отряде были, когда ты со мной… познакомилась, — заржал я.
— Ну… так сработало же, — захихикала зелёнка. — А значит способ знакомства с парнями — рабочий! — надулась она.
— Угу. Разит наповал, — покивал я. — Нужен?
— Нужен, — покивала Ленка. — И расскажешь!
— Расскажу, — не стал спорить я. — Пойдём?
— Ну не в подземельях же! — возмутилась зелёнка. — Как заказ закончим — разберёмся.
В общем, через полчаса мы выехали на байке из Трака. Тросы, которые я — сторожили и вообще, да и Ленка пошаманила с амулетами-артефактами. И даже какой-то гоблинский мат накарябала, на всякий случай.
А я не возражал — всяких свинотрахов лишний раз послать — не лишнее, факт.
 
На подъезде к фасаду нас ожидал какой-то новый гнум, очень мелкий, даже для них — то ли молодой, то ли низкорослый по жизни. Определить возраст гнумов на вид не умел ни я, ни Ленка. Или старик, или не старик, а остальное — непонятно.
— Кащей? — хмуро буркнул он, на что я даже внимания не обратил — с вечным запором так и вовсе очень радушно выходит.
— Кащей, Кащей. И напарник Кащея. К парализованным нам надо.
— Отведу. За мной, — процедил мелкий и покосолапил в недра.
А мы, соответственно, за ним. И через сотню метров переходов — я аж встал, башкой вращая. И Ленка явно удивилась, с интересом оглядываясь.
Дело в том, что такой фигни я видом не видывал. И слыхом не слыхивал. Итак, фасад пристроен к холму-горе, метров, наверное пятидесяти высотой. И этот холм был полым. Натурально полым, уж чёрт знает, какой толщины!
И наверное километровая площадка с домами и проходами. И открытое пространство над ним, огромное.
Зачем, правда — непонятно. Огромный подземный объём — пустой. Ни ярусов, ни черта. А домики — одноэтажные, хоть и немаленькие. Ну пара этажей у нескольких особо вычурных.
— Нихрена себе, — оценил я освещённый всякими лампами-фонарями городок и бликующий флуоресценцией свод холма.
— Угу, — подтвердила зелёнка.
— А то! — надулся провожатый, став даже не столь запорным на секунду. — Не хрен тут торчать! Потопали! — через несколько секунд поправился он.
— Так веди, — ехидно отозвался я.
И под невнятное бурчание мы потопали. Зачем эта херня с полым холмом — я так и не понял. То ли понты подземные, то ли он был базово полым… но, если был — почему не используется? Ну пусть не многоэтажки. Тут у гнумов могут быть «видовые заморочки». Но ярусов нахреначить — религия не позволяет?
Впрочем, Ленка шёпотом сообщила, что скорее не позволяет численность: по её оценкам существующие помещения вместят не меньше сотни тысяч обитателей. А их не более десятки тысяч.
— А, просто оптимисты, — покивал я.
— Ни хера не смешно! — буркнул гнум, топающий впереди, и гневно засопел.
И кстати, застройка этого подхолмья показала, что говнистые гнумы — не видисты, как ни удивительно. Некоторые здания были явно заточены не под недомерков, но пустовали. Как и большинство, мимо которых мы проходили.
И пустовато, что с учётом «простоя» подтверждает Ленкины слова. Просто СЛИШКОМ много пространства, а заселить некем.
И судя по сопению и пинанию булыжников мелкого провожатого — тема для местного гнумья болезненная. Надо бы у кого-то другого поузнавать, а то бросит проводник — задолбаемся в этом пустом подземном городке нужное искать.
— Госпиталь, — буркнул провожатый, выведя нас к двухэтажному особнячку.
Подошёл к двери, пнул её, рявкнул внутрь:
— Ванна! Придурки от Ньялка пришли! Расскажи и покажи! — проорал этот милый гнум некоему сантехническому устройству.
После чего позыркал на нас, и выдал:
— Тут подожду. Смотреть на ваши мерз… кхм, просто подожду, — свёл он глаза на кулаке рядом со своей мордой.
Ну мне-то пофиг, а вот Ленку мою нехрен обзывать, факт. И вот что кулак животворящий делает, хех.
Вошли мы в особнячок, оказавшись в довольно просторном холле. А к нам семенила не ванна или ещё какой Мойдодыр. А довольно типичная гнума, правда, в белом халатике поверх кожаного комбинезона.
— Я — Ивановна, рунист и доктор. Вы? — строго уставилась на нас гнома.
Да, рунист, и всё тут обматерено, чувствуется, отметил я.
— Кащей.
— Лена.
— На больных надо взглянуть? — строго смотрела Иванна.
— Надо, — озвучил я, а Ленка покивала.
— Сетевик? — тыкнула в Ленку пальцем гнома, на что зелёнка, подумав, кивнула.
Очевидно, местное название хацкеров небывальских, логично рассудил я.