Древняя душа (СИ)

Он начал с того, что поинтересовался, все ли в порядке с моим здравием. Выслушав заверения о превосходном самочувствии, Император спросил, почему сын не заводит себе фавориток — и уже давно. Мысленно выругавшись — совсем забыл, что «очи» отца, его вездесущие шпионы, ходят за мной по пятам — я признался в чувствах к моей драконице, готовый к любому исходу. Но отец кивнул и улыбнулся, что потрясло сильнее, чем жесткая нотация о том, как должен себя вести принц, которую обычно приходилось выслушивать во время наших редких бесед.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Однако потрясения только начинались. Оказалось, в данный момент Императрица, моя матушка, ведет такую же беседу с Алатарой. Я рванулся было на помощь, но отец, продолжая меня удивлять, расхохотался и удержал. Он разъяснил, что никто не обидит нареченную принца, но разговор этот чисто женский, не для мужских ушей. А потом сказал, что отдал приказ готовиться к свадьбе.
Как идиот, я переспросил, к чьей свадьбе. Отец смеялся, пока из глаз не выступили слезы, а потом посерьезнел и сказал, что после принесения мной и Алаторой клятв перед древом Офель начнется период обучения меня как правящего принца. Тогда я впервые осознал, что скоро он вверит мне государство и отойдет от дел.
Но в тот момент, да и в следующие долгие дни, мне думалось лишь о первой брачной ночи. Теперь мы с моей драконицей многое позволяли себе, уже не таясь. Все знали, что нареченные скоро поженятся и сквозь пальцы смотрели на наши теперь уже взрослые шалости. Поцелуи, ласки, ее полностью обнаженное тело, прижавшееся к моему, тоже нагому, такое не забыть!
Я проводил языком спирали вокруг твердых, как камушки, сосков Алатары, млея от ее стонов, спускался вниз к впадинке пупка на твердом плоском животе, пресекал попытки вырваться и, силой раздвинув бедра, разглядывал ее естество и ту небольшую преграду, что мы берегли для первой брачной ночи. Драконица краснела, смеялась и закрывала лицо руками, но вскоре привыкла и даже позволила мне ласкать ее языком.
Когда пришло время, мы взлетели с ней — крыло к крылу, а после принесли клятвы Богине. Церемонию я не запомнил — из-за волнения. Зато моя нареченная впитала даже малейшие детали и до сих пор рассказывает мне о том дне, когда мы поклялись в любви и верности до скончания жизней перед древом. Гуляло все государство. Мы же сбежали в один из семейных замков и…
Я долго ласкал ее — теперь уже супругу, наслаждаясь дрожью тела и стонами, а потом накрыл своим телом и резко вошел в нее. Более между нами не было никаких преград. На мои медленные и осторожные движения ее бедра ответили более быстрыми нетерпеливыми толчками. Не сдержавшись, я излился в нее, в мою любимую, но она даже не поняла, потому что готов был продолжать сразу же. Мы вместе достигли пика и долго лежали обнявшись.
Алатара удивила меня — памятуя о словах отца, наказавшего мне беречь супругу в первую ночь, дать ей время восстановиться, я собирался уснуть, прижимая к себе жену, но она набросилась на меня и не оставила в покое до самого утра, когда мы рухнули без сил на влажные смятые простыни.
Брак был счастливым. Вскоре, не сменив еще и первую пару рогов в обличье дракона, мы сотворили наше первое яйцо — небывалое событие! Я был счастлив. И это не изменилось, когда отец-Император оставил правление мне. Они с матерью покинули нас, отошли от светской жизни, и улетели вдаль — тоже крыло к крылу. Куда, почему, зачем? Мои вопросы отец оставил без ответа. Сказал лишь, что когда придет время, сам все пойму. Эпоха Черного дракона Валаха закончилась. Началось мое время.
Быть правящим принцем-драконом нелегко. Привилегии, власть, делай, что хочешь, все тебе подчиняются? Как бы ни так. Прежде всего, это ответственность. Абсолютно за все. От сохранения мира между Владыками суши и Владыками воды — а он так хрупок, что дрожит на ветру, как волос, до склок между крестьянами из-за того, что кто-то передвинул забор, оттяпав себе крохотный кусочек чужой землицы. Да еще и за придворными только поспевай приглядывать. В частности, за братьями.
 
Аматар, музыкант наш, слава Богине, тихий и беспроблемный, сегодня поведал мне об очередной выходке нашего младшего братца, Асатара. Оказывается, это проклятие династии Владык суши породило еще одного бастарда. И ладно бы обрюхатил драконицу, не зазорно было бы такого ублюдка и признать, так ведь нет, ему с айками шляться надо, и прижить полукровку на стороне!
И ведь он знает о пророчестве! Ни один дракон не опускается до шашней с айками из опасений породить существо, в котором сольются крови всех народов нашего мира — и тогда все сгинет. Все знают, что девицы водного народа неразборчивы и уже в молодости обзаводятся целым выводком детей от разных отцов. Любой нормальный Владыка ими брезгует. Но не Асатар!
Именно это происшествие вынудило меня сегодня вылезти пораньше из постели, покинуть сладкие объятия Алатары и вместо того, чтобы вкушать утренние поцелуи супруги, отправиться в храм Богини Офель. Надо посмотреть на этого бастарда и принимать решение, что делать.
Но все мои мысли были все же о жене. В последнее время она стала такой страстной, что мы не спим ночами, занимаясь более приятными вещами, нежели сон. Кахары говорят, что драконицы становятся особенно охочими до секса, когда готовы понести. Если так, то новость взбаламутит весь двор! Я не удержался от улыбки. Второе яйцо! Да еще так быстро после первого! Такого не было за все правление династии! Что ж, увидим.
Я подошел к белоснежным вратам и накинул на голову капюшон плаща — небо казало свой светлый лик, рисунок драконьей чешуи проступал на лице под луной, а быть узнанным мне не хотелось. Офель приняла мои молитвы, я вышел из храма, унося на груди греющий кожу и сердце Лист Благословения. И услышал девичий хохот. Такой по-детски искренний, беззаботный! Сам никогда таким не был.
Завороженный этим смехом, я пошел на звук. Бастарда отыскать еще успею. А вот и хохотунья! Красивая девушка в простом зеленом платье. Роскошные локоны длиной до талии просто распущены по спине. Красивая, нежная, добрая, вся словно нездешняя. Босая, она играла с каким-то существом, брызгая в него водой из корыта. Мальчишка прыгал на одной ножке и показывал ей язык.
Драконьи белые волосы и рожки — впервые вижу полукровку, у которого проявился признак обличия силы! У нас рога видны только в облике дракона! Кожа серая и перепонки между пальцами — от аек. Он посмотрел на меня, заставив вздрогнуть — один глаз от горного народа, другой от людей! Богиня! Если бы в нем была еще и кровь Владык воды, он стал бы тем самым отродьем, из пророчества о конце нашего мира! Я с запозданием понял, что это и есть тот самый ублюдок Асатара. А девушка, стало быть, Риэра — та, что вырастила его. В этот момент и она заметила меня. Замерла, но улыбнулась и спросила:
— Вы, должно быть, ищете настоятельницу?
Я кивнул, сам не зная, почему. Хотелось просто стоять и смотреть в эти золотистые глаза, на распущенные роскошные волосы — таких нет ни у одной драконицы, ласкать взглядом тело — благо, мокрое платье так облепило его, что оно видно во всем великолепии.
— Приходите завтра, Цета уехала принимать роды. — Девушка смутилась — очевидно, мой взгляд был слишком откровенным. Прикрывшись полотенцем, она прижала к себе мальчишку.
Но мне уже было не до него. Все тело налилось желанием — но не как с Алатарой. Теперь это чувство было таким диким и необузданным, что я не контролировал себя! Если бы не ребенок, видит Богиня, прямо сейчас набросился бы на эту простолюдинку. Она бы, наверное, сопротивлялась, но внушение сняло бы это проблему. Представив на мгновение, какие ласки подарил бы ей, я не сдержался и сделал шаг к Риэре.
 
— Чего тебе надо? — выкрикнул полукровка, исподлобья глядя на меня. — Уходи, дядя! Не смотри, что маленький, так тяпну, что половину жопы откушу!
— Сар! — ахнула девушка. — Что ты несешь?! Нет такого слова!