Древняя душа (СИ)

Так, довольно! Я прыжком встал с постели, изрезал простыню кинжалом и утрамбовал в мусорное ведро, а самую главную улику — лоскут с пятном крови сжег на огне свечи. Запах гари наполнил комнату. Пришлось распахнуть окно. У конюшен горели факелы. Кому вздумалось седлать лошадей посреди ночи?
Душу сжало плохое предчувствие. Самое главное — где Риэра? Внутри все похолодело. Я внезапно осознал, почему принцесса так хотела расстаться с девственностью. Понимала, что если задуманное сорвется, Деметрий не оставит ее в живых.
В конюшне не хватало трех жеребцов. Вороного принцессы с кличкой Дерзкий, Гордеца — любимого скакуна Аконта, и белоснежного Победителя, принадлежавшего принцу Кассию. Ожидаемо. Я стиснул зубы. Что же ты творишь, Риэра! Сумасшедшая моя!
Гнедая кобыла быстро доставила меня к тюрьме. Как и думал, стражники спали беспробудным сном. От них разило дешевым пойлом. Рядом валялись пустые бутылки. Попытки разбудить хотя бы одного успехом не увенчались. Да и вряд ли они хоть что-то видели, пьянчуги.
На всякий случай я все же дошел до камер, в глубине души надеясь, что произойдет чудо и успею помешать принцессе совершить глупость, которая может стоить ей жизни. Но нет, лимит на чудеса мной этой ночью, похоже, исчерпан до дна — камеры были пусты.
— Риэра!!! — я со всей дури вдарил кулаком в стену. Проклянешь меня, знаю, но ты не оставила мне выбора!
Я вышел во двор, достал из кармана следящее устройство, подкинул в воздух. Расправив лопасти, оно скрылось в темноте. Остается ждать, когда на экране, что сжимали мои ладони, появятся беглецы — тепловизор увидит их даже в этой непроглядной тьме.
А мне нужно сделать кое-что еще.
Касикандриэра
Ветер бил в лицо, спина лошади упруго ходила между моими ногами, каждый толчок отдавался тупой болью в самом сокровенном месте, но стоило вспомнить о поцелуях Гаяна, объятиях и… всем остальном, как боль исчезала, и там словно начинало биться второе сердце, разгоняя по телу горячие волны. Что было весьма кстати — ночь выдалась холодная, и бешеная скачка заставляла чувствовать себя словно в ледяной проруби.
Тьма вокруг окутывала нас с отцом и братом безвременьем, оставалось лишь надеяться, что лошади не подведут и прискачут к нашему небольшому охотничьему домику, где уже ждут остальные. Да, наши шансы невелики, понимаю, но оставить Кассия и папу умирать в темнице не смогла. Это чудовище, вероятно, все равно приказал бы казнить их. Может быть, даже в подарок мне на свадьбу. А после того, как я выбрала жизнь Гаяна, Деметрий непременно накажет за это строптивую принцессу. Его месть будет изощренной и извращенной. Но тогда вариантов не было. Допустить, чтобы Покоритель миров и его, моего любимого, сварил заживо, не смогла. Что ж, будет, как будет.
А вот и свет! В домике зажгли факелы, чтобы они служили нам ориентиром. Даже лошади ускорились, увидев их. О, копыта уже бьют по брусчатке внутреннего дворика! Выбегают конюший и его сыновья, берут лошадей под уздцы и помогают спешиться. Наконец-то!
Мы переглянулись с отцом и братом, улыбаясь. Нам удалось! Сестры обняли меня. Мать, не удостоив даже взглядом, повисла на шее Кассия, не желая его отпускать. Стало грустно — чтобы я ни сделала, никогда не заслужу даже капельку ее любви. Если бы не отец, она своими руками придушила бы, наверное, ненавистную дочь сразу же после того, как та вылезла из ее утробы. Пора бы мне уже смириться с этим. Я смахнула слезы со щек, радуясь, что на дворе ночь.
— Благодарю тебя, Риэра! — папа обнял меня. — Ты спасла нас всех, доченька. Теперь моя очередь позаботиться о тебе, родная!
— Отец! — я уткнулась лицом в его грудь и неожиданно расплакалась, как бывало в детстве. — Папочка! — слезы душили меня.
— Все хорошо, забудь об этом монстре, ты больше его не увидишь! Как только начнет светать, мы уедем, он никогда нас не найдет! Мои доверенные люди помогут спрятаться, все будет хорошо!
Детство кончилось. Нельзя больше выплакать все обиды в отцовскую рубашку. Он уже не может защитить свою маленькую принцессу от всех монстров. Она выросла и должна быть сильной. Придется выйти за чудовище замуж. Жаль, что прекрасным принцем оно становится только в сказках. Но это ничего не меняет. Принцесса отняла у злой судьбы свой кусочек счастья сегодня ночью. Теперь ее очередь защищать семью.
 
— Я вернусь к Деметрию, отец. — Произнесли словно чужие губы.
— Нет, Риэра! — громыхнул он. — Я не позволю! Запрещаю тебе даже думать об этом! Ты едешь с нами!
— Если бы я поехала с вами, он бы искал нас до тех пор, пока не нашел бы.
— Дочь, не перечь…
— Отец! — перебила я. — Ты сам знаешь, что у нас нет выбора! Деметрий станет моим мужем, клятва Богине должна быть исполнена! Иначе вся наша семья будет расплачиваться за нарушение обета! Ты сам все знаешь. Я вернусь к жениху, это даст вам шанс. Может, со временем мне удастся убедить его простить вас. Все будет хорошо.
— Аконт, она права, — вмешалась Кассия. Не глядя на меня, мама взяла его под локоть и потянула в сторону. — Поспеши, нужно собираться, вот-вот начнется рассвет. Нам пора отправляться в путь! Поехали, Аконт!
— Никто никуда не поедет!
Мужской голос заставил всех вздрогнуть. Суета во дворе прекратилась. Сыновья конюшего замерли с тюками в руках, которые грузили на задник кареты. Все повернули головы к воротам, в которых смутно угадывалась, подсвеченная первой полоской рассвета, человеческая фигура. — Гаян! — облегченно выдохнула я и бросилась к любимому. Но остановилась в шаге от него, не в силах двинуться, уничтоженная выражением серых глаз.
Он… он ненавидит меня!
— Гаян! — ноги через силу сделали еще шаг к нему.
— Молчи! — прошипел он. — Больше нам говорить не о чем!
— Умоляю, отпусти их! Деметрию нужна только я! Пожалуйста!
— Поздно! — сквозь зубы процедил он.
— Почему?
Вместо ответа Гаян ткнул пальцем вверх. Я посмотрела в небо и едва удержалась на ногах, увидев охваченный полыханием алого рассвета шаттл, что медленно шел на посадку.
— Деметрий. — Выдавили омертвевшие губы.
— Ли, Ли! — раздался сзади звонкий детский голосок. Я обернулась, вновь вздрогнув. Самая маленькая из моих сестренок, что еще вовсю картавила, воспользовалась тем, что ее нянька загляделась на железную птицу в небе, и понеслась ко мне, покачиваясь. Она вечно попадала во всяческие переделки — более неуклюжего существа нет во Вселенной!
— Стой, малышка! — мне удалось подхватить ее на руки, прежде чем что-нибудь стряслось. Но предотвратить то, что произошло потом, было не в моих силах.
— Семейная идиллия! — голос Деметрия сочился ядом. — Может, заказать картину? Такие эмоции на лицах! Это бесценно! Как думаешь, Риэра, где нам повесить это полотно?
— Где пожелаешь. — Тихо ответила я, крепко прижав к себе сестренку, что начала кукситься, исподлобья глядя на чужого дядю.
— Ну как же! — он вплотную подошел ко мне. — Ведь кроме как на этой картине, ты родных больше не увидишь!
— Деметрий, умоляю! — голос сорвался.
— Знаешь, что самое смешное? — он склонился ко мне, обжигая дыханием ухо. — Я ведь как раз хотел помиловать их — твоего отца и брата. В честь нашей свадьбы, дорогая! Представь, как я удивился, когда Гаян сообщил мне о побеге, который ты устроила!
Я встретилась взглядом с сероглазым. Непроницаемое лицо.
— Твой обожаемый охранник взял с меня слово, что ты будешь помилована. Слово я сдержу. Тебе дарована жизнь, Касикандриэра. Ты будешь наказана по-другому.
— Деметрий, умоляю, пощади их!
— У тебя совсем недавно был выбор, помнишь? — с удовольствием прошептал он. — Гаян или отец с братом. Ты выбрала. Переиграть нельзя.
 
— Это не игра! Это жизни самых родных мне людей! Если ты их казнишь, я всей душой возненавижу тебя!
— Маленькая наивная принцесса! — Деметрий ухмыльнулся. — Игры в романтику закончились. Зачем мне твоя душа? Я хочу лишь тело!
В замке нас сразу же разделили. Мою семью увели. Я осталась в комнате с Деметрием. У дверей стоял Гаян все с тем же лицом. Мне уже было все равно, к ним обоим я чувствовала лишь глухую ненависть. Больше всего хотелось только одного — проснуться и понять, что это лишь дурной сон. Хочу, чтобы в моей жизни не было ни того, ни другого.