Древняя душа (СИ)

— Виноваты, Повелитель, — склонив голову, пробубнил он, — увольнительная впервые за долгое время сказалась.
— Раз уж сегодня День обещаний, то самое время и мне дать обещание — всем вам, — громко сказал я. — В качестве подарка принцессе Касикандриэре, моей невесте, отныне всем жителям этой планеты даруется безопасность. От моих солдат в том числе. Это прямой приказ. В случае неподчинения виновные будут незамедлительно казнены!
— Спасибо, Деметрий! — просияла моя невеста.
— Всегда рад тебя побаловать, — я улыбнулся ей в ответ и сделал шаг к капитану. — А вот тебя баловать некому. С этого дня безопасность местных — твоя ответственность. Крутись, как хочешь. Не справишься, пойдешь вместе с нарушителями в расход!
— Есть, Повелитель! — еще только начиная осознавать, какое «счастье» на него нежданно-негаданно обрушилось, тот захлопал глазами.
— Вперед, солдат, у тебя непочатый край работы! — прикрикнул я и, взяв Риэру под руку, отправился с ней к огромным вратам в храм.
Внутри стояла приятная прохлада, словно жару сюда просто не пропускали. Тонкие девичьи голоса выводили затейливые рулады, соревнуясь с птицами, что пели в ветвях старых деревьев, образующих над обширным двором укрытие от солнца.
— Кто этот Ромир? — понимая, что выгляжу глупо, все же спросил я, когда перед нами раскинулся пруд с прозрачной водой. — Мы росли вместе, — беспечно отмахнулась Касикандриэра.
— Он влюблен в тебя, — я поймал ее руку и заставил остановиться.
— Деметрий, Ромир мне как брат, — она улыбнулась и прижалась ко мне. — Как говорит Лия, мы с ним на соседних горшках сидели! — девушка хихикнула.
— Поэтому этот юнец позволяет себе вольности?
— Мой ревнивый жених! — по глазам невесты мне стало понятно, что ей это приятно.
— Это магия женщин Касик виновата! — я улыбнулся, вынув из волос принцессы запутавшиеся в них сиреневые лепестки. — Обещаю исправиться!
— Обещания нужно давать не здесь, — девушка взяла меня за руку и потянула к пруду.
— Куда мы идем? — я встал следом за ней на дорожку из камней, косясь на жирных рыб, плавающих рядом. — Риэра, скользко, осторожно!
— Твоя невеста тут с закрытыми глазами пробежит, — она и в самом деле ловко перебралась на противоположный берег и с усмешкой уставилась на нас с Гаяном. — Отстаете, мальчики!
— Почему здесь никого нет? — я ступил на землю и огляделся. Сад утопал в зелени, в воздухе кружились медленно падающие лепестки. Было очень тихо.
— Почти никто не ходит короткой дорогой, — пояснила Касикандриэра и указала на лестницу, скрытую стволами деревьев, — и не знает об отличной обзорной площадке. — Идемте.
Мы поднялись наверх, ступая по хрустящим под ногами лепесткам, и перед нами раскинулся обширный храмовый комплекс. Даже не подозревал, что он настолько огромен! Изящные белые постройки овалом убегали к горизонту, разбудив в памяти воспоминания об уже не существующих похожих развалинах древних храмов на той планете, с которой улетели десять семей моего народа.
Небо наливалось красками подступающего заката. Порывы ветра нетерпеливо подгоняли медленно уползающую жару и теребили факелы с разноцветным огнем, что зажигались по периметру большого внутреннего двора.
Народ, наполняющий его равномерным гулом голосов, притих, когда на площадку перед ними вышли девушки в легких белых туниках. Их танец под негромкие трели неизвестного мне инструмента был красивым. Но для местных он явно означал что-то еще.
— Они рассказывают историю, — пояснила Касикандриэра, — о приходе Богини-матери в наш мир, и о тех обещаниях, которыми обменялись враждующие народы пред ее светлым ликом. Воюющие стороны заключили брачные союзы и призвали в свидетели кахар — жриц Богини, которым она открыла знания, недоступные остальным. Отсюда и пошел праздник — День обещаний.
— А почему Богиня ушла? — это меня интересовало куда сильнее, нежели подоплека танца.
— Потому что оказалось — обещания, данные воюющими народами, были ложью. — Девушка погрустнела. — Ей, как ни странно, удалось заставить их примириться — но сделали они это для того, чтобы раскрыть тайны Богини-матери и самим стать могущественными.
 
— Все, как всегда, — пробормотал Гаян себе под нос.
— И что было дальше?
— Алчные глупцы потерпели поражение — Богиня знала, что они предадут ее. Она дала им выбор — погибнуть или испить воды ее озера.
— Конечно же, они выбрали второе. — Я кивнул.
— Верно. Они испили воду из ее рук и прозрели. Все до единого отреклись от власти и ушли от мира — замаливать грехи. А их народы были возглавлены теми юношами и девушками, которые заключили браки во имя мира. От одного такого союза и пошел мой род — Касик. Говорят, что первую женщину Касик благословила сама Богиня — за то, что пришла сообщить о предательстве. А через нее и дочери всех последующих поколений получили этот дар.
— Так вот кого мне надо благодарить за мою невесту! — я притянул ее к себе и поцеловал.
— Скоро как раз представится такая возможность, — ответила она. — Идем.
Мы спустились по лестнице и в густых сумерках прошли в смежный дворик, где стояла статуя женщины. Чтобы разглядеть лицо, пришлось задрать голову. Я подошел ближе и уловил смесь ароматов — все вместе они окутывали Богиню затейливым шлейфом.
— Если бы здесь был мой двоюродный брат, Тайтэн, он бы умер от восторга.
— Почему?
— Он обожает всю эту химию — создает духи и прочее. То, как благоухает ваша Богиня, его, несомненно, заинтересовало бы.
— Ты познакомишь нас? — Риэра заглянула в мое лицо.
— Не хотелось бы, но придется.
— Вы не ладите?
— Все довольно сложно.
— Что ж, захочешь — расскажешь. — Девушка улыбнулась и подвела меня к чаше, что стояла на высокой подставке у ног статуи. — А теперь пришло время обещаний. — Она взяла меня за руку и окунула обе наши ладони в эту чашу. По ощущениям ее содержимое было похоже на подогретое масло. — Это символизирует воду озера Богини. — Пояснила невеста. — Я, Касикандриэра, обещаю пред ликом Богини выйти за тебя замуж, Деметрий Цвейг. Обещаю быть хорошей и верной женой — все то время, что мне отпущено небесами. Отныне я твоя невеста.
— Что ж, тогда я, Деметрий Цвейг, обещаю пред ликом Богини стать твоим мужем, Касикандриэра. Обещаю быть хорошим и верным мужем — все то время, что мне отпущено небесами. Отныне я твой жених. Все верно, моя Касик?
— Да, — тихо прошептала она.
— А обещания быть покорной женой не предусмотрено?
— В браке важны не покорность, а уважение и понимание. Гаян, подай полотенце, пожалуйста. — Охранник взял белое полотно с вышивкой с другой подставки и попытался положить на ладони, что мы подняли над чашей, но ткань выскользнула, и вместо нее на них легла рука Гаяна.
— Прошу простить, — пробормотал он. Мужчина взял другое полотенце и положил его, наконец-то, на наши ладони.
На лицо принцессы набежала тень, но когда я собирался спросить, почему такая ерунда ее расстроила, она уже улыбалась, позабыв об инциденте. Или просто сделала вид. Вечером Касикандриэра вошла после тихого стука в мои покои. Увидев меня без рубашки, в легких шароварах и босиком, она вспыхнула.
— Я нравлюсь тебе? — мои руки легли на ее талию.
— Да, — на щеках горел стыдливый румянец.
— Почему ты смущаешься? — я приподнял ее подбородок пальцем и вгляделся в глаза.
— Потому что не испытывала таких чувств раньше.
— Ни к кому?
— Ни к кому.
Меня изнутри окатила горячая волна. Не думал, что пробуждать чувства в этой юной красавице будет настолько увлекательно и приятно!
— Я пришла составить тебе компанию за ужином, не возражаешь?
 
— Даже буду на этом настаивать.
Девушка кивнула челяди, что толпилась в дверях. Слуги поставили на пол большой поднос с красивой чеканкой, полный всевозможных яств, разложили вокруг подушки и наконец-то оставили нас вдвоем. Касикандриэра села на одну из них, ноги оголились, девушка тут же натянула на них подол.