Древняя душа (СИ)
Наполнившись ею, я почувствовал, как вскрикнула Риэра — даже ее жалила эта сила, Абигор-конь закачался подо мной, но получив мысленный приказ с угрозой расправы, устоял. Пальцы еще сильнее сжали управляющий кристалл. Пришло время чистой магии.
Риэра
Происходящее казалось сном, жутким кошмаром, но вот только сколько я ни молила Богиню-мать даровать мне пробуждение, ничего не помогало. Сидя на коне, моем Красавце, который на самом деле оказался демоном-оборотнем, инкубом Абигором, Архидьяволом, я никак не могла успокоить дрожь.
Мысли набрасывались со всех сторон — как люди Деметрия и демоны Люцифера друг на друга. Разум кипел, одновременно думая и о том ужасе, что творился вокруг, и о том, что Абигор знает, что произошло в заброшенном замке неподалеку от водопадов аек — все случилось прямо на его глазах, и том, что тело Падшего, который прижимает меня к себе, окутывает какая-то темная дымка, которая так сдавливает грудь, что у сердца не остается сил биться.
Пытаясь вырваться, хрипя от недостатка воздуха, я все же замерла, когда увидела другую дымку, которая поднялась на горизонте. Это было похоже на сизую тучу, что быстро разрастаясь, почему-то бежала по земле, направляясь к нам. Когда она приблизилась, стали видны всполохи огня, прошивающие ее насквозь. А потом из нее вышли они — огненные силуэты.
— Огневики, — устало, но вместе с тем горделиво прошептал Люцифер. — Так вас будут звать, мои творения! Идите же, враг там! — его рука указала на корабль Деметрия.
Огневики послушно свернули туда. А мне вспомнилось, как няня боялась пожара и всегда тщательно проверяла растопленный камин, перед тем, как улечься спать. «У огня не бывает хозяев». Так она говорила. Он сам себе господин, творит, что пожелает, и не потерпит ничьих приказов.
Под стопами огневиков, спускающихся с горы, оставалась лишь пережженная земля, не способная оправиться и вновь стать плодородной. Все уходили с их пути — и люди, и демоны. Даже Мархозий, превратившийся в жуткое чудище, отпрянул в сторону. Да что там, и у Люцифера сердце билось, как сошедшее с ума — я чувствовала его спиной.
Те волны, что изрыгало оружие Деметрия, проходило сквозь них. Беспрепятственно подойдя к «Резолюту», огненные существа замерли. Один из них вышел вперед и будто погладил рукой черный борт. Металл под его ладонью застонал, будто живой. Огневик склонил голову на бок, словно ему было интересно, что произойдет дальше. Обшивка начала плавиться. Светло-серые раскаленные капли потекли из-под его руки.
Через секунду огненные силуэты плавно развернулись и, как пожар, когда ветер меняет направление, двинулись обратно, прямо на демонов. Люцифер ахнул. Конь-Абигор всхрапнул и начал отступать. Всего секунда и мы вновь оказались в долине. Падший спрыгнул с лошади и, не глядя на меня, снова сжал кулон на шее, с помощью которого, как я поняла, управлял и пауками-мутантами, и огневиками.
Вернее, последними он лишь пытался управлять. Но, похоже, сотворил силу, которая не терпела приказов. Все попытки развернуть огневиков не увенчались успехом. По искаженному лицу мужчины тек пот. Хриплый шепот срывался с губ с запинками. Он шатался. Я подошла к нему и помогла подняться, когда Люцифер рухнул на одно колено. Приняв помощь, он тут же оттолкнул меня и коротко бросил, открыв глаза и посмотрев на Абигора:
— Увези ее отсюда, живо!!! — мутный красный взгляд лег на меня, — Риэра, не спорь!!!
Последним, что я видела до того, как конь умчался, были огненные силуэты на горном пике.
Алатар
Коварство отца потрясло меня. Когда мы взмыли в небеса, ветер лег под крылья, подарив привычный восторг. Отдавшись ему, я не сразу понял, что он делает. Но когда осознал… Такого стыда не испытывал за всю свою жизнь! Владыка суши нарушил Клятву — такого не бывало с самого первого дня существования нашей расы в этом мире!
Не в силах следовать за ним, покрывшим и меня несмываемым позором, я покружил над долиной, снедаемый болью от осознания того, что Риэра стала свидетельницей этого. Из горла вырвался крик отчаяния. Крылья не держали, словно даже ветру я был теперь противен. Пришлось приземлиться неподалеку от того града, что построил Падший.
Обернувшись, я переоделся и замер на холме, глядя на битву, что развертывалась в долинах по обе стороны горной гряды. По иронии судьбы у меня оказалось самое выигрышное в плане обзора место. С него прекрасно были видны и демоны, и пришлые. Кто победит? Лишь Богине известно. Да и все равно, это не изменит того факта, что драконы дали Слово и не сдержали его!
— На чьей ты стороне? — раздалось рядом.
— Кто ты? — я с досадой посмотрел на мужчину с серыми глазами. Тот самый, которому Риэра отдалась в развалинах замка, заставив меня сойти с ума от ревности. Откуда он здесь?
— Вопросом на вопрос. — Он с усмешкой кивнул сам себе. — Слыхал, что от драконов ответа не дождешься, что ни спроси!
— Кто ты ей? — в лоб спросил я то, волновало больше всего. — Кто ты Риэре?
— А ты? — сероглазый напрягся, усмешку с лица моментально сдуло.
Мы замерли, глядя друг на друга и сжимая кулаки. Одна Богиня ведает, чем бы все это закончилось, если бы за нашими спинами не раздался юношеский ломающийся голос:
— Мужики, помогите!
Мы обернулись. Переминаясь с ноги на ногу, на нас умоляюще глядел тот самый бастард Асатара, которого пригрела Риэра. Сар, кажется.
— Чего тебе? — спросил я.
— Риэра!.. — выдохнул он и скривился, по лицу потекли слезы.
— Что с ней? — хором рявкнули мы с сероглазым, шагнув к нему.
— Он-на… Это… — паренек захлебнулся в рыданиях.
— Да говори уже толком! — я встряхнул полукровку так, что у него голова запрокинулась. — Не реви!
— Ри сказала Эльви, что это все из-за нее, — зачастил тот. — Вся в-война из-за нее. Она дура, но чего с нее взять, баба ведь! Решила вернуться к Д-деметрию этому проклятому, чтобы тот прекратил всех убивать и убрался восвояси!
— Только не это! — ахнул сероглазый. — Риэре нельзя к Деметрию! Он за побег ее…
— Где она сейчас? — я снова встряхнул парня.
— Там! — тихо ответил он, ткнув пальцем в небеса.
Мы подняли головы и проводили взглядом голубую драконицу, что пролетела над нами. По направлению к стальной птице, упавшей с небес.
— Теперь отвечу на твой вопрос, — мой взгляд лег на бледное лицо сероглазого, — я тот, кто тоже ее любит. — В глазах соперника плавилась такая боль и ужас, что мне даже против воли удалось посочувствовать ему. — Нам придется объединиться, чтобы помочь Риэре. Сможешь довериться мне?
— Ради любимой сделаю все, что потребуется!
— У меня будет только одно условие, — я начал стягивать одежду, — увези ее подальше от Люцифера. Он губит все, к чему прикасается. Пусть она будет счастлива и находится в безопасности.
— Сделаю все для этого!
— Хорошо. — Это то, что мне нужно было услышать. Приняв облик силы, я подставил сероглазому крыло и, когда вцепился в мой загривок, взвился в воздух.
Деметрий
Пожалуй, это была самая сложная из всех битв, что мне приходилось вести! Но тем увлекательнее — и драконы, и эти чудища, и огненные создания — вот бы из таких армию создать, цены бы им не было! Правда, не похоже, с ними можно договориться.
Ну, да ладно, достаточно того, что адреналин кипел в крови, запах крови, смешиваясь со смрадом кишок и поджаренной плоти, щекотал нос. Вот она, моя стихия, необходимая мне, как рыбе вода, без нее сгину. Достойный противник — лучшее, что судьба может дать мужчине. Тут уж или сладкая победа, или горькое, но заслуженное поражение. Лишь так и стоит жить!
Когда огненные отошли от «Резолюта», который стонал, плавясь под их руками, и направились на демонов, я так и не понял, что произошло. Но вскоре стало не до этого — в небе появился дракон. Решили все-таки принять бой? Или среди них выискался герой?
По моему кивку выкатили пушку, заряженную гарпуном. Огромная стальная стрела с концом, как у рыбацкого крючка, должна была пронзить крыло этой твари — в этом слабое место ящеров. А уж уронив ее на землю, мы с удовольствием добьем зверюгу!