Древняя душа (СИ)

— Они должны понести наказание! — драконица гневно сверкнула глазами.
— Несомненно. — Люцифер взял ее за руку. — Давайте прогуляемся и все обговорим.
Они отошли от нас. Пару раз прошли по дорожкам, обогнули фонтан. И вернулись.
— Риэра, мы уходим. — Люцифер подошел к нам.
— С удовольствием! — она облегченно выдохнула.
И тут раздался мужской крик:
— Риэра!!! — к нам подбежал мужик с белыми волосами и сграбастал мою Ри в объятия. Чего за нафиг? — Жива! Ты жива! Слава Богине! — хохоча и одновременно плача, этот умалишенный начал ее целовать. У них у всех тут, что ли, чердачок-то покоцан нахорошо?
— Не смей! — так грохнул Люцифер, что в саду, наверняк, подохли все птицы. Оторвав беловолосого от Ри, он так вдарил ему, что тот отлетел и снес фонтан.
— Не надо! — Риэра бросилась между ним и Падшим, что явно хотел продолжить мордобой. — Не трогай Алатара!
Так это правящему принцу прилетело? Я вгляделся в него. Постойте-ка! Это же Тар, тот мужик, что к Ри клинья подбивал, когда мы при храме жили! Бородой зарос, не узнать. У этих взрослых ничего не поймешь!
— Теперь тебе его жалко стало? — прошипел Люцифер, подойдя к Риэре. — А знаешь ли ты, что твой разлюбезный Алатар тебя изнасиловал?
— Что? — не один я, похоже, ничего понять не мог.
— Драконье внушение. Слыхала о таком?
— Нет.
— Он приказал тебе хотеть его. Внушил. Видела, как его зрачок стал иглой? Так это работает. Этот мерзавец подчинил тебя себе, а потом делал с твоим телом все, что хотел! — Люцифер ощерился в усмешке. — Теперь тоже будешь его защищать?!
— Нет, — прошептала Ри, качая головой и отступая в сторону. — Не буду.
— То-то же! — Падший развернулся, но ударить эту мразь не успел, потому что я оказался проворнее.
Не помню, как меня оттащили от этого гада Алатара. В себя пришел, только когда мы вышли за ворота и забрались на драконов, на которых, видимо, прилетел Люцифер и его слуги. А ведь правящий принц, получается, мой дядя? Нет уж, не нужны мне такие родственнички! На всю головушку больные! Хватит мне и Ри, она лучше всех!
Дорогу домой мы молчали. Риэра всхлипывала, прижав меня к себе. А когда приземлились в Пандемониуме, они с Люцифером ушли в его дом. Я получил приказ идти домой с Эльви и даже носу не высовывать на улицу. Чувствую, теперь из-под домашнего ареста до седых яиц не выйду, эх!
Риэра
— Идем. — Не терпящим возражений тоном сказал Люцифер, когда мы слезли с дракона.
Я молча прошла за ним в гостиную и села на диванчик. Стоя ко мне спиной, он налил себе вина и начал пить.
— Прости, пожалуйста. — Что еще скажешь? — И спасибо тебе.
— Ты понимаешь, что все твои проблемы из-за этого отродья, полукровки?
— Не все. Он всего лишь ребенок, Люцифер.
— Не твой ребенок!
— Как раз мой.
— Ты могла погибнуть! — мужчина резко развернулся. Глаза полыхали гневом. — Алатара убила бы тебя, не задумываясь, если бы я не подоспел вовремя!
— Спасибо, — вновь устало повторила я.
— Не говоря уже о том, что теперь ей известно, что ты жива! Эту проблему мне тоже удалось решить, — он усмехнулся, — но даже не представляешь, чего это стоило!
— Так скажи.
— Я вовсе не обязан все тебе докладывать!
— Тебя когда-то об этом просили?
— Риэра, послушай меня внимательно, — Падший поставил стакан на стол и пристально вгляделся в мое лицо. — Если ты хочешь остаться в Пандемониуме, тебе придется выбирать: или я, или этот бастард!
— Ультиматум?
— Скорее приказ! — мужчина язвительно усмехнулся.
— Ультиматум в приказном тоне, — я с горечью усмехнулась. — Знаешь, Люцифер, они меня всю жизнь преследуют. В детстве мать травила за то, что брат умер по моей вине — или это она так решила, возложив на мои плечи ответственность за то, в чем, вероятно, была повинна сама. Или живи, утопая в ненависти, или умри.
Пришлось задержать дыхание, чтобы унять слезы, горячей влагой подступившие к глазам, и лишь потом продолжить:
— Примерно так же поступил Деметрий, уже рассказывала, если ты помнишь. Гаян тоже не особо предоставил мне свободу выбора, просто сделал так, как считал нужным и все. — Я встала. — Так что ультиматумами, да еще в приказном тоне, сыта по горло. Принцесса я, конечно, бывшая, но уважать себя не разучилась.
 
— Со мной ты можешь стать королевой!
— А кто тебе сказал, что я жажду ею стать? Это только в сказках красиво. В жизни, Люцифер, власть только и делает, что уничтожает — в первую очередь того, кто ею владеет.
— Предпочитаешь нянчиться с этим ублюдком и остаться никому не нужной? Никто ведь не позарится на такое счастье, разве только так, как поступил Алатар! — Падший бил по больному и явно с удовольствием. — Выбирай, Риэра, или я, или этот полукровка! — Выбор прост, — я пожала плечами. — Сар — мой ребенок.
— Тогда тебе более не рады в Пандемониуме!
— Уже поняла.
Мне оставалось только выйти из комнаты, смахнуть слезы со щек и пойти домой. Хотя это не мой дом отныне. Там живут Мулцибер, Эльви и крошка Эва. Но у нас с Саром тоже есть место, где любят и ждут.
— Риэра! — ахнула Цета, когда мы с Саром, виновато прижимающим ушки у голове, подошли к ней, как всегда, в свободное время копающейся в любимом цветнике. — А я уж думала, никогда тебя не увижу! — она крепко обняла сначала меня, потом Сара. — Столько всего передумала, когда вы исчезли вдруг! Что случилось?
— Ничего особенного, — я через силу улыбнулась. — Мне пришлось, как цветку, срочно переселиться на другую клумбу, но там прижиться не получилось. Примешь обратно?
— Конечно! — настоятельница вновь прижала меня к себе. — Это твой дом. Здесь ты в безопасности, Риэра!
Вот это вряд ли. Но выбора нет.
Глава 6 Выбор
Горан
Мы вернулись на виллу в Колумбии, где нас уже, как оказалось, ждали — Хранители и Охотники, которых прислали Давид и Данила. Элитные силы на помощь Саяне. Конечно же, в большинстве своем, мужчины. Теперь у нас полон дом красавчиков — их как специально подбирали! Супруга хихикает, а вот мне не до смеха. Только избавился от одной причины для ревности, шахтера этого проклятого, как появились десятки других! И каждый из них глазеет на нее! Вот только попадитесь мне, Давид и Данила!
Заварив Саяне чай, я взял кружку и прошел в спальню. Она стояла у окна, в темноте, глядя на мир за окном. Это мое любимое время. Все дневные заботы оставлены позади. Сытые малыши спят в колыбели. Сейчас любимая принадлежит только мне!
Она берет чашку, вдыхает аромат трав и улыбается. Я встаю сзади, обхватываю тонкую талию и прижимаю Саяну к себе. Желание накрывает огненной волной. Всегда хочу ее! С каждым днем все сильнее. Член наливается возбуждением, причиняя боль. Не хочу торопиться. Смаковать каждое мгновение, наслаждаться супругой, окунуть ее в непереносимое блаженство — такое же, что она так щедро дарит мне!
Вдыхаю аромат волос, целую шею и замираю, ожидая ответа Саяны. Если она, ушедшая в свои мысли, не отреагирует, сойду с ума. Всю ночь буду изводить себя, думать, что охладела ко мне, не пылает, как раньше, стоит прикоснуться. Может, желает другого? Что, если никогда больше не захочет меня?
Знаю, что идиот. Понимаю, что утром она проснется, подарит первую сонную улыбку, притянет к себе и сделает с мужем все, что захочет. Однако от этого не легче — потому что ночью я буду один на один со своим самым большим страхом — потерять ее.
Но любимая легонько поворачивает голову набок, подставляя шею для поцелуев. Перехватывает дыхание от переплетения эротизма этого движения с предельной доверчивостью Саяны. Ласкаю нежную кожу, вдыхаю ее аромат и дурею от того, что дыхание супруги учащается. Она ставит чашку с недопитым чаем на столик и откидывается назад, поглаживая мои руки.
 
Слегка поддразниваю ее, в ответ поглаживая бедро. Медленно, очень медленно подхватываю пальцем край платья и веду горячую дорожку по нежной коже вверх, до полоски трусиков. Накрываю ладонью плоский живот — прохладный, как горный ручей. Она уже подрагивает, изо рта вырываются тихие постанывания. Глажу ее, поддевая белье, искушаю, на секунду скользнув под ткань одним пальцем.