Северный ветер (СИ)

Свое предназначение было и у Хенрика. Агнару считал большой удачей, что сын западного правителя оказался смелым и достойным юношей, а главное - он смирился со своей судьбой. Агнар был уверен, что однажды Хенрик найдет свое место в их мире.
Ему было жаль расставаться с мальчиком, когда тому пришлось уехать с Рагнейд, но так было лучше - у королевы он будет под защитой, покуда все не успокоится. А уж потом сможет и сам постоять за себя - в этом воин не сомневался. Порой Агнар даже ловил себя на желании, чтобы его будущий сын походил на этого чужеземного паренька - силы духа ему было не занимать.
Почувствовав запахи жилья – дыма, скотного двора – Агнар невольно улыбнулся. Он очень скучал по дому и тому счастливому времени, когда вернулся из похода, а Ольга встретила его с любовью и лаской. И пусть они немало пережили, теперь им предстояло обрести еще большее счастье – ребенка.
Но сначала они с Ольгой должны были заехать к той, кто, без сомнений, ждала их долгими холодными вечерами. Едва они остановились у знакомого дома, как оттуда выбежала женщина. Агнар спешился, а Ольга слезла с повозки, и вот уже все трое крепко обнялись.
- Как же я тревожилась! – восклицала Халла, прижимая к себе то названного сына, то его жену. – Слава богам за то, что вернули мне вас! Иначе, клянусь, пошла бы следом на тот свет…
- Скажешь тоже, - пробормотала Ольга, утирая невольные слезы. Оказавшись в объятиях Халлы, она почувствовала, что дома, и была счастлива.
- Погоди еще, не все дела сделаны, - засмеялся Агнар, но и он искрился радостью. Не стал он говорить Халле, что и они сами не чаяли свидеться вновь.
- Пойдемте же, я вас накормлю, небось голодны, как волчата… - засуетилась Халла, потянув Агнара и Ольгу в дом.
Едва Ольга, оказавшись на пороге, скинула плащ, Халла уставилась на нее. На лице ее проступала несказанная радость, и женщина вновь кинулась обнимать ее.
- Неужто боги подарили нам дитя! – приговаривала она. – Будут у меня внуки!
Глаза Агнара заблестели. Воистину мать она ему, навеки! Пусть и не по крови.
Когда радости и волнения улеглись, ужин был съеден, а славная медовуха затуманила голову, Халла спросила:
- Что же случилось? Тут много слухов ходит… О том, как разом полегло несметное войско драугров, как сама земля дрожала, а небеса стонали от злодеяний этих тварей. О том, как рыжая бестия, что вела их, сгинула навсегда. Неужели все - правда?
- Истинная, - кивнул Агнар, а Ольга подавила вздох и опустила глаза. Ей не хотелось снова говорить о том, что произошло, но она знала, что должна. Должна сказать Халле, что случилось на самом деле.
- Но отчего же они сгинули? – воскликнула Халла. – И было ли их столь много, как трезвонят на каждом углу?
- Их было еще больше, - тихо проговорила Ольга. – Мы думали, что… Но случилось чудо.
- Говорят, у нордов есть сильная ведунья? – прищурилась Халла. – Ее работа?
- Нет, - чуть помолчав, ответил Агнар и кивнул на жену: - Это ее.
- Как так? – не поняла женщина. – Неужто ты колдовать научилась? – обратилась она к Ольге.
И Ольга рассказала. О том, как едва не потеряла Агнара, как отказалась уйти со своими земляками и ждала неминуемой гибели. И, самое главное, о том, что поведала ей ведунья Сага. С каждым словом глаза Халлы наполнялись слезами, а губы дрожали. Гладила по руке она чужеземную, некогда, девицу, которая стала ей как дочь теперь, и которая спасла их всех.
Спасла, потому что любила всем сердцем человека, захватившего ее в плен, но дарившего лишь радость и ласку. Того, кто не должен был стать ее мужем, кого поначалу боялась и избегала – но истинное чувство неподвластно ничему, и только богам дано знать, что уготовано каждому.
Но не только Ольга стала спасителем северного народа. Не полюбила бы она Агнара, не будь он тем, кто есть – отважным храбрым воином с чистым сердцем. Хитрая судьба не позволила ему занести руку над ее родными, она свела вместе двоих из разных миров, но с единой душой.
И отныне они принадлежали друг другу.
***
 
Рагнейд, Эрлинг и их свита вернулись в родные края много раньше, чем Агнар и его жена. Ожидаемая боль и тоска сжимали сердце королевы, когда она оказалась во дворце, ведь Вестара там больше не было. В каждом уголке ей мерещились его темные глаза, широкая улыбка, слышался его голос…
Но он оставил ее ради нее самой. Всем своим сердцем Рагнейд болела о своем народе, и боги решили наделить ее ребенком, что изменило все. И она знала, что обретет с его рождением нечто большее.
Постепенно боль утраты стала слабеть. Рагнейд знала, что никогда не забудет Вестара и не разлюбит его, но ее ожидало иное. С каждым днем она ощущала все большую радость от предстоящего рождения малыша, и прочно поселилось в ее сердце чувство материнства – самого главного.
Ярл был безгранично рад, что жена, наконец, подарит ему наследника. Тревоги и страхи остались в прошлом, и даже давний соперник, ослабнув, отступил. Куда меньше желчи и гнева осталось в душе правителя, он окружал супругу заботой и лаской, став, также, прислушиваться и к ее мудрым советам. С иной стороны взглянул он на договор с западным лордом, на многое другое, что говорила ему Рагнейд. Словно тучи рассеялись над его душой и севером, позволив солнцу обогреть вечно холодные земли.
Лишь долгими вечерами королева позволяла себе отдаваться воспоминаниям о тех мгновениях любви, которые даровала ей судьба. И пусть они не повторятся, но теперь Рагнейд знала, что такое настоящее счастье – любовь, которую она испытывала к будущему малышу, к темноглазому воину, волей богов покинувшему ее, ко всем людям, что жили рядом. И это грело ее сердце, даря надежду на светлое будущее для них всех.
Да будет так!
  
Эпилог
 
Добрый конь вез всадника в деревню. Давненько не бывал здесь путник, но места казались ему знакомыми. Столько воды утекло, и все равно он помнил все так, словно был тут лишь вчера.
Небо чуть хмурилось, накрапывал дождь, но ни это, ни холодный северный ветер не тревожили воина. Он давно привык к суровым землям, где стал взрослым и обрел то, чего никогда не чаял получить.
Когда показался знакомый дом, всадник улыбнулся сам себе. Да, все тот же, только двор стал шире и оброс хозяйственными постройками. В каждой мелочи чувствовалась рука доброго хозяина, который любит свой дом.
Не доехав пару десятков шагов, воин спешился и, взяв коня под узды, повел его с собой. Не хотел он пугать маленьких ребятишек, что со смехом играли во дворе, и лишь наблюдал за ними, подходя ближе.
Едва воин взялся за створку калитки, на пороге показался и хозяин. Высокий, светловолосый, сильный – словно и не было минувших зим, а невзгоды, выпавшие на его долю, лишь закалили и без того твердую натуру. Не замечал его пока Агнар, тепло глядевший на детей, а следом показалась и его жена.
Такая же красивая, заметил воин. Только взгляд ее изменился – в нем больше не было той тревожности и страха, которые помнил он после их первой встречи. Теперь Ольга светилась любовью и счастьем, которые дарила ей ее семья.
Сбежав по ступенькам, она ловко ухватила обоих ребятишек, чумазых и хохочущих, и повела их дом – как догадался путник, обедать. Агнар проводил их взглядом, поднял глаза и лишь тогда заметил его.
Улыбка озарила его суровое лицо, и, не раздумывая, пошел он навстречу воину.
- Что же ты стоишь, Хенрик? – молвил он. – Входи же! Какие дела привели тебя к моему очагу?
Хенрик, кивнув, направился к нему. Много всего случилось с момента их встречи в Уэзексе, много мог рассказать он Агнару. Но сейчас он был рад увидеть старого друга – того, кто научил его верить в себя и быть сильным. Кому он будет благодарен до конца жизни.
Не знал воин, что ждало его впереди, какие испытания выпадут на его долю, но готов был стойко и с честью встретить все.
Впрочем, это будет уже совсем другая история.