Призрак Демона (СИ)

— Понимаю. — Удивительно, но я действительно его теперь понимал, хотя раньше язык, на котором говорили все окружающие, был для меня незнаком. 
Хозяин удовлетворённо кивнул, махнул рукой надсмотрщикам, и меня вывели из палатки, куда привели час назад. Получается, этот жадный тип заплатил магу, чтобы я изучил местный язык. Кажется, меня готовят под конкретного покупателя, иначе я не вижу причины вкладывать больше десятка золотых в какого-то там раба.
Отвели меня в мою клетку. За последние дни я к ней уже привык, даже считал её своеобразным домом. Петанию, девочку, которая жила в ней вместе со мной, можно даже считать моей женой. Мы спали вместе давно, уже в первую ночь она сама пришла ко мне, оседлала, не обращая внимания на мои стоны от боли во всём избитом теле.
— Привет, Дар. — Сразу же улыбнулась она мне. — Как всё прошло?
— Замечательно. — Теперь мы хоть сможем с ней поговорить, как нормальные люди, а то только именами и смогли обменяться. — Я теперь тебя понимаю.
— Я очень рада. — Не знаю, как раньше, но сейчас она довольно равнодушно мне отвечает. Когда она говорила на непонятном мне языке, я этого не замечал, а вот теперь вижу, что нет у неё ко мне ничего. Непонятно только, чего она тогда ко мне каждую ночь упрямо лезла, даже когда я был не в лучшем состоянии?
Настроение, которое и так было не очень, упало ещё ниже. Пока шёл, думал, что раз теперь мы понимаем друг друга, то я смогу уговорить её на побег. Но вот теперь шансы на это сильно упали.
План побега никак не вырисовывался. Теперь за мной постоянно следили, пол в клетке был дощатый, ничего быстро или незаметно не нарисуешь. С усмирителем на шее мне только и оставалась ритуальная магия, но не зря же я в своё время так усиленно изучал по ней всё, что смог найти в нашей библиотеке. И я рассчитывал на помощь девочки. Раньше.
— Петания, я тебе нравлюсь? — Задал я вопрос, который долго обдумывал, сидя на полу в углу клетки. Да, вопрос прозвучал глупо и жалко, но задать его было нужно.
— Ты симпатичный. — Кивнула она.
— Скажи, зачем ты каждую ночь приходишь ко мне, ведь я тебя не зову. — Видя, что она поморщилась, поспешно добавил. — Можешь не отвечать, если тебе неприятна эта тема.
— Пока я хожу к тебе, меня не берут к себе на ночь другие. — Тихо проговорила она, глядя в сторону. — А если я понесу от тебя ребёнка, то вообще оставят в покое до его рождения. Хозяин обещал.
И она серьёзно посмотрела на меня. Такой поворот я никак не ожидал.
— Ты одарённая? — Появилась у меня мысль.
— Да.
Вот теперь мне стало многое понятно. Этот хозяин купил меня как осеменителя одарённых рабынь. Мне ещё повезло, что я работаю над молодой и симпатичной, думаю, меня ждут впереди и не такие приятные ночи. Но для чего меня обучили местному языку, я до сих пор не понял.
* * *
Проснулся я от того, что какая-то лошадь громко заржала. Было ещё темно, судя по тому, что окружающие краски были для меня не такими яркими, как днём. В это время я старался не показывать другим свои глаза, поблёскивающие от любого отражённого света, ходил всегда прищурившись. Тут средние века, народ мнительный, решат, что я какой-нибудь монстр и прирежут, пока сплю.
Уже восемь дней мы с Сенилой в дороге. Сны парня, что раньше был в этом теле, не посещали меня давно, этот был немного неожиданным. Возможно, сон спровоцировало то, что эту ночь я засыпал в объятиях своей рабыни, которая всё же уговорила меня не обращать внимания на окружающих. Ну и оторвалась по полной, вопя в своей обычной манере, на всю стоянку. Не сказать, что мне было стыдно, скорее неудобно, женщин в караване на всех явно не хватало. Ко мне подходили за эти восемь дней дважды, с просьбой продать рабыню «на один раз», но я посылал. Любви ко мне это не прибавило, но мне с ними детей не крестить. Тут средневековье, подцепит она чего-нибудь у этих «джигитов», как я её буду лечить? Амулет лечения между ног запихивать?
Парень, которого я «спас», не обманул. На следующее утро, после того, как меня забирали в участок, от него ко мне пришёл скупщик, приведя с собой двух магов-оценщиков. Оценщики определили все мои трофеи из амулетов, рассказали, что и сколько стоит. Эксклюзивного или запрещённого (кроме амулета правды) ничего не оказалось, но и то, что было, стоило далеко не копейки. В общей сложности, то, что мы сняли с хозяйки борделя, с вора и напавших на меня наёмников, потянуло почти на полторы тысячи золотых, очень солидную сумму по местным меркам.
 
Камни я решил не продавать, мне сказали, что в столице за них можно выручить сумму гораздо большую, а алхимические зелья вообще никто брать не захотел, кроме как по цене «заплачу за тару». Символы на бутыльках были известны, но они, оказывается, полное название в себе не содержали, просто какие-то условные обозначения, понятные только самим алхимикам. А местные алхимики были из другой школы, и обозначения у них были свои. Нет тут латинского языка, единого для всех аптекарей мира, как на Земле.
Если прибавить те четыреста с лишним золотых, что были у меня до этого, то у меня набралось почти две тысячи золотом, а год учёбы в академии стоит девятьсот. Да ещё и в самом городе Кальден, столице империи, где и стоит Магическая Академия, мне обещали выдать две тысячи, как только я приду по указанному адресу и покажу кольцо, то самое, с клыкастой головой. Кстати, я внимательно рассмотрел кольцо, кажется, эта ушастая голова летучей мыши, а не кошки, как я думал вначале.
На то, чтобы оплатить учёбу на все три года, денег теперь хватало, даже оставалось на то, чтобы жить не на улице, и питаться не святым духом. Только вот учёба в империи начинается не осенью, как на Земле, а весной. А сейчас ещё лето, до начала учебного года ждать и ждать. Точнее, жить и жить, а ведь после получения мною официальных документов, я опять «ожил», о чём тут же доложат барону де Летоно, моему «папочке». До начала учебы, если я буду жить в столице, у него будет тысяча и одна возможность организовать мне «несчастный случай».
За документ Сениле, кстати, мне пришлось всё же заплатить, но я решил не придираться. Сумма в два золотых за официальную бумажку меня устроила, я и так заработал на трофеях больше, чем рассчитывал, нечего жадничать.
Подумав, я решил, что сразу отправляться в столицу с помощью графа по древним дорогам будет глупостью. Не стоит светить такую возможность, а то я сегодня тут получил документ, завтра там где-то официально засветился. Палево. Лучше подзаработать немного вдали от всех, поучиться магии. Заодно и от барона скроюсь на какое-то время. Рано нам ещё встречаться, слаб я.
Кстати, о магии. Этот скупщик нашёл в городе мага жизни по имени Сренотин, который посмотрел амулет, доставшийся мне в качестве трофея. И что интересно, граф этого мага знал, вспомнил, только услышав имя и то, что он маг жизни.
— Так этот слабосильный пройдоха приехал сюда, стоило только мне пропасть! Понятно! Мы с ним в разных группах учились и даже на разных курсах, но он как-то увёл у меня одну девицу из купеческих дочек. Мы тогда чуть не подрались, но до дуэли дело не дошло. Потом, правда, она и его бросила, ради одного аристократика, а мы же с ним из мещан. Вот мы и выпили с ним мировую, да и после учёбы общались иногда, пока я в армию не завербовался.
— Передать ему привет от тебя?
— Ты что! Если он узнает, что я в этой шпаге, можешь сразу попрощаться со мной. Да и ты, скорее всего, от него не выйдешь.
— Ты же сказал, что вы дружили. — Для меня «пили вместе» и «дружим» — одно и то же.
 
— Запомни, баронет: маги не дружат. Никто и ни с кем. Всё, что важно в жизни мага — это его сила, да ещё и развлечения иногда. Усилить себя за счёт пойманной сущности мастера магии не откажется ни один маг, и тем более этот слабосилок, а я слишком далеко от дорог перекрёстка, чтобы сбежать от аркана для душ.
— Я понял, про тебя молчу. 
— Вообще при нём не разговаривай со мной, он сразу же услышит. Я же тебе говорил, что маги могут общаться через сущности так, что их не слышат простые люди, хотя этого и не любят. При таком общении сущности взаимопроникаются, считается, что это опасно. Учти это, и никогда не разговаривай со мной, если рядом какой-то маг. Да даже если рядом просто одарённый, они тоже услышать могут.