Призрак Демона (СИ)

— Зачем? — Спокойно пожала плечами девушка, на этот раз поняв, что ей говорят. — Я не люблю кровь, она плохо отстирывается. — И ехидная насмешка. 
Опять она дразнит посторонних и опасных мужчин. Такое ощущение, что вот такое хождение по краю ей очень нравится.
— Ты нам угрожаешь? Твой хозяин такой крутой? — Один из парней почти прижал девушку вплотную к дереву, поставив руки с двух сторон и ограничив движение. — Но вот какая незадача, вряд ли в этом городе найдётся круче нас. — И они опять захихикали.
— Верните вещи и никогда с ним не познакомитесь.
— А если мы просто жаждем с ним познакомиться? — Парни вовсю веселятся. Не к добру это. Точнее, к трупам.
И когда я уже стану супермагом, чтобы не попадать вот в такие ситуации? Или хотя бы свой нормальный рост верну.
Сенила же только улыбнулась. Точно, сейчас я опять буду отвечать за ещё один труп. Или даже за два. В прошлый раз она точно так же задумалась, а потом резанула тётку по горлу, а отвечать-то пришлось мне! Как-то надоело постоянно убегать, хочется помыться, поесть, поспать спокойно. Попробуем сначала поговорить.
— Молодые люди, вам же ясно сказали. — Вышел из кустов, оказавшись за спиной этих двоих. — Оставьте то, что забрали и можете уходить.
— А ты кто такой?
— Это же вы так жаждали со мной познакомиться, а я баронет де Летоно. Но я ваши имена знать не желаю. Оставьте вещи и уходите.
— Зря ты так с ними. — Это граф высказался. — Такие только язык силы понимают. Убей их и пошли в город.
— Я всегда пробую сначала договориться по-хорошему. — Ответил ему я. Ну не хотелось мне никого убивать, глубоко в душе я мирный человек. Очень глубоко.
Раньше, когда во мне было два метра семь сантиметров, такое вежливое обращение к двум гопникам возымело бы действие обязательно. Но вот я позабыл, что теперь мне не тут.
— Слышь, пацан. — Парень, что удерживал Сенилу, смерил меня взглядом, осмотрев с головы до ног. — Вали, не видишь, люди заняты. — Точно, он мне напомнил. Переодеться надо, везде встречают по твоему внешнему виду.
— Говорил я тебе, не подействует. Всё, эти люди оскорбили благородного. Доставай шпагу, будем использовать мой способ разговаривать.
— Мне бы не хотелось никого убивать, нам же ещё в этом городе дела делать. — Ответил я графу, немного неуклюже доставая шпагу. Длинновата она для меня. 
— Ничего страшного, заняты, так заняты. — Сказал я уже парням, делая пробный финт. — Только вы бы разделись, что ли, а то неудобно будет заниматься друг другом-то!
— Чего? — Оба развернулись ко мне, чего я, в общем-то, и добивался. 
У них оружия было не видно, потому я решил покрутить у них перед носом кончиком шпаги, чтобы впечатлились, да в штаны наложили, но тут моя правая рука вышла из под контроля. Два укола в плечи одному, удар сбоку, порез до крови второму, а когда он схватился на порезанное плечо, укол в ладонь, и кончик лезвия у горла.
— Скажи им, что ты сегодня добрый, и только поэтому отпускаешь их живыми. — Жесткий голос графа уверил меня, что лучше действовать согласно его инструкции. — Хотя, по мне так, их бы следовало сразу убить.
— Ребята, у меня сегодня совершенно случайно хорошее настроение. — Тут моя рука опять дёрнулась и проткнула ладошку руку первого, который, оказывается, несмотря на пробитое плечо, умудрился достать нож. — И оно начинает портиться! — Теперь я зарычал уже совершенно искренне.
— Нет, нет, баронет, мы всё поняли! — Тут же зашептал в испуге второй парень, выставив вперёд свою окровавленную ладошку, словно защищаясь от меня. — Вот, мы оставляем ваши вещи и уходим. — И он сбросил с себя мою сумку, поморщившись от боли.
—Хозяин, они у меня деньги забрали. — Сенила обошла по широкой дуге этих неудачников, чтобы не закрывать мне маневр. Соображает. — А вот этот ещё что-то хотел от меня, и руки под платье совал без твоего разрешения. — И женский палец уткнулся в первого, которому я, оказывается, ещё и ногу пропорол.
Я постарался изобразить суровый взгляд. Нет, я понимаю, что суровый взгляд от пацана ростом полтора метра — то ещё зрелище, но что имеем, то имеем.
 
— Сенила, деточка, они искренне раскаиваются. — Решил я быть снисходительным и брутальным. — Правда, парни?
— Да. — Второй явно соображает лучше. И чего они всё шепчут, а не говорят? — Мы просим прощения у леди.
Ошейник он видит, но всё равно «леди». Вот что значит правильная мотивация.
— Видишь, они просят прощения. — Удовлетворённо кивнул я. — И раскаиваются в содеянном. 
Но вот только я зря хорошо подумал об умственных способностях девушки.
— Тогда пусть отдадут деньги. — Сурово сказала она, и шагнула к парням, закрыв одного от меня своей спиной.
— Спокойно, пацанчик. — Первый парень тут же приставил нож к горлу Сенилы. Упрямый какой. И оба плеча ему пробил и ладошку с ногой, а он всё не унимается. — Сейчас мы забираем чику и уходим со всеми вещами, а ты сидишь тут и не отсвечиваешь. Сечёшь?
— Видишь? — Голос графа был полон ехидства. — Если встретил таких среди леса — сразу убивай, нечего дипломатию разводить. Сделай шаг влево, я не могу контролировать всё твоё тело, ты слишком сопротивляешься контролю.
— Парень, мы же вроде договорились? — Сделал я последнюю попытку. — Отпусти девушку, и уйдёте живыми.
— Мы и так уйдём живыми, понял, барончик. — Не голос, а шипение какое-то. — А ты не дёргайся, а то порежу твоё личико. — Это он уже Сениле, которая с любопытством рассматривала нож у своего лица, стоя ко мне теперь боком. 
— Моё лицо принадлежит моему хозяину, оно денег стоит. — Категорично заявила она, каким-то плавным движением отводя одной рукой от себя нож и резко втыкая второй рукой кинжал в горло этому неудачнику. — А твоя жизнь не стоит ничего.
Мы с другим парнем открыв рот смотрели, как девушка вытирает кинжал об одежду очередной своей жертвы, хотя кровь уже начала впитываться, издавая привычное шипение. И это я уже начал привыкать, а вот парень явно был под очень большим впечатлением.
— Слушай, а в моё время ублажательницы имели запрет на причинение насилия. — Это был комментарий от призрака, который тоже, похоже, удивился. — Тебе самому с ней не страшно? — И очередной смешок, но, как мне показалось, немного нервный. Ему-то чего бояться, он же призрак!
А вот мне было ни разу не смешно!
— Нет, не страшно, меня это раздражает. — Совершенно честно зло сознался я. — Сенила, скажешь, и в этой смерти виноват тоже я? — Повысил я голос на девушку. Очень хотелось выругаться. Но нельзя, я теперь благородный. И ребёнок. Да и девушка рядом.
— Конечно, ты же мой хозяин. — Она уже как-то привычно охлопывала убитого по телу. Вот откуда у неё такая кровожадность и навыки обыска тел? — А я рабыня, я не виновата.
— Я вот тут подумал. — Я действительно об этом задумался на полном серьёзе. — А раньше, когда ты была ещё у старого хозяина, сколько за тобой числилось трупов?
— За последний месяц ни одного. — Она даже что-то нашла, что раньше ей не принадлежало, судя по тому, что я этих вещей не помню, а второй парень тоскливо провожает это глазами. Кстати, у убитого было не два ножа, а целая гора. Сенила с любопытством осматривала каждый, вынимая их из совершенно неожиданных мест, а потом бросала на землю.
— А раньше? — Мы же уже выяснили, что рабыня она больше года.
— Не помню. — Беспечное пожатие плечами, которое не прервало шмон. — Может и были, но вряд ли. Я хорошая, меня все любят. — И повернувшись к «ещё живому», спросила суровым голосом. — Сам всё отдашь, или мне поискать?
— Сам. — Буркнул шёпотом тот, покосившись на убитого. — Но можно мне сначала амулет применить?
 
— Какой? — Сейчас он как бахнет нас всех магией и спокойно уйдёт.
— Лечебный, иначе я могу умереть.
— Опасно, он что-то задумал. Вряд ли он так страдает от ран, как хочет показать, я аккуратно бил. — Тут же отреагировал призрак. — Лечебные амулеты только маги жизни могут определить, ты и не поймёшь ничего, если не маг жизни.