Двое для беглянки: мое хвостатое недоразумение (СИ)

– Мы предупреждали, старик!
Меня оглушил истошный крик. Находясь в ужасе, не сразу поняла, что он был моим собственным.
– Папа! – в панике я рванула вперед, чувствуя, как взгляд туманится от слез.
Все тело сотрясала нервная дрожь.
Мужчина хрипло вздохнул, а его глаза закатились. Ноги аяса подогнулись, и он тяжело рухнул на пол.
– Нет-нет! – затрясла головой, падая рядом с добродушным улыбчивым русалом. – Это неправда! Кентар… Папа! Ну же!
– Мы так не договаривались! – вдруг взвизгнула Хаяна, отталкивая от себя Рояла. – Он был мне нужен! Кентар должен был выжить!
– Так зализывай его раны, пока не подох! – усмехнулся Аргус и, резко дернув меня за руку, поднял на ноги. – Ты сама виновата! Он должен был спать, как и девка! Теперь уйди с дороги!
– Что? Хаяна? – шокировано ахнула я. – Ты… Бездушная тварь!
– Ой, да не смотри на меня так, – скривилась русалка. – Эти твои упрямцы мне только жизнь портили, как и их гребаная мамаша! Так был бы от них хоть какой-то толк… Но ведь не было! Еще и земную подстилку притащили. Что я должна была делать?
– Знаешь, как тяжело оказалось привести сюда стольких тауринов и не стать для них закуской, – заржал Аргус над моим ухом, прижимаясь к нему губами.
– Не прикасайся! – зашипела я, пытаясь вырваться.
– Хочу и буду прикасаться! – рявкнул в ответ он, больно хватая меня за грудь. – Ты наша собственность.
– Аргус, не здесь! – качнул головой Роял. – Идем! А ты, – обратился он к Хаяне, – Не смей звать помощь этому немощному, пока мы не скроемся! Попробуешь пискнуть, и последуешь за муженьком. Только сами аясы тебя туда отправят, когда узнают, кто спланировал нападение на Саяру.
Грубо дернув за руку, Аргус потащил меня к входному щиту. Брыкалась, сопротивлялась, кричала во все горло, чувствуя, как его начинает саднить.
– Закрой рот, девка! Пока я сам этого не сделал! – рявкнул удерживающий меня аяс. – Теперь ты наша!..
  
Глава 64. Неожиданная находка
 
Рохан 
Мы словно незрячие, плавали в указанном месте, исследуя каждый камень, каждую впадинку или скалу, и пытались понять, что именно так манит тауринов. Казалось, огромные рыбины и сами не до конца понимают, где этот самый источник, что усложняло нашу задачу.
Существа то и дело угрожающе проплывали рядом, намереваясь схватить нас. Пришлось еще убить двух, прежде чем удалось достичь дна, ведь судя по всему причину надо было искать именно там.
“Меня посещают мысли, что боги вновь нас наказывают”, – вздохнул Хаул.
“За что? Большинство аясов ведут себя сдержанно, соблюдая все нормы нравственного поведения”, – отмахнулся я.
Мне не хотелось даже думать, что происходящее – наказание за какие-то грехи, как было в прошлый раз. Ведь если это окажется правдой, остановить тауринов мы не сможем. Большинство аясов погибнут.
У самого же в голове крутилась мысль, не стал ли поступок Аргуса и Рояла последней каплей, вызвавшей необратимый процесс.
“Ты прав! Нет причин так думать”, – вздохнул брат, вновь принимаясь за поиски.
Не знаю, сколько еще мы провели времени на самом дне темных вод, скрываясь за камнями от проплывающих тауринов.
Возможно следовало заняться ими, дабы исключить риск новых повреждений барьера, но мы оба понимали, что нужно как можно быстрее найти то, что притягивает их.
Проблема заключалась в том, что мы даже близко не подозревали, как выглядит искомое.
Я мог предположить, что причина их интереса в какой-то съедобной приманке, но не чувствовал в воде ее запаха. Так же подумывал о детенышах, которые могли каким-то образом здесь оказаться. Да вот только у этих рыб не было родительского инстинкта. Они производили на свет живого таурина и уплывали, оставляя неокрепшее существо самостоятельно бороться за жизнь.
“Чертова бездна!” – рыкнул Хаул, теряя терпение, когда барьер затрясся от очередного удара.
Вообще, он всегда восстанавливался за счет света, проникающего с поверхности, вот только сейчас была глубокая ночь, и я сомневался, что эта тонкая мембрана продержится до рассвета, не говоря уже о том, что нужно время, чтобы трещины затянулись.
 
“Если мы в ближайшее время не найдет причину, все окажемся там!” – выпалил я в ответ на ругань брата, который недовольно фыркнув, поднял голову, наблюдая за проплывающим мимо существом.
“Рохан! – вдруг позвал он меня. – Сравни тауринов, ничего не замечаешь?”
Сделав так, как сказал Хаул, я присмотрелся, не понимая к чему он клонит. Таурины как таурины, ничего особенного вроде не было.
“Ну?”
“Они все самцы!” – выдал Хаул, рассматривая одно из существ, которое за счет вертикального хвоста и неповоротливой головы не могло посмотреть вниз на нас.
Точно!
Взволнованный этим нападением, я не обратил внимания на столь важный факт, лишь отметил, что эти твари крупнее тех, что приплывают чаще всего.
“Обычно самцы не агрессивны, – напомнил брат очевидное. – Но в этот раз все иначе. Обрати внимание, их цвет темнее… Они ищут самку, готовую к спариванию!”
“Думаешь, мы бы тут не нашли одну агрессивную тварь, к которой тянутся все эти клыкастые морды?” – возмутился я, откидывая идею брата.
“Да кто ж знает, – пожал он плечами, продолжая озираться по сторонам. – Возможно мы не там ищем… Или не то… Что ты хочешь найти?”
“Раньше мы использовали созданный Лейфтаром прибор, имитирующий брачный рев таурина”, – задумался он.
“Ага, самца, – кивнул я. – К тому же не забывай, что мы бы все услышали его!”
На самом деле все так и было. И если честно у меня просто не было идей. Но мысль о том, что где-то на дне скрыта самка этих хищников в голове не укладывалась.
“Таурины слишком крупные! Их и во тьме разглядеть можно!” – плыл я вслед за братом, который направлялся в непонятном направлении.
Аяс петлял от пещеры до пещеры, рассматривая углубления и небольшие впадины.
Словно одержимый какой-то идеей он двигался все быстрее, пробираясь сквозь ламинарии и ударяя поврежденным хвостом по воде.
“Черт… может я и не прав, – вздохнул близнец, проверяя очередное углубление в скале. – Я более чем уверен, что таурины здесь из-за желания спариться! – вновь заупрямился Хаул”.
“Ага, и поэтому они пробивают мордами барьер Саяры! – фыркнул я. – Заинтересовались русалками?”
“Не мели чушь! – скривился брат. – Лучше искать продолжай!”
Не уверен, сколько еще времени мы потратили на поиски, но оно показалось вечностью.
“Сдаюсь!” – в итоге вздохнул Хаул, поморщившись, когда барьер опять затрясся, а сквозь прозрачную перегородку мы заметили как поток воды увеличился.
И в этот момент я ощутил странный запах.
“Кровь… “– насторожился я, озираясь, в попытках найти источник.
“Она тут везде”, – проигнорировал меня близнец.
“Нет! Принюхайся! Эта другая!” – следуя на запах, я оплыл очередную скалу, петляя по открытым лабиринтам, течение в которых было слишком сильным.
Казалось, подводными реками оно пронизывало все дно, поднимаясь вверх. Даже цвет воды в этом месте менялся, да и температура была намного холоднее.
Запах все усиливался. По мере того, как мы плыли вперед, я его чувствовал все больше и больше. Уже и Хаул, следующий за мной, не на шутку забеспокоился.
Еще один поворот, и перед нами предстала пещера, прикрытая несколькими валунами.
“Помоги!” – мысленно попросил я брата, принимаясь оттаскивать камни.
Спустя пару минут мы справились, а то, что предстало перед нами в пещере, заставило застыть на месте.
В самом центре небольшой природной комнаты, привязанная к валуну за хвост, плавала акула… Да-да! Именно акула. Я видел таких в человеческом мире.
Она казалась дезориентированной. Ее движения были нечеткими, а взгляд рассредоточенным. К ее телу был приклеен какой-то мешочек с жидкостью, тонкой трубкой уходящий куда-то под живот существа… А из рваных ран текла кровь.
“Рохан, – озадаченно позвал меня Хаул. – Кажется, это самка… Они ее ищут! Оттого и агрессируют!” “Ничего не понимаю… Акулу? – фыркнул я. – И что это вообще за мешок? – осторожно приблизившись, я дернул за трубку, отчего одурманенная акула клацнула зубами, пытаясь вывернуться. – Дрянь какая-то! – скривился я, не желая самостоятельно разбираться, что в емкости”.