Эпоха Немезиды (СИ)

О, легка на помине…
— Вел?
Я покосился на открывшуюся прямо на ходу дверь вагончика.
— Привет, Эмили.
— Ты когда–нибудь уже от компа отстанешь? — с улыбкой поинтересовалась гостья. — Зомби видеть тебя хотят, все в гости идут, стучат — а ты не выходишь…
— Пятьдесят отжиманий. Семьдесят приседаний.
— Велес! — надулась Эмили. — Я же…
— Сто отжиманий. Сто пятьдесят приседаний…
Поняв, что я не в духе, Эмили усмехнулась, упала на руки и принялась отжиматься. Я вылез из–за компьютера, встряхнулся и занялся тем же самым. Не то, чтобы это было нужно, скорее это было полезно той части органики, что во мне осталась. Через какое–то время, когда мы закончили, я подполз по полу к сидевшей у стены Эмили и облокотился рядом. Извлек пачку сигарет, закурил. Ну, как закурил… зажженой сигаретой тут же самым наглым образом завладели. И применили по назначению.
— Харе сигареты переводить, киборг! Все равно толку тебе от них никакого…
— Ты не поняла, за что отжималась? — лениво поинтересовался я, зажигая другую сигарету.
— В жопу засунь свою субординацию, Велес. Понял?
Я махнул рукой, выпуская облако дыма.
— В боевой ситуации так же скажешь?
— Нет, конечно, — фыркнула она. — Просто… такая вот я в жизни. Привыкла делать и то, что надо, и то, что хочу, понимаешь?
— Натворишь чего — прикопаю.
— Есть, командир…
Вагончик слегка тряхнуло. Покосившись на тянущий меня старый «МАЗ», я оглядел окрестности. Мы заехали в какую–то деревню, свернули налево и двинулись по дороге из бетонных плит, уходившей вверх. После этого села должно было быть следующее, поменьше, но с железной дорогой. В конце бетонки, где она плавно превращалась в грунтовку, я решил объявить небольшой привал и буркнул в рацию:
— Тормозим.
Услышавший Линк, шагавший в авангарде, поднял манипулятор экза и остановил колонну. По периметру колонны тут же привычно рассредоточились бойцы. Я вылез наружу, махнув сержантам.
— Пройдемся, что ли?
— Думаешь, есть что–то интересное? — усмехнулся, открыв забрало, Регул.
— Да не знаю, — я ткнул рукой. — Вон те домики заинтересовали.
«Те» домики, как и все вокруг, выглядели пустующими. Но при этом отличались от других, деревянных. Три совершенно одинаковых квадратных четырехквартирных дома, обшитых бежевым профлистом с красными крышами. Относительный новодел. Им явно не больше пары десятков лет.
— Посмотрим… — пожал плечами успевший «распаковаться» Регул. — В принципе, домики не бедно выглядят, так что мало ли. В любом случае можно будет даже разместиться тут.
— И я так думаю, — кивнул я, открывая небольшие сени одной из квартир… И тут же отпрянул назад.
— Ты чего? — напрягся Регул.
— Там дрова. Свежие. Тут есть кто–то, однозначно.
— Однозначно, — резко ответил чей–то бас в унисон со звуком передергиваемого затвора. В окне, наведя на нас «Сайгу», стоял мрачный длинноволосый мужик. Впрочем, мрачен он был лишь долю секунды — до тех пор, пока не перевел взгляд с меня на Регула.
— Хрена себе какие гости к нам пожаловали…
Регул тоже остолбенело вытаращился на стрелка:
— Вот так встреча! Какого хрена ты тут делаешь?!
— Отсиживаюсь. Думаю, закончится мракобесие и снова рвану куда–нибудь, — проворчал мужик. — Тон, ты хоть познакомь меня со своими, что ли…
— Тон? — глянул я на сержанта.
— Ну как бы меня так зовут те, кто знал меня по гражданке, — скривился Регул. — Но лучше по прозвищу, так привычнее. Уже на имя–то сложно отзываться… Ладно. Это, собственно, Чомга — мой давний приятель, музыкант и путешественник.
— Ну и обозвали же… — усмехнулся я.
— А мне пойдет. Со школы осталось еще. Не «жопа с ушами» и ладно, — хохотнул отрекомендованный. — И запомнить легко. А ты по другому себя как–то зовешь?
— Регул.
— Звучит. И что у вас за караван?
— Чаем угостишь, сигару скрутишь? У тебя же вечно табак где–то заныкан.
— Ладно, входите, — пожал плечами Чомга.
Я обернулся и крикнул в колонну:
— Линк, привал между этих домов! Снимаемся завтра с утра!
Подняв манипулятор, сержант дал понять, что услышал. Мы же с длинноволосым и Регулом зашли в квартиру. Ого… Удивительно чисто. А парень бережет свою конуру. Несмотря на апокалиптическую обстановку.
 
— Электричество еще работает, но ничего не включаю, извините. Берегу. Иногда несколько дней приходится сидеть, от прохожих скрываясь.
— Каких?
— А таких, что все из себя зомбированные, — проворчал длинноволосый, извлекая из потертого кухонного шкафа литровую пластиковую бутылку с мутной жидкостью.
— Самогон. Будете?
Я кивнул. Длинноволосый раздал нам по стакану. Мы выпили, не чокаясь. Я широко открыл глаза и удивленно глянул на стакан. Надо же… как пьется легко.
— А где все? — поинтересовался Регул, отставив тару.
— Да глубже ушли. В тайгу. Скучковались и выживают. Как могут. Понемногу, правда, их все меньше становится — то зомби станут, то они же их и сожрут немножко…
— А ты чего не мутируешь? — удивился я. — Сейчас вирус почти во всех есть, планета в очереди за вакциной стоит, а кто сопротивляется и не колется — здравствуй, зомбожизнь.
— Как бы… не знаю. Вроде как алкоголь спасает. Случайно понял, что все вокруг либо бегут, либо болеют, а я — нет. Я и раньше пил постоянно, а сейчас так вообще. Дезинфекция, видимо. Зараза не липнет. Ну и… — лохматый показал глазами на стоявший на подоконнике панорамный противогаз. — Вроде помогает.
— Да нет. Бред. Чтобы все бухарики да вдруг не болели… Дичь какая–то, — поморщился я. — Наверняка дело в другом.
— Сейчас проверим, — Регул высунулся в окно. — Немезида! Заглянь. Захвати диагност.
С жужжанием в оконный проем влетел дрон. Чомга вытаращился, передавая взглядом крайнее удивление. Дрон подлетел, опустил перед Регулом на стол диагностический прибор и отлетел в сторону.
— Так. Руку дай.
Прижав прибор к внутренней стороне локтя Чомги, Регул взял анализ крови и вернул прибор Немезиде.
— Пока сверни нам папиросок, скоро будут результаты.
— Это можно… — кивнул Чомга. — Так что за караван? — снова спросил он, умело манипулируя с газетной бумагой и табаком, извлеченными из ящика стола.
— Считай, что мы сами по себе и это не нравится новой власти, — хмыкнул я. — Вот и уходим подальше… тоже.
— А с вирусом как справляетесь? — недоверчиво посмотрел на нас Чомга. — Вроде не пьяные…
— Справляемся, — коротко отрезал я.
«ВНИМАНИЕ. РЕЗУЛЬТАТЫ АНАЛИЗОВ. В КРОВИ ОБНАРУЖЕН ВИРУС Z26–1.4 В ЗАМЕДЛЕННОМ СОСТОЯНИИ. ПРИЧИНА НИЗКОЙ АКТИВНОСТИ ПАТОГЕНА: ПОСТОЯННАЯ ВЫСОКАЯ КОНЦНТРАЦИЯ ВЕЩЕСТВА C2H5OH (ЭТИЛОВОГО СПИРТА) В КРОВИ ПЛЮС НАЛИЧИЕ НЕКОГО ИМУННОГО ОТВЕТА, СДЕРЖИВАЮЩЕГО ВЛИЯНИЕ ПАТОГЕНА. ВНИМАНИЕ! ПОТЕНЦИАЛЬНО ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ! АНАЛИЗ ПРОДОЛЖАЕТСЯ. РЕКОМЕНДАЦИИ: ТРЕБУЕТСЯ УКОЛ ВАКЦИНЫ — В ЛЮБОЙ МОМЕНТ МОЖЕТ ПРОИЗОЙТИ ВЗРЫВНОЙ РОСТ АКТИВНОСТИ ПАТОГЕНА.»
— О как! — удивленно воскликнул Регул, глядя перед собой. Видимо, ему тоже прилетело.
— Что такое? — не понял Чомга.
— Анализ готов. Парень, да ты все–таки заражен.
— Что… В смысле? — подскочил он. — Но… Я же…
— Болел чем–нибудь раньше? Может, другим вирусом каким–то? Или что? У тебя иммунный ответ действует. Зараза замедлена. И чуток бухло помогает.
— Вроде… не знаю я, — поморщился Чомга. — Не помню… И что теперь делать?
— Да не бойся, сейчас исправим положение, — хмыкнул Регул, снимая рюкзак и извлекая из него коробочку с особыми зелеными ампулами. Таким даже не нужен был шприц — просто прижать к сгибу локтя острым концом и все. Что Регул и сделал.
— Часиков через шесть обследуешься еще разок. Сейчас будет немного лихорадить, но это норма.
— Это что?
— Сироп веселящий, блин, — хохотнул Регул. — Вакцина, конечно.
— Хрена себе… вы кто вообще такие? — внимательно посмотрел на нас Чомга. — Вооружены до зубов, бегаете от властей, еще и вакцина есть… вот дела–то…