Соннасарнова. Элит (СИ)

— Значит, будем туристами! — довольно усмехнулся Кэйн.
— И когда назначена увеселительная прогулка?
— Как только пойму, где приобрести визу.
Кира привычно хлопнул дверью хаммера и, не глядя по сторонам, погруженный в свои мысли, направился к дому. Прямо на него ощетинились две большие самонаводящиеся пушки. Это несколько пугало.
— Что за?.. — Кира возмущенно остановился перед ними.
Пушки мигнули на него заинтересованными диодами, а затем издали скрипучий звук и снова отвели дула в стороны.
— Это еще что такое?! — влетел в гостиную Кира.
— Дом на стороже, — пожал плечами Фира.
— Слышал, тебя восстановили в должности, — откинув возмущение по поводу пушек, Кира перешел к первозадуманной теме разговора. — И кто-то вломился на нижний уровень! Уж не ты ли?
— Что ты! — притворно ахнул Фира. — Неужто что-то украли?
— Что ты задумал? — не реагируя на его слова, продолжал брат. — Ты заходил в мой цилиндр?
— ТВОЙ цилиндр? — притворно удивившись, переспросил Фира. — Не веди себя, как ребенок!
— Да. Мой цилиндр. У тебя был шанс его испытать, ты отказался!
Фира удивленно приподнял правую бровь. И даже сам поднялся с дивана, став напротив Киры.
— Ты говоришь о том предложении прикинуться друг другом на день? Лет так десять назад? — наконец, с удивлением догадался он.
— О да, о нем! Так что не лезь сейчас!
Фира смотрел на него, усмехаясь.
— Может ты и повзрослел внешне, но в душе ты все тот же ребенок. Все те события для тебя что? Словно были на прошлой неделе? Для меня прошло десять лет, Кира. Десять гребаных лет! А ты — словно закрыл глаза и перенесся в будущее. Или еще страшнее — детское сознание, запертое десять лет в самом себе.
Кира яростно сверкнул глазами, и стеклянный кофейный столик, стоящий между диваном и телевизором, осыпался на пол ливнем мелких осколков. Фира только печально проводил его взглядом.
— Не лезь. К моему. Цилиндру! — зло повторил его брат.
Фира пожал плечами.
— Мне он все равно не понравился.
На мгновение Фире показалось, что сейчас в его доме разобьется что-нибудь еще. Но Кира все же взял себя в руки, сверкнул на него глазами и, величественно вздернув нос, вновь вышел из дома. Он бы гордо хлопнул дверью, но, к сожалению, они раздвигались автоматически.
Проследив взглядом за удаляющейся фигурой Киры, Тейн вздохнул.
— Вы как маленькие дети, не поделившие игрушку. Кстати, из двух братьев ты себя ведешь как старший.
— Ну, теперь ведь это не удивительно, — печально улыбнулся Фира, повернувшись к Тейну.
— Пожалуй, что так, — Тейн направился из гостиной. — Я буду на кухне. С кофе. Не присоединишься?
— Лучше приготовь обед, — без должного восторга отреагировал на его предложение Фира.
— Это по твоей части, — ухмыльнулся Тейн.
— Ну уж нет! Транспортируй тенями!!
— На какой кухне остановимся сегодня?
Кэйн лишь неопределенно повертел в воздухе рукой, оставляя выбор за Алкайдэ.
Подумав, повелитель теней решил остановиться на итальянской кухне. Пять минут спустя кухонный стол был заставлен всевозможными блюдами — тут было и ризотто с белыми грибами, и тортеллини, и лазанья, и пиццы, и панчетта. А на десерт — бискотто и итальянское мороженое.
— Обожаю твою эту способность! — в предвкушении прекрасного всплеснул руками Кэйн.
Он сел за стол и растерялся, не зная, что бы попробовать первым.
Улыбнувшись, Тейн начал с лазаньи. А Фира — с мороженого.
— Как ты собираешься узнать что-нибудь о Прави? Предсказателя у нас сейчас нет, а мойры закончились, — переходя к тортеллини, уточнил Тейн.
— Чего ты от меня ждешь? — уточнил Кэйн. — Чтобы я им позвонил что ли? Так у меня нет номера.
— Может, Аре наконец в состоянии поговорить с тобой?
Фира достал мобильный и демонстративно включил громкую связь, набрав номер Аре. После очередного длинного гудка он красноречиво посмотрел на Тейна.
Тейн вздохнул и принялся за очередное блюдо.
***
Суета большого города. Так легко затеряться среди всех этих спешащих… объектов. Айса медленно прогуливалась по улицам, наматывала километр за километром, не чувствуя усталости. А как еще называть всех этих окружающих ее людишек, как не объекты? Объекты ее ненависти. Самую страшную ненависть рождает самое болезненное разочарование. Когда-то она любила весь мир. Всех людей. Всех своих братьев и сестер богов. Когда-то она была молодой и наивной. И когда ее сердце было открыто для всего мира, ей нанесли столь чудовищную рану, что ни жить, ни умереть уже невозможно. И время, бесконечное время, ничуть не лечит. Она умерла в один день, сотни и сотни лет назад. И с тех пор существует лишь оболочка. Доспехи, под которыми она уже давно рассыпалась в прах. Самое страшное в мире — это лишиться последней, хоть какой-либо, надежды. Когда ты бессилен, лишиться даже надежды… И вместе с тем, иметь столько ненужных сил. Божественных сил. Божественный дар. Божественное проклятье.
 
Удовлетворит ли ее месть? Конечно же, нет! Она не станет счастливой. Но она посмотрит, как будет умирать ВСЁ. Ведь так возмутительно, когда ты умер, наблюдать, что солнце все так же встает.
***
На улице дул ветер. Высокая девушка с длинными ализариново-алыми волосами бесшумной тенью скользнула по двору, не нарушая покой стоящего наготове вооружившегося дома. Двери отворились, будто ветер пропуская внутрь.
— Что за?.. — поразился Фира, когда девушка медленно «вплыла» на кухню. — Ты еще кто?
— Не узнаешь, доктор? — прокряхтела она, состроив старческий голос.
— Старуха-с-нитками?!
Девушка скрипуче рассмеялась.
— А ты… молодо выглядишь. Сменила косметику?
— Вот за это я тебя и люблю, доктор, — усмехнулась она.
— И чем обязаны ну прям-таки высшей аудиенции? — прищурился Фира, ожидая подвох.
Подвох, само собой, последовал.
— Ты — птица.
На кухне воцарилось молчание.
— В смысле? — поняв, что объяснения не последует, уточнил Фира.
— Соннасарнова.
— Ась?
— Противоречит соннасарветус.
— Что??
— Это — плохой знак. Предсказание.
— Соннасарнова?
— Соннасарветус.
Фира почувствовал, что мозг сейчас взорвется.
— Тогда при чем здесь птица?!
— Кто знает, — пожала плечами Айса.
Тейн, стараясь пока не привлекать к себе внимания, дабы не спугнуть мойру раньше времени, продолжил ужинать. Теперь он наконец добрался до мороженого.
Впрочем, мойра старательно не смотрела в его сторону.
— Ты зачем пришла?? — не выдержал Фира.
— Дать подсказку.
— Скорее свести с ума!
— Тебе не из-за чего расстраиваться.
Фира молчал, осмысливая, было ли это оскорблением.
— На! — Айса припечатала листочек ладонью к столу.
— Что это? — Фира взглянул на надпись. Там от «Соннасарветус» шла стрелочка к «Соннасарнова».
— Может, кто сжалится над тобой и подскажет, — передернула плечами мойра.
— Погодь! — встрепенулся Кэйн, чувствуя, что мойра намеревается уходить. — Как попасть в Правь?
Ализаринововолосая красотка прищурилась, будто размышляя.
— Попробуй умереть, авось поможет.
— Мне Правь не светит!
— Это точно… Тогда…
Девушка наклонилась к нему, нежно дунув на ухо. И растворилась.
— Ну и что это было? — озадаченно проговорил Кэйн. — И главное: как попасть в Правь?! Это ответ что ли был?!
— Черт! Я даже не успел ничего спросить. — Тейн зло запихнул в рот последнюю ложку мороженого и отодвинул от себя тарелку.
— Жрать надо меньше, — недовольно буркнул Кэйн.
— Отлично. Мы снова ничего не знаем. Кроме этого листочка.
— И еще она нежно дунула мне в ухо! А вдруг это что-то значило?? — вопросил Фира, посмотрев на Тейна взглядом законченного параноика. — Скрытый смысл??
— Не думаю. Если только она не добавила к этому какое заклинание или приглашение.
— А вдруг добавила, а я просто об этом не знаю?
— Можно мне взглянуть?