Хронос Изгоев (СИ)
Затем началась запись осмотра неизвестного мужчины. Он стоял у стены голым по пояс, пока лекарий сантиметром измерял его хвост, а после смотрел глаза с почерневшими склерами.
«Без своевременного лечения экзитиоз вызывает ряд мутаций, которые вы могли увидеть на кадрах», — прокомментировал Даймонд. — «Изменения в глазном яблоке, деформация конечностей, появление хвоста. Изменения происходят и в психике. Следуют вспышки агрессии и асоциального поведения. И таких больных, несмотря на существование современных методов лечения, с каждым годом становится всё больше», — блогер тревожно покачал головой. — «Во многом из-за того, что многие просто пренебрегают своим здоровьем и не обращаются к лекарию, когда экзитиоз находится ещё на излечимой стадии в виде миаза. Терминальная стадия заболевания, как я уже сказал, негативно влияет на психическое состояние больных, и нередко даже в полисах они нападают на обычных людей».
В следующей вставке всё внимание отвелось передавицам, на которых мелькали снимки жертв — семилетняя Абигейл Гринвуд, бухгалтер Игорь Романов, бортпроводница Сейна Тейнмер…
«Экзитиоз вновь ворвался в новости, и пострадавших от рук больных едва ли не больше, чем их самих», — сообщил Даймонд таким голосом, словно ему приходилось сдерживать гнев. — «Полномасштабная эпидемия экзитиоза, что захлестнула бы города, является одним из ночных кошмаров нашего времени».
Больной в следующей вставке неожиданно взвыл и забился в конвульсиях, ощерив неестественно заострённые зубы. Глаза наполнились яростью, и он попробовал прыгнуть. Вовремя подоспевшие братья сострадания схватили пациента за руки и, усадив на кровать, дали ему успокоительное. На экране вновь возник Даймонд. Чуть понизив голос, он произнёс:
«Помните, что когда вы покидаете Единую Высоту, вам стоит рассчитывать лишь на себя. Никто не защитит вас там, и вокруг свирепствуют болезни, с которыми медицина в полной мере ещё не научилась справляться. Внимательность и осторожность — вот единственный способ сохранить здоровье и жизнь»,
— videre.eo, Н. Даймонд, «ЭКЗИТИОЗ — ВСЁ?»
Эпизод тридцать третий
Нулевая Высота
пункт на карте не отмечен
9-27/999
— Я размышлял над тем, что случилось в «Судрабстолл»… — заговорил Кеган на следующем привале.
Заброшенная гостиница к тому времени осталась уже далеко позади. Миновав окружающие её глухие леса, путники остановились в развалинах небольшого городка. Покинуые дома глядели на них заколоченными ставнями, дворы и переулки густо поросли сорняком. Место для отдыха выбрали посреди панельного микрорайона, окружённого коттеджами.
— Да? И что надумал? — Эммерих как раз открывал банку говяжьих консервов.
— Насчёт использования дара. Почему в этот раз у меня получилось так легко, — Кеган поглядел на Нойр, выглядящую уставшей после прошлого дежурства. — Мы с Ниной были в разных комнатах, но я ощутил её совсем рядом, а вместе с ней — энергию, силу, которой мне будто не хватало прежде.
— Серьёзно? — она вскинула бровь. — То есть, типа… я стала каким-то проводником?
— Близко к этому, пожалуй, — Кеган осёкся. — Я пытался всё это время обратиться к пирокинезу. Не получалось либо получалось самым незначительным образом и требовало огромных усилий. Но тогда… Огонь подчинился мне с лёгкостью. Применение пирокинеза не оставило никаких последствий. Я хорошо себя чувствую, не считая обычной усталости.
Нина перевела взгляд на горящий костёр и, прикрыв глаза, робко предположила:
— И ты считаешь, что причина этому — я.
— Может быть. Сейчас мы это проверим.
Кеган веткой коснулся костра. Пламя взвилось, окружая её, и тонкими ручейками рванулось к его ладони, после чего закрутилось вокруг пальцев спиралью, изгибаясь и разбрасывая вокруг искры. Лишь после этого оно погасло.
— Так, я… — Нина растерянно поглядела на него. — А мне вообще надо что-то делать?
— Ты вдохновляешь, — прочавкал Эммерих, — одним своим видом.
— Вдохновение… Пожалуй, это самое близкое слово, — откликнулся Кеган, игнорируя иные подтексты. — По существу, конечно же, это энергия. На концертах пирокинез даётся мне с лёгкостью, потому что меня заряжают энергией зрители. Однако то, что происходит между нами сейчас, имеет более глубокую природу. Ты одна, Нина, но я получаю от тебя больше энергии, чем от битком набитого зала. Это постоянная, прочная связь, позволяющая управлять огнём без малейших усилий.
Кеган на пару шагов отошёл от костра, поманив Нину за собой. Когда она приблизилась, Аматрис снова протянул руку, открытой ладонью вперёд. После короткого колебания девушка последовала его примеру.
Огонь возник в воздухе из ниоткуда, завихрился, переплетаясь пламенеющими языками и треща. Нойр вздрогнула, но не отстранилась, хотя почувствовала нагревающий кожу жар. Пламя горело около десятка секунд, прежде чем погаснуть.
Эммерих скучающе наблюдал за ними, ложкой ковыряя содержимое консервы, и время от времени обмакивал хлеб. Кеган меж тем продолжил:
— Впервые я ощутил это на обломках орбитальной станции. Некое единение между нами, позволившее мне продержаться в бою. Вероятно, ты — мой катализатор. Человек, позволяющий психокинетику практически без ограничений использовать способности, не прибегая ни к каким иным источникам, не надрывая ресурсы собственного организма. Дело не только в том, что мы уже какое-то время сражаемся плечом к плечу. Не с каждым боевым товарищем такое бы сработало.
— То есть из меня ты брать энергию не можешь? — оборвав его, уточнил Эммерих.
— Для этого необходимо некое внутреннее понимание, — ответил Аматрис со смешком, — а этим, Эммерих, мы оба похвастаться не можем. К тому же, — вновь обратился он к Нине, — катализатором может быть только тот человек, что не является психокинетиком, а значит, твои способности имеют иную природу…
— Не уверена, что мне это нравится.
— Я полностью разделяю твои опасения, — отозвался Кеган, опуская руку ей на плечо, — но прежде у нас не было возможности в этом убедиться. Какое-то время я полагал, что учебные материалы могут попросту не содержать всех специализаций, однако…
— Да я уж поняла, — со вздохом произнесла Нина. — А ты тогда кто в этой иерархии?
— Иерархии? — с ухмылкой переспросил Кеган. — Если опираться на те же учебные материалы, я — оператор, психокинетик, для которого катализатор как раз является проводником энергии. Не думал, что когда-нибудь смогу воплотить такое на практике.
— Похоже, на какую-то связку, — заметила Нина. — Ну знаешь, типа это, резонанс душ, слияние, дрифт-совместимость…
— Дрист-совместимость, — фыркнул Эммерих.
— Ещё одна лексическая редупликация, — собирая волосы в хвост, вклинился Кеган, — и тебе придётся слушать часовую лекцию на тему этикета и правил поведения с юными особами.
— Ладно, — примирительно уронила девушка. — Давай уж ближе к делу. Это вообще опасно для меня?
— Нет. Ни в малейшей степени. Будь это опасно, я бы не говорил об этом так легко: организм катализатора не испытывает те нагрузки, которым подвергается психокинетик..
— Учти, — взглянув на музыканта, серьёзно предупредил Эммерих, — навредишь ей — не соберёшь костей, Аматрис.
Кеган кивнул.
— Я не идиот, Ландони. Разумеется, я сделаю всё, чтобы не навредить Нине. Раз уж об этом зашла речь, мне как раз нужна твоя помощь. С демиганом. Я использовал его в «Судрабстолл», но мне необходимо больше практики.
— [Зачем]? Андеров ты вроде нормально нашинковал.
— Да. Но тогда я держался на расстоянии от вас, чтобы не задеть. С клинка рвётся элегическое пламя — я не хочу, чтобы в бою оно случайно повредило Нине или тебе, если вы окажетесь рядом. Мне нужно потренироваться, чтобы в настоящем бою элегия не навредила никому из нас. Предлагаю спарринг.
— Прикалываешься? — Эммерих качнул головой. — Ты же видел, что я фехтую как говно.
— Моя задача — не в том, чтобы тебя победить, а в том, чтобы тебя не задело. Оденься поплотнее, надень респиратор…