Хронос Изгоев (СИ)
Из аптечки Нина извлекла начатый ингалятор. Поудобнее ухватив его, она ловко распылила над ступнями аэрозоль. Раны начали зарастать, покрываясь чистой розовой кожей. Волдыри опали, стремительно усыхая.
— Спасибо, — Кеган принял упаковку лейкопластыря и нанёс его на залеченные апейроном ступни. — Надеюсь, однажды привыкну к необходимости столько ходить. Поверить не могу, что для моего прошлого Воплощения подобное могло быть нормой.
— Ну, надеюсь, привыкать придётся не из-за того, что нужно куда-то бежать, а в рамках самого путешествия, — сказала Нина и оставила рядом с ним ингалятор. — Принимай сразу, как почувствуешь, что снова натёр.
Кеган взял лекарство в руку, внимательно его осмотрев. На мгновение его пальцы дрогнули. Ему показалось, что он находится в темноте и делает быстрые судорожные вдохи. Аматрис постарался отогнать это чувство.
— Никогда бы не подумал, что апейрон могут принимать из-за таких мелочей, — признался он. — Впрочем, учитывая здешнюю антисанитарию, это поможет предотвратить заражение крови и ряд других… болезней.
Аматрис натянул свежие носки, а вслед за ними и обувь. Затем он встал и сделал несколько осторожных шагов — боль и правда отступила. Кеган отошёл от костра, сняв наконец респиратор и разглядывая окрестную ложбину. Она имела совершенно обыденный вид, казалась спокойной и безопасной.
Меж тем Нина разглядывала спину Аматриса, попутно перебирая свою аптечку — из трёх ингаляторов апейрона остался один, нергета тоже немного, но до Заповедника должно было хватить.
— И долго ты будешь ещё любоваться своим каэльтином? — Эммерих пихнул подругу вбок. Та ошарашенно на него посмотрела. — Да брось, я же вижу, как ты на него пялишься.
— Мы просто друзья, — Нина, ответив, отвернулась. — Я просто смотрю, как он держится на ногах.
— Ну-ну. Говорить о дружбе с человеком, который приревновал тебя к тульпе? — Эммерих цокнул языком и снял с рюкзака кастрюлю, куда залил воду из бурдюка и после, установив над костром, добавил макароны. — Я не тупой, Нани, а просто тактичный.
— Я и не говорила, что ты тупой, — возразила девушка. Отложив аптечку, она достала из своего рюкзака соль и посолила воду. — Просто вы друг другу не перевариваете, так зачем мне лезть к тебе со своими переживаниями.
— Ну типа мы друзья, — вздохнул Эммерих, — но… справедливо. Я переживаю за тебя, поэтому не уходи в себя, лады?
Помешав макароны, Нина подняла на Ландони взгляд и улыбнулась:
— Лады.
Когда Кеган вернулся к костру, Нина закончила готовить макароны с тушёнкой. Обед прошёл в практически уютной тишине.
Вскоре путники снова двинулись в дорогу. Пробираясь лесной просекой, Эммерих спросил:
— Кег, а тебе норм с такими длинными волосами? Я понимаю, сценический образ… Но для дороги оно как-то не совсем непрактично. Здесь наоборот лучше бриться пореже, из-за антисанитарии, а не патлами мотылять.
— Я и не бреюсь, — почесав гладкий подборок, признался Аматрис и, предупредив вопрос Ландони, пояснил: — Бабушка по материнской линии была родом из Чжунго, это асиатский ген.
— Удобно, — странник хмыкнул, — но всё равно лучше подстригись. Здесь вшей поймать не так что бы сложно.
— Ой, не напоминай, — буркнула Нина. — Помню, как-то в школе их подхватила — пришлось мыть голову керосином.
— Сомнительное средство. Твой способ больше похож на инструкцию по изготовлению факела в домашних условиях, — произнёс Ландони.
— Ну извини. На шампуни у меня не было денег, так что выкручивалась, как могла.
— Эй, Нани, — виновато протянул странник, — ну ты чего?
— Да ничего, — квёло ответила та. — Давай сделаем вид, что этого не было.
Когда Эммерих ушёл разведать дорогу, Кеган сам заговорил с ней:
— Ты не любишь говорить о детстве… и у тебя явно сложные отношения с огнём. Ты не думай, что я не заметил: ты садишься как можно дальше от костра и вздрагиваешь, когда летят искры… Я не вправе просить, но, если сочтёшь нужным, ты всегда можешь поделиться со мной тем, что тебя беспокоит.
Нина опустила плечи и посмотрела себе под ноги.
— Да особо и нечем, — заговорила она, — но, если кратко, в моей жизни всё пошло наперекосяк, когда мы с мамой поехали в Градемин. В 984 году.
— В 984 году, — повторил Кеган, пытаясь вспомнить, что происходило тогда в столице.
— Мама тогда устроилась учительницей в началку, и в качестве премии ей выделили путёвку на двоих с проживанием в «Каэльтине Дунарии», — продолжила Нина потухшим голосом. — Мы были там, когда… начался пожар.
— Вот лир…
Тотчас Аматрис вспомнил новости о сгоревшей на новоградской набережной гостинице. У неё не было звёзд, а само здание к тому моменту планировали снести не первый год.
— Я видела, как… как она задыхалась, как огонь… Я до сих пор помню, как запахли её волосы, когда… огонь…
На девичьем лице проступил ужас. Глаза заблестели слезами. Увидев это, Кеган решительно прижал девушку к себе.
— Иди сюда, — сказал он, крепче обнимая её.
— Что… Что ты делаешь? — Нина дёрнулась, пытаясь вырваться, но он не шелохнулся. — Отпусти!
В ответ Аматрис просто покачал головой. Меж тем Нина, слабея в его руках, жалобно всхлипнула и сама плотнее прижалась к нему, точно ища защиты.
— Когда я осталась одна, — зашептала Нойр быстро, — на меня всем было насрать… Даже папа потом ушёл… Я больше всего жалела, что… меня тогда спасли.
— Но теперь ты не одна, — проводя по её спине рукой, сказал Кеган и носом уткнулся в её макушку, — и, как минимум, ни мне… ни Эммериху на тебя не насрать. Я не могу исправить твоего прошлого, но… могу поклясться, что скорее сам сгорю, чем мой огонь причинит тебе боль.
Отстранившись, Аматрис вытер слёзы Нины.
— Хорошо, — прошептала Нина и робко отошла, — спасибо.
— Всегда к твоим услугам, госпожа Нойр, — ответил он с улыбкой, — но, кажется, нам пора нагонять Эммериха.
Впереди показалось что-то огромное — солнечные лучи, прорвавшись сквозь прореху облаков, блеснули на выступающем над землёй стальном корпусе, больше всего похожем на громадный рухнувший самолёт, если бы тот был совершенно чужих, непривычных очертаний. Эммерих, ожидавший компаньонов впереди, присвистнул.
— Видите? — спросил он. — Если вы там уже закончили обсуждать отношения, пойдём посмотрим. Только осторожно.
Эпизод двадцать пятый
Нулевая Высота
руины орбитальной станции UES-02
9-20/999
Сооружение открылось им, когда они вышли на край глубокого оврага, поросшего засохшей травой. Огромная груда металла, местами оплавленного и зияющего пробоинами. Размером с многоэтажный дом, частично ушедшая в землю. На уровне поверхности виднелась распахнутая стальная гермодверь, уводящая в темноту. Похоже, раньше доступ к ней специально расчистили — поодаль громоздились комья земли.
— Ну и срань, — Эммерих огляделся. — Есть идеи, что мы перед собой видим?
— Без понятия, — сказала Нина.
— Есть одна мысль, — Кеган ловко соскользнул по склону. После короткого колебания Нина последовала за ним, а там и Эммерих, выругавшись сквозь зубы. — На орбите Дейдры имелась космическая станция — может быть, это она. Давайте посмотрим, что внутри.
— [Плохая] идея, Кег. У нас есть чётко намеченный маршрут, а мы и так постоянно задерживаемся, и за нами как бы погоня. Если на сектантов мы пока не нарывались, то Кренхилл так просто не отстанет.
— Мы успеем за час или два. Людей поблизости нет, и она явно не охраняется. Возможно, её выкопали из земли, но покинули, когда элегия накрыла окрестные земли… — Аматрис вдруг замолчал и всплеснул руками. — Лир, да чего я объясняю?.. Эммерих, эта штука была в космосе. В космосе, понимаешь? Вот ты когда-нибудь был в космосе? И я не был. А она, в отличие от нас, была. Проклятье, если мы сейчас пройдём мимо, я себе этого никогда не прощу.
Ландони поравнялся с Кеганом и сам посмотрел на массивный корпус, а лицо его приобрело мечтательный вид.
— Думаешь, она и впрямь была в космосе?..