Я разве похож на аристократа? Том 4 (СИ)

Лишь у одного из своих бывших братьев он видел подобные регалии. Ведь именно он их и выдавал…
— Кастиэль. — вновь улыбнулся Михаил, а затем создал перед собой щит из тёмно-зелёного пламени, блокируя атаку Ханзо.
Рыкнув, Ханзо ускорил свой бег и создал в обеих руках два клинка, объятых белесым светом.
И как только он оказался перед Михаилом, то сразу же нанёс вертикальный удар в прыжке.
Окружив свои руки силой Чумы и Хаоса, Михаил без труда заблокировал атаку своего бывшего и падшего брата, а затем нагло ухмыльнулся и произнёс:
— Ты ослабел, Кастиэль.
— Закрой пасть! — прорычал Ханзо.
Вырвав из рук Михаила свои клинки, он отвёл левую ногу назад и нанёс сдвоенный удар, один из которых метил в грудь, а другой в голову.
Вот только все потуги Ханзо оказались тщетны. Тёмно-зелёное пламя вспыхнуло за спиной Михаила, а затем, подобно голодному псу, набросилось на Ханзо!
Сильная боль пронзила тело Падшего Паладина. Его мечи были уничтожены, а белоснежные латные рукавицы опалены. Белый Свет боролся с силой Чумы и Хаоса… Сильно тому уступая.
Отпрыгнув от Михаила на несколько метров, Ханзо посмотрел на свои руки и увидел, что его броня начинает гнить и крошиться. Тёмно-зелёное пламя пожирало всё… Даже Свет.
— Сдавайся, Кастиэль и я так уж и быть, пощажу тебя. — услышал он высокомерный голос Михаила, заставивший его поднять голову и посмотреть на красноволосого мужчину.
Он видел за его спиной всполохи тёмно-зелёного пламени Чумы и Хаоса, которые ластились к нему, будто верный пёс и чем дольше Ханзо смотрел, тем сильнее убеждался в том, что ему не победить.
Белое пальто Михаила стало чернеть, переливаясь тёмно-зелёными венами. Одежда мужчины изменялась, приобретая вид доспехов… Какие были у Арлекина.
— Ублюдок! — зарычал Ханзо, вновь бросившись в атаку, чем вызвал лишь высокомерный смех своего врага.
Два Падших Паладина, что ранее были братьями, стали биться друг с другом, разрушая вокруг себя землю и будоража воздух. Их сила отдавалась эхом в битве обычных смертных, неся в себе немыслимое ощущение мощи.
Но чего они вдвоём не видели, так это всё ещё дышавшего Александра Волкова, рядом с которым открылись алые, истекающие кровью, небольшие врата…
***
— Мат. — ухмыляясь произнёс Владыка, сделав свой ход.
Жизнь видела и в полной мере ощущала своё поражение… Её мир, который она с таким усердием строила и направляла, теперь станет лишь безжизненной и мёртвой пустошью. Души смертных отойдут Владыке, который станет ещё сильнее… И понимая это, она чувствовала лишь скорбь. Не из-за поражения, а из-за того, через что придётся пройти всем этим несчастным душам.
— Должен признать, я думал, что ты победишь. — продолжая ухмыляться, Владыка сделал глоток из бокала в своей руке, который был полон красной жидкости, похожей на кровь.
Девушка ничего не ответила. Её взгляд не отрывался от фигуры короля, которая была последним оплотом и надеждой на победу…
— Кхар уже пришёл в этот мир и скоро всё закончится. — вновь заговорил Владыка, радуясь своей победе. — Тебе необязательно на это смотреть.
— Обязательно… — глухо отозвалась Жизнь, с трудом сдерживая слёзы. Не на такой финал она рассчитывала.
— Твоё право. — пожал плечами Владыка, а затем щёлкнул пальцами.
Большой, переливающийся тьмой, экран возник рядом с их столом, показывая битву двух Падших Паладинов и тело смертного, которое уже стало преображаться под действием силы Всадника Войны.
Кровавый туман расползался от бьющегося в судорогах Александра Волкова, глаза которого закатились, а изо рта шла белесая пена.
Вновь щёлкнув пальцами, Владыка изменил свой стул на удобное кресло с подставкой и откинулся в нём, усевшись поудобнее. Сейчас был его любимый момент!
Подняв бокал, он нагло ухмыльнулся и во всё горло возликовал:
— Да наступит Час Презрения!
 Глава 31 
 
Спустя пару дней…
В просторной комнате, мрак которой разгоняли лишь несколько светильников, на кровати лежал юноша. Его лицо и тело приобрели болезненно бледный вид, а грудь не вздымалась, давая понять, что мальчишка мёртв.
 
Но он был в этой комнате не один. Возле его кровати, на деревянном стуле, сидела Корнелия. Она сжимала его руку, слёзы текли по её лицу, а по помещению распространялся тихий всхлип.
— Не надо было тебе ехать… Я же говорила… — бормотала она, вздрагивая с каждым словом.
Сжав руку юноши сильнее, она услышала, как дверь в комнату открылась, привлекая её внимание.
Повернув голову, она увидела зашедшего Масаши. Мужчина был облачён в боевую броню, полностью покрытою грязью и царапинами. Он словно вышел из битвы, не найдя даже секунды на то, чтобы привести себя в порядок… Впрочем, так оно и было.
После того, как Арлекин умер, а между Ханзо и Михаилом завязалась драка, Всадник Войны пришёл в этот мир. Он изменил и извратил тело Александра Волкова, приняв свою истинную форму…
И именно с того момента всё началось. За считанные часы Российская Империя потонула в крови и смертях, которые нёс Война. Одно лишь его присутствие возле дворца Ориенбаум, заставило бойцов Корпуса и гвардию аристократов впасть в кровавое безумие, которое распространялось всё дальше и дальше. Каждый город империи погряз в войне. Больше не было криков радости или веселья. Вместо них пришли лишь страдания и страх. Кровь и трупы устилали тротуары и дороги, некогда прекрасных городов.
Больше всего досталось именно столице империи, где и появился Война. Миллионы жителей в один момент стали, словно разъярённые звери, накидываясь на каждого, кто попадётся им на пути. Брат убивал брата. Отец убивал своих детей, а мать топила их в крови. Даже младенцев не обошло безумие Всадника…
Лишь чудом Масаши удалось вытащить тело Арлекина с территории дворца, принеся его в загородное поместье рода Беркутовых. Это место было одним из немногих, которое уцелело и его люди не потеряли разум… По большей части, это было благодаря Елизавете Беркутовой, которая, как оказалось, обладала не только Даром видеть потенциал Владеющих, но и Даром разума.
Она сдерживала кровавое безумие Войны, но… Цена этого была непомерно высока. Женщина впала в своего рода кому и с каждым часом слабела, старея на глазах. Но даже находясь в таком состоянии, она продолжала поддерживать свой Дар, который окружал практически всё поместье.
— Как он? — спросил Масаши, подойдя к Корнелии.
Мужчина очень устал. Буквально минуту назад он вернулся с очередного боя, который проходил возле ворот поместья. Но он не стал отдыхать, желая узнать… Может Широ вновь сделает невозможное и откроет глаза.
— Всё так же… — всхлипнув, ответила Корнелия, продолжая сжимать руку Арлекина.
Она так же надеялась на чудо, но с каждой минутой эта надежда рушилась, превращаясь в отчаяние.
Ей было плевать на Всадника Войны и Михаила, который помогает ему обрести полную силу. Ей так же было всё равно и на Ханзо, которого она видела последний раз перед атакой на дворец. Сейчас её волновал лишь Адам и ничто более.
— Как твои раны? — вновь задал вопрос Масаши, стараясь хоть как-то отвлечь женщину. Ему тоже было невыносимо смотреть на мёртвое тело Широ, но он хотел помочь… Хоть как-то.
Печально улыбнувшись, Корнелия посмотрела на свою руку, на которой отчётливо виднелись несколько красноватых шрамов. Во время атаки на дворец она столкнулась с двумя незнакомцами — молодой девушкой и мужчиной, глаза которого были похожи на кошачьи. Она видела с какой яростью и свирепостью те уничтожают бойцов аристократов, используя силу Паладинов… Лишь благодаря помощи Бульдога, который находится в тяжёлом состоянии, она смогла дать этим незнакомцам бой и с трудом спасла малую группу гвардии Беркутовых. Вот только, ценой этого спасения стали раны, которые целители не смогли залечить полностью.
 
— Жить буду. — дала она свой ответ, посмотрев на спокойное и умиротворённое лицо Адама.