Убийство в прямом эфире

— Они считали, что близко знали ее, хотя на самом деле никогда не были с ней знакомы? — спросила Элиза.
Марго кивнула:
— Да, потому что они много узнали о ней. Люди были заинтригованы ее личной жизнью: с кем она встречается, куда идет, как одевается. О ней было написано несметное множество статей, где обсуждались ее близкие и друзья, места, где она росла, где ходила в школу, где сейчас живет, как любит развлекаться. Сколько раз ты сама, Элиза, видела фотографии Констанс в журналах?
Элиза улыбнулась.
— И не сосчитать.
— Вот именно, — сказала Марго. — И все эти появления — в эфире, на страницах печатных издании, во время рекламных кампаний — сделали Констанс публичной фигурой; но помимо этого, тот факт, что она ежедневно по утрам приходила в наш дом и все мы начинали вместе с ней день, породил по-настоящему близкие отношения. Когда наступает рассвет, словно солнышко появляется Констанс Янг. И в конце концов у нас возникло чувство, что мы действительно знаем ее, что она является частью нашей жизни. Разумеется, мы должны испытывать огорчение и грусть оттого, что она ушла.
  
Глава 26
 
После окончания передачи Лорен тут же вскочила в свой «БМВ» и умчалась по проселочной дороге. Аннабель и Би Джей возвращались в телецентр на Манхэттен вместе, с опаской раздумывая о том, что их ожидает. Исполнительный продюсер распорядился, чтобы они сегодня, прежде чем разъезжаться по домам, зашли к нему в кабинет.
— Мы с тобой крупно влипли, Бидж, — сказала Аннабель, откинув голову на подголовник и закрыв глаза.
— Я — может быть, но ты-то нет, — спокойно ответил Би Джей. — Ты вообще ничего не знала ни про мертвую собаку, ни про разговор полицейских о пропавшем единороге, и уж точно не могла знать, что я собираюсь рассказать об этом Элизе, а не Лорен.
— Я была здесь продюсером, Би Джей. Поэтому обязана была знать.
— Не беспокойся. Я возьму все на себя, но на самом деле Лайнус не так уж много может сделать, — пожал плечами Би Джей. — В худшем случае он вышвырнет меня с этого шоу, но уволить из «КИ Ньюс» не сможет. Профсоюз вступится за меня.
Аннабель задумчиво смотрела на шоссе прямо перед собой. Би Джей был одинок, и хотя ему тоже нужно было платить за квартиру и по счетам, все равно казалось, что он каким-то образом выкрутится, не пропадет. А вот Аннабель была главным кормильцем в семье, и без ее жалованья они не смогут вести такой же образ жизни, как сейчас. Их семья из четырех человек не в состоянии прожить в Нью-Йорке только на те деньги, которые получает Майк, работая пожарным. Она не может позволить себе потерять работу.
Хотя порой она просто мечтала о том, чтобы бросить работу на «КИ ту Америка» и избавиться от прессинга, который Лайнус оказывал на весь персонал. Аннабель не питала особых иллюзий насчет того, что в другом месте ей будет работаться намного лучше. К тому же она была по-своему предана «КИ Ньюс» и в глубине души не хотела уходить, так что сейчас ей оставалось только молиться, чтобы Лайнус не заставил ее сделать это.
* * *
Дверь кабинета была открыта.
— Ну-ну, а вот и наш динамичный дуэт. — Лайнус сидел за массивным письменным столом, на котором царил полный хаос. Он откинулся на спинку кресла, а в толстой руке у него был футбольный мяч. — Проходите. Закрывайте дверь и садитесь.
Аннабель и Би Джей послушно сели. Лайнус подбросил мяч в воздух и поймал его.
— Знаете, я ведь в этом бизнесе уже более тридцати лет и много тут всего повидал, причем самого невероятного. — тихо сказал Лайнус. — Но не припомню такого вопиющего случая, чтобы корреспондента телевидения так подставили собственные коллеги, как я увидел это сегодня вечером.
— Во-первых, Аннабель не имеет к этому никакого отношения, — заговорил Би Джей. — Я пытался рассказать Лорен о том, что услышал, но она не стала меня слушать.
Исполнительный продюсер наклонился вперед и с силой стукнул мячом по столу.
— А вот Лорен подобного почему-то не припоминает! — проревел он.
 
— Тем не менее так оно и было, — тихо, но твердо сказал Би Джей.
— Ты хочешь сказать, что Лорен лжет? — продолжал давить Лайнус.
— Я хочу сказать, что я пытался поговорить с Лорен, но она проигнорировала меня. — ответил Би Джей.
Лайнус повернулся к Аннабель.
— А ты? Какую роль во всем этом играла ты?
Прежде чем Аннабель успела что-то ответить, снова вмешался Би Джей:
— Я же уже сказал, Лайнус. Аннабель не имеет к этому ни малейшего отношения. Она совершенно не знала о том, что я собираюсь позвонить Элизе, и тем более не догадывалась, что я собираюсь Элизе сказать.
— К черту! Она должна была знать — Лицо Лайнуса горело. — Это ее работа! — Он снова повернулся к Аннабель. — А сама что ты можешь сказать в свое оправдание?
Аннабель посмотрела Лайнусу прямо в глаза. Она натужно сглотнула, понимая, что с точки зрения карьеры идет на профессиональное самоубийство.
— В свое оправдание. Лайнус, я могу сказать следующее. Ты грубиян и тиран, работать с которым — полный кошмар. Но этому шоу я всегда отдавала себя до последней капли. Да, мне нужна эта работа, но также мне до смерти осточертело выгребать все это твое дерьмо.
Аннабель резко встала и вышла из кабинета. Лайнус и Би Джей смотрели ей вслед, раскрыв рты.
  
Глава 27
 
Сообщение в «Вечерних новостях» означало, что, по-видимому, дело только во времени и полиция непременно примется за выяснение обстоятельств появления этой большой собаки. Если бы дога было не так тяжело тащить, его можно было бы затолкать в багажник автомобиля и выбросить где-нибудь подальше, в укромном месте. В этом, собственно, и заключался план. Но он, как выяснилось, был неосуществимым. В действительности протянуть тяжеленного мокрого пса даже несколько метров до кустов оказалось весь на проблематично и потребовало массы усилий.
Но тот парень из приюта для бездомных животных уже, наверное, слышал о найденном мертвом датском доге — или услышит об этом в ближайшее время, — и тогда он, вероятно, сам обратится в полицию. И хотя очень тщательно выбирался приют, где не требовалось предъявлять личных документов с фотографией, хотя там был оставлен липовый адрес, хотя использовался кое-какой грим для изменения внешности, — всего предусмотреть никогда не удается. Постоянно остается какая-то уличающая деталь. И это всегда плохо.
  
Глава 28
 
Когда Аннабель приехала в свою квартиру на Гринвич-Виллидж, дети были уже накормлены, выкупаны и в пижамах. Томас встретил ее в дверях и сразу же с размаху обнял ее за талию.
— Мама пришла! — крикнул он своей сестре.
Прибежала Тара: каштановые волосы разлетаются в стороны, голубые глаза сияют, на лице довольная улыбка.
— Как я рада, что ты уже дома, мамочка.
— Я соскучилась по вас, ребятки, — сказала Аннабель, обнимая и целуя их. — А папа где?
— В душе, — ответила ара.
— Как прошел день с миссис Нуззо? — спросила Аннабель. — Хорошо провели время?
— Да, — ответил Томас. — На ленч у нас были блинчики.
— Блинчики? На ленч? Bay, вот это да! — сказала Аннабель.
Аннабель была благодарна жизни за многие веши, и одна из них — это то, что в семилетнем возрасте ее близнецы ни в чем не испытывали недостатка. Сегодня они с нетерпением ожидали очередного урока в Академии верховой езды Клермонт. Родители Аннабель подарили им на день рождения курс обучения. Дети учились ездить шагом, рысью и легким галопом на своих спокойных лошадках. Программа верховой езды учила терпению и умению концентрироваться, а также развивала физическую силу, координацию и ловкость. Помимо этого, такое обучение вырабатывало чувство ответственности и умение заботиться о животных. Аннабель нравились эти уроки, потому что дети получали от них большое удовольствие.
Но когда близнецам сегодня утром сказали, что планы изменились — мама должна идти на работу, а они проведут большую часть дня с миссис Нуззо, пока их отец немного поспит после ночной смены, — они восприняли эту новость стойко. Аннабель удивлялась, насколько хорошо дети помнят период тяжелейшей депрессии у Майка и как они радуются тому, что он из нее вышел, что по-прежнему ходит на работу в пожарную команду, читает им книжки перед сном и вновь стал любящим отцом, которого они знали раньше, — если даже не жалуются по поводу пропущенного урока верховой езды, чтобы лишний раз не раскачивать их семейную лодку.