Повелитель теней. Том 2 (СИ)
— Я хотел бы увидеть леди Дарью, — начал Кирилл, но парень улыбнулся, продемонстрировав неожиданно крепкие белые зубы.
— Её сейчас нет. Она улетела, но скоро вернётся. Она всегда возвращается. Однако ты должен предстать перед Повелителем теней. Если он не согласится оказать тебе гостеприимство, нам придётся отвести тебя обратно на равнину.
— Хорошо хоть не туда, где вы меня встретили, — пробормотал Кирилл.
Парень счёл это забавным и, рассмеявшись, хлопнул его по плечу.
— Мы не столь жестоки, друг мой. Меня зовут Зикур. И я по мере сил служу твоей госпоже.
— Кирилл, — представился Оршанин и вслед за ним отправился на кухню.
Там было тепло и уютно, хоть огромный очаг в углу выглядел устрашающе, а длинные столы, заваленные продуктами, почернели от грязи. Отодвинув в сторону тушку кролика, Зикур сел за стол и усадил напротив гостя. Девочка-подросток в замызганном платье из рогожки принесла им по миске с дымящейся похлёбкой и ломти хлеба на деревянном блюде. Зикур не стал задавать вопросов. Он поел и велел жутковатой старухе-кухарке обогреть гостя и дать ему горячего вина с пряностями, после чего ушёл.
Ещё час Кирилл сидел возле очага с большой кружкой в руках, и, закрыв глаза, представлял, что он дома, в русской бане, и ему чудился запах разогретого влажного дерева, распаренных берёзовых веников и сладковатый аромат маминого рябинового чая, заваренного в красивом расписном чайнике на родниковой воде из тульского самовара.
Наверно он уснул, потому что его разбудил Зикур. Он уже переоделся в относительно чистую одежду, но снова натянул поверх рубахи свою кольчугу.
— Идём, я отведу тебя в тронный зал, — проговорил он. — Повелитель там и он сейчас примет тебя.
— В тронном зале? — пробормотал Кирилл, представив командора Олдриджа в королевской мантии и короне на троне Эдуарда I в зале Вестминстерского аббатства. — От чего он не помрёт, так это от скромности.
Вслед за Зикуром он вышел из кухни и начал подниматься по бесконечным ступеням наверх. Его одежда почти высохла, он был сыт и немного отдохнул. И чтоб там не говорили о командоре Олдридже, он почему-то не верил, что тот выставит его за ворота, на ночь глядя.
Зикур проводил Кирилла в высокий узкий зал, украшенный двумя параллельными колоннадами, похожий на тронный зал во дворце альдора, только тут было сыро и мрачно. В конце зала перед возвышением, на котором стоял чёрный каменный трон, вместо роскошно одетых придворных толпились те же оборванцы, что встретили его в горах, а, может, и не те, но мало от них отличающиеся. Они почтительно и даже немного пугливо смотрели наверх, а там на каменном троне восседал командор Олдридж, облачённый в чёрный костюм, напоминающий средневековые камзолы. Рядом с ним стоял Элиот Багси в серой мешковатой одежде и охотничьих сапогах. Его волосы заметно отросли с того памятного осеннего бала, когда они виделись в последний раз, и теперь неопрятными лохмами торчали во все стороны.
— Зачем явился? — раздался сверху голос Олдриджа, когда он подошёл ближе.
— Я пришёл служить своей госпоже, — ответил Кирилл, склонившись в уже привычном поклоне.
Олдридж поморщился.
— Ну, мне-то незачем впаривать этот высокопарный бред, — раздражённо заметил он. — Я же знаю, кто ты, а ты знаешь, кто я.
— Так точно, командор, — Кирилл встал по стойке «смирно». — Я прибыл в распоряжение командора Северовой.
Олдридж вздохнул.
— Оставьте нас.
Он небрежно взмахнул рукой, и зал мгновенно опустел. Обернувшись, Кирилл наблюдал, как разбойники поспешно скрываются в дверях. Потом он снова взглянул наверх. Багси остался на месте и неодобрительно смотрел на него. Олдридж пальцем поманил Кирилла к себе. Он взбежал по ступеням и остановился в двух шагах от трона, с удивлением рассматривая высокую спинку из чёрного кристаллического хрусталя.
— Скажите мне, капитан, зачем мне здесь нужен рыцарь плаща и кинжала, который к тому же не на моей стороне? — поинтересовался Олдридж.
— Может, вам я и не к чему, — пожал плечами Кирилл. — Но я подумал, что могу пригодиться своему командиру. Сами понимаете, во всей этой суматохе каждый преданный человек на счету.
— Преданные люди здесь редкость, — заметил Олдридж.
— И я о том же, — с готовностью кивнул Оршанин. — Позвольте мне остаться при командире. Я обещаю, что без её приказа ни шагу не сделаю.
— Не сможешь. Но всё равно будешь шнырять вокруг и вынюхивать.
— И какой вам с этого вред? Я на альдора и короля не работаю. Меня интересует только безопасность командора Северовой.
— Высокие идеалы… — пробормотал Олдридж, явно заскучав. — Ладно, оставайся. Но учти, за тобой всё время наблюдают.
— Учту! — покладисто закивал Кирилл.
— Ладно, иди. Зикур укажет тебе, где можно лечь, и где тебя накормят. Как только твой командир прилетит, ей сообщат, что ты здесь.
Ему показалось, что при этих словах Олдридж как-то слишком пристально следил за его реакцией, но Оршанин только кивнул и выпрямился:
— Разрешите идти, командор?
Бен неопределённо махнул рукой и проводил его взглядом до самых дверей.
— Зачем ты позволил ему остаться? — спросил Багси, подозрительно глядя ему вслед. — Ты же знаешь, что он окончил школу Звёздной инспекции.
— Я же сказал, Эл, преданные люди здесь редкость, — пробормотал Бен. — Особенно с высокими идеалами. Думаю, что его, действительно, интересует только безопасность Северовой. Вот пусть и снимет эту ношу с наших плеч.
— Как будто это помешает её мужу портить тебе кровь, — проворчал Эл.
— Ты заметил, что его не удивило сообщение о том, что она улетела?
— Меня это теперь тоже не удивляет, — буркнул Багси, и гордо удалился из зала явно затем, чтоб подыскать для непрошеного гостя сухую коморку с отдельной койкой.
Глава 8
Жизнь Эрика постепенно входила в свою колею. В очередной раз появившись на пороге его пещеры, доктор МакЛарен опустил на землю скатку из походного матраса и одеял, а потом поставил рядом небольшой рюкзак, в котором нашёлся несессер с мылом и безопасной бритвой, расчёска и ножницы. Помимо хозяйственных принадлежностей, там была лампа, работающая от химических элементов и несколько книг из библиотеки, посвящённых мистическим учениям Востока и технике медитации. Доктор появлялся регулярно и внимательно расспрашивал о его состоянии, с сожалением сообщая, что его поиски спасительного средства от магического вампиризма пока не увенчались успехом.
Эрик воспринимал это с философским спокойствием, потому что жизнь в пещере на краю зелёного океана его умиротворяла. Он стоически сносил острые позывы в кого-то превратиться и кого-то поймать, наблюдая за этим как бы со стороны, и замечая, что такое случается нечасто и со временем проходит. Он всё так же не любил день, и старался ложиться спать, когда небо светлело, а выспавшись, зажигал лампу, и, сидя на матрасе, читал или медитировал. Но медитировать было приятнее ночью, сидя на склоне горы над бесконечными вершинами деревьев и кожей ощущая прохладу воздуха и бесконечный простор вокруг. Иногда ему казалось, что он летит над этим бескрайним лесом, чувствуя ни с чем несравнимую свободу, упругую силу ветра и запахи деревьев и трав. Иногда эти видения становились настолько реалистичными, что он в ужасе выныривал из них, испугавшись, что поддался искушению трансформироваться во что-то иное, но находил себя всё так же сидящим на траве возле своего жилища. Порой он спускался в лес, всегда ночью, и бродил там, прислушиваясь к лесным звукам, различая своим новым зрением блеск звериных глаз в чаще и лёгкие тени скользящие в кронах деревьев. Может, это были белки, а, может, птицы. Конечно, ему хотелось пробежаться по лесной тропе ловким быстрым волком или взмыть в небо летучей мышью, выписывая в тёмном воздухе затейливые вензеля. Но он снова привычно абстрагировался от этих желаний, с пристальным вниманием наблюдая, как реагирует на них его тело, и как они, пометавшись вокруг его сосредоточенного на наблюдении ума, потихоньку уходят всё дальше.